Чтение онлайн

— А как же с нами? — оторопело спросил дворецкий.— Ведь мы все здесь живем.

— Ну и живите, как жили,— ответил Щорс.— Советская власть позаботится о вашем жилье и даст вам работу.

Щорс направился к дверям в следующее помещение, но из шеренги вышел еще один человек.

– Я главный повар дворцовой кухни. Что изволите заказать на обед? Можно приготовить...— И он стал перечислять нерусские названия блюд.

– Голубчик, - перебил его Щорс, - мы питаемся из походной кухни вместе с бойцами, этих деликатесов не знаем, да и продуктов для их приготовления у нас нет.

— О продуктах не беспокойтесь, в кладовых много еще гетманских запасов. Там есть любые продукты и любые вина.

— Возьмите сегодня же все на учет,— сказал Щорс начхозу полка.— Продукты сдайте в полковые склады, наши и таращанцев, а вино — в санитарную часть для раненых.

Люди в шеренге удивленно переглядывались.

В губернаторском дворце мы жили несколько дней. И Щорс, и сотрудники штаба обедали в большой дворцовой столовой.

Нас поражало богатство обстановки, несчетные запасы столового серебра и хрусталя, расставленного за стеклами большого, во всю стену, буфета.

Сидя небольшой группой за массивным, рассчитанным на сто человек столом, мы ели простые борщи и каши, сваренные в походной кухне комендантской команды.

А со стен столовой, казалось, с удивлением на необычных гостей смотрела из дорогих рам галерея всех украинских гетманов. Последний из них — немецкий ублюдок Скоропадский — у всех вызывал улыбку: к его губам какой-то шутник-богунец прилепил махорочный окурок.

Казимир Квятэк

В марте 1919 года Николай Александрович Щорс был назначен на должность начальника 1-й Украинской дивизии. Командовать Богунским полком поручили Квятэку, а на его место — помощником командира полка — поставили меня.

Вместе с Казимиром Францевичем Квятэком мне пришлось прослужить уже полгода, а в условиях войны это срок немалый. Я узнал некоторые подробности его биографии и проникся большим уважением к этому человеку, много испытавшему в жизни и сохранившему самые светлые мечты.

Выходец из бедной польской семьи, Квятэк служил в Варшаве телеграфистом. Он был членом Польской партии социалистов. В 1910 году его арестовали и осудили на десять лет каторги за участие в убийстве варшавского генерал-губернатора. Из тюремных застенков Квятэка вызволила революция.

В Богунский полк Казимир Францевич был направлен Всеукраинским ревкомом. При первом знакомстве он казался угрюмым, суровым — семилетняя каторга наложила свой отпечаток на его характер. Но на самом деле это был человек чуткий, отзывчивый. Он располагал к себе исключительной прямотой, честностью и отвагой. Как-то по-детски любил он людей. Мог часами мечтать о грядущей светлой жизни.

Командиры и бойцы нашего полка с уважением и большой любовью относились к Квятэку. Щорс считал его своим помощником не только по должности, но и по духу. Если нужно было что-то сделать важное и срочное, он непременно поручал это Казимиру, как, просто по имени, называл он Квятэка. В бою сутулую фигуру Квятэка всегда можно было видеть среди красноармейцев. Тут он чувствовал себя своим, нужным всем человеком.

Встав во главе Богунского полка, Казимир Квятэк провел немало боев, в которых хорошо проявлялась щорсовская выучка,

20 марта 1919 года полк наступал на Винницу. Сильная распутица и непролазная грязь на полях замедляли действия пехоты и артиллерии. А тут как раз от захваченных пленных узнали, что петлюровцы готовят к отправке из города железнодорожные эшелоны с правительственными учреждениями и военным имуществом.

Медлить тут вовсе невозможно. И Квятэк с полковым эскадроном на рысях атаковал оборонявшихся на окраине города петлюровцев. Прорвавшись в город, конники захватили на станции стоявший уже под парами эшелон боеприпасов и снаряжения и два эшелона с буржуазией и «властью», в том числе целиком петлюровское казначейство.

Пока эскадрон во главе с Квятэком наводил панику внутри города, в Винницу с боем входили батальоны богунцев.

Через три дня штаб полка получил тревожное сообщение: пехота противника при двух бронепоездах заняла станцию и поселок Бородянку, в 50 километрах от Киева. Украинской столице вновь грозила опасность. Богунскому и Нежинскому полкам приказывалось немедленно переброситься в тот район.

Уже на рассвете 24 марта наш полк разгружался из вагонов неподалеку от Бородянки. Квятэк, не теряя ни минуты, приказал ротам развертываться для боя. Полк с ходу нанес петлюровцам удар и отбросил их на 20 километров за реку Тетерев.

В этом месте единственной уцелевшей переправой являлся железнодорожный мост, и противник подготовил его к взрыву. Для спасения моста Квятэк бросил вслед за петлюровцами 9-ю роту и сам пошел с нею. Захватив мост, Квятэк шашкой перерубил уже горевший шнур взрывного заряда. Почти одновременно Казимир Францевич был ранен.

В июне Богунский полк был развернут в бригаду, тоже названную именем знаменитого украинца. Старые кадры богунцев вместе с вновь прибывшим пополнением составили три Богунских полка. 1-м полком по-прежнему командовал Квятэк, меня назначили командиром 2-го. Не раз, взаимодействуя, мы с Казимиром Францевичем выигрывали бои, когда шансы на успех казались очень небольшими. Боевую дружбу двух полков мы хранили и развивали. Позднее, в декабре 1919 года, Квятэка назначили командиром Богунской бригады, я воевал опять под его началом.

Уже в боях против вторгшихся на Украину белополяков Казимир Квятэк показал огромную волю и находчивость в трудной обстановке. Богунская бригада была окружена врагом. Пять суток шел бой, измотавший силы красноармейцев и командиров. И все-таки Квятэк вывел бригаду из окружения. Сам он, находясь все время среди бойцов, ни на миг не терял хладнокровия.

Богунской бригадой К. Ф. Квятэк командовал до конца гражданской войны. За боевые заслуги он был награжден орденом Красного Знамени и именным золотым портсигаром.

Кто ты, товарищ?

(Из «Книжки красноармейца»)

1919 год

«Кто ты, товарищ?» Если тебя спросят, отвечай: «Я защитник всех трудящихся». «За что ты бьешься?» Если спросят, отвечай: «За правду, чтобы земля, и фабрики, и реки, и леса, и все богатства принадлежали бы рабочему люду».

«Чем ты бьешься?» Отвечай: «Я бьюсь винтовкой, и штыком, и пулеметами, а еще верным словом к неприятельским солдатам из рабочих и крестьян, чтобы знали, что я им не враг, а брат».

«Кто же твой враг, товарищ?» Если тебя так спросят, отвечай: «Мои враги те кровопийцы, кулаки, помещики, капиталисты, что отнимают у трудящихся их кровное добро и заставляют трудовой народ друг друга истреблять».

«Как же ты бьешься с врагами?» — «Без пощады, пока не сокрушу».

«Много ли вас, защитников труда?»