Чтение онлайн

Ведь она была готова бежать под венец хоть на следующий день после предложения Снейпа, однако бывшие до этого времени такими сговорчивыми родители вдруг заупрямились и сказали, что им следует выждать хотя бы полгода, чтобы узнать друг друга не как директора и подчиненную, скованных условностями школьных правил, а как двух обычных людей, полюбивших друг друга и имеющих возможность не таясь встречаться и ходить на свидания.

Джулиана пыталась было возражать, однако Снейп поступил как самый настоящий предатель, сказав, что они правы.

– А вдруг за это время ты и правда поймешь, что «миссис Чарли Уизли» нравится и подходит тебе гораздо больше, чем «миссис Северус Снейп»?
– предположил он, когда она рассказала ему об этом, надеясь вызвать его сочувствие.

– Я думала, ты уже понял, что я вовсе не так легкомысленна, как ты всегда считал, и что я не влюбляюсь направо и налево, и что мои чувства к тебе… – начала заводиться Джулиана.

– Знаю-знаю. Они неизменны, как и мои. Так почему бы нам не подождать еще полгода, если это сделает счастливыми твоих родителей и примирит их с мыслью, что их дочь навсегда покидает их дом?
– он накрыл ее ладонь своей, и исходящая от него уверенность слегка успокоила ее, однако она не желала так быстро сдаваться.

– Но разве мы итак не слишком долго ждали? – попыталась возразить она, в ответ на что он просто поцеловал ее в губы, и ей тут же расхотелось ссориться.

Впрочем, не все их разногласия решались так легко. И простив Снейпу былую холодность и даже насмешки над собой, в которых он, конечно, же раскаялся, признавшись, что это было единственным способом держать ее на расстоянии и самому не поддаться соблазну, Джулиана не могла окончательно забыть то ужасное свидание с Кэрроу, о котором он не желал говорить, в то время как она не могла спать спокойно, не зная о том, что именно он почувствовал, когда узнал о подмене Амикуса (казалось бы, истории с ядовитым жуком ей должно было хватить, однако ей было отчаянно необходимо, чтобы он произнес это вслух).

Случай выяснить это представился, когда она уговорила его показать ей дом его детства в Паучьем тупике. Они уже решили, что он продаст его, чтобы приобрести милый домик в деревушке Калросс, ставшей свидетельницей их единственного школьного свидания. Снейпу оттуда было совсем не далеко от Хогвартса, а Джулиане, которой не надо было каждый день ходить в университет или на работу, было совершенно всё равно, откуда трансгрессировать.

Так что она попросила его перед продажей показать ей дом, бывший свидетелем его детства, о котором он упорно не желал говорить, ссылаясь на то, что в нем было мало приятного и он вообще предпочел бы навсегда стереть из памяти всё, что предшествовало его поступлению в Хогвартс.

– И знакомству с Лили Эванс, - не смогла сдержаться Джулиана.

– Да, и этому тоже, - кивнул он и со вздохом, обозначающим капитуляцию, согласился показать ей отчий дом.

– Он похож на тебя, - проговорила Джулиана, осмотревшись. – Кажется мрачным, но у него есть душа…

– Ну уж нет. Не знаю, как там со мной, Джулиана, но этот дом является именно тем, чем кажется – старым, унылым и мрачным жилищем… Кто знает? Может, и я таков, каким меня считает большинство учеников – мрачный старый зануда, которому не место рядом с такой, как ты, - проговорил он, угрюмо глядя в окно, выходящее на каменную стену серого забора на противоположной стороне улицы.

– Зачем ты так говоришь, Северус? – со слезами на глазах проговорила она. – Если злишься и хочешь наказать за то, что притащила тебя сюда, то так и скажи, но не мучай своими сомнениями!

– Прости, я не хотел, - повернулся он к ней. – Просто ты слишком громко думала о том, о чем не следует думать до свадьбы.

Джулиана вспыхнула при этих словах. Она ведь действительно настолько устала от этих чинных и благопристойных свиданий, ограничивающихся поцелуями и объятиями, что уже давно жаждала большего. И, как он справедливо заметил, с ее губ вот-вот была готова сорваться фраза о том, что в этом мрачном доме стоит заняться чем-то веселым и радостным. Например, любовью.

– Ты не должен был читать мои мысли! Мы же договорились! – гневно сверкнула она глазами, вырываясь из его объятий.

– А ты не должна лишать меня и себя настоящей первой брачной ночи, - мягко проговорил он, подходя сзади и кладя руки ей на плечи.

Тогда-то ей и пришла в голову мысль немного позлить и понервировать его в отместку за свое неутоленное желание и, повернувшись, она посмотрела на него самым невинным взглядом и с улыбкой заметила:

– Ты думаешь о брачной ночи, а у нас до сих пор нет музыки для свадебного танца.

– Я полностью доверяю этот сложный выбор тебе, - улыбнулся он в ответ, радуясь, что она не сердится и не подозревая о коварстве, на которое способны обиженные невесты.

– Что ж, я тут нашла одну песню. Думаю, она подойдет для нашего свадебного танца. Вот послушай, - и она достала из кармана mp3-плеер, купленный в магловском магазине пару месяцев назад, и включила «Dance Me To The End Of Love».

– Как тебе? – пару минут спустя спросила она, когда Коэн запел о детях, которые появятся у героев песни.

– Мне нравится, - охрипшим внезапно голосом произнес Снейп, непроизвольно притягивая ее все ближе к себе, и Джулиана уже пожалела, что затеяла это, однако останавливаться было поздно – она знала, что никогда не сможет танцевать с ним под песню, которая напоминала ей об отвратительных прикосновениях Кэрроу.

– Помнишь, как мы танцевали под нее? Как ты прижимал меня к себе, а потом целовал, и твои руки, они были такие сильные и одновременно нежные, когда ты… – сказала она, мечтательно закатывая глаза, и, когда он поднял на нее удивленный взгляд, «вспомнила»:

– Ах, да, прости! Это же был не ты, а Амикус! Всё время забываю, с кем я тогда была в Глазго, он был таким неугомонным весь вечер…

– Выключи ее, - вдруг резко сказал Снейп и, когда она слегка замешкалась, метнул в несчастный плеер заклинанием, отчего тот разлетелся на мелкие осколки.

– О Мерлин! Ты же оставил меня без музыки! – воскликнула Джулиана, не зная, радоваться или огорчаться такой реакции. Впрочем, то, что всегда сохраняющий видимость спокойствия Снейп вдруг начал проявлять эмоции, скорее можно было назвать хорошим знаком.

– Я куплю тебе новый, - отрезал он, а затем чуть мягче добавил:

– И найди, пожалуйста, другую песню.

И вот теперь, когда наступил долгожданный день их свадьбы, когда они произнесли брачные клятвы и стали мужем и женой, а затем перенеслись в установленный в дедушкином саду шатер, под которым по воле чар было тепло в этот серый декабрьский день, и где собралась вся ее семья и несколько друзей, они танцевали под «What Love Can Be», и, кажется, ее свежеиспеченный супруг уже жалел о том, что позволил ей самостоятельно подойти к выбору песни.