Чтение онлайн

Надворный советник поднял брови: ему предстоит командовать массами?

Президент кивнул. Господин ротмистр человек храбрый и решительный, и к тому же с военным опытом, так что он вполне мог бы стать, если можно так выразиться, главнокомандующим Желтуги и возглавить их охранные отряды.

– Охранные отряды? – переспросил Загорский.

– Это наша народная милиция, – отвечал президент. – На них лежит соблюдение законности в республике. Сегодня вы видели наших охранников, это они держали вас на прицеле.

Загорский удивился: зачем же он нужен Фассе, если отряды уже сформированы? Тот отвечал, что они, во-первых, малочисленны, во-вторых, не справляются со своими обязанностями. В последние месяцы дисциплина на прииске очень ослабла. Законы в республике хорошие, но уже почти никто не хочет их соблюдать. После летнего разгрома в Желтугу возвращается прежняя бандитская вольница. Впрочем, господину Загорскому об этом не нужно рассказывать, он сам едва не стал ее жертвой сегодня. Еще год назад нельзя было и помыслить, что на женщину покусится кто-то из граждан Амурской Калифорнии. Правда, год назад женщин и не пускали на прииск – таков был тогдашний закон Желтуги.

– Забавная тогда возникла ситуация, – неожиданно усмехнулся Фассе. – С одной стороны, женщин не пускали, с другой – предписали приискателям суровые кары за мужеложство. Впрочем, женщин всегда можно было найти на русском берегу Амура, а несколько позже им уже официально разрешили пребывание на прииске.

Однако он отвлекся от главной темы. Итак, нужно усилить охранные отряды…

– Простите, господин президент, но вы чего-то недоговариваете, – перебил его Загорский. – То вы говорите о каких-то массах, то – об охранных отрядах. Чтобы командовать охранными отрядами, не нужен опыт войны. Если вы хотите меня использовать, говорите обо всем откровенно, начистоту, а не водите меня, как теленка на привязи.

Фассе нахмурился и в легком раздражении забарабанил пальцами по столу.

– Ну, хорошо, – сказал он наконец, – вы, конечно, правы. Нельзя использовать людей втемную, тем более таких людей, как вы. Признаюсь, я хотел сначала заручиться вашим согласием и уж только потом рассказать все в деталях.

– Я предлагаю другой порядок, более рациональный: сначала все рассказать, и уж потом заручаться согласием, – спокойно отвечал надворный советник.

Президент согласился: так, конечно, будет вернее. Итак, говоря начистоту, он планирует перевести весь прииск на военное положение.

– На военное положение? – удивился Нестор Васильевич. – И в чем же причины такого экстраординардного решения?

Фассе нетерпеливо кивнул: сейчас он все объяснит.

– Когда китайцы решили нас вышвырнуть отсюда, мы обратились за помощью к амурскому генерал-губернатору барону Корфу и попросили его взять Желтугу под русскую руку, – начал Карл Иванович. – Однако губернатор, как Понтий Пилат, умыл руки. Руководствуясь не духом, а буквой закона, он не только не стал нас защищать, но и запретил возить к нам еду с того берега Амура. Это были тяжелые дни, но мы устояли. Правда, против военной силы китайцев выстоять нам будет трудно. Если только, конечно, мы не подготовимся как следует.

Загорский посмотрел на него с изумлением: неужели господин президент всерьез надеется выстоять перед китайской армией? Фассе отвечал, что, собственно, речь идет не о настоящей армии: на завоевание Амурской Калифорнии ответственный за эти территории амбань Цицикара способен прислать полк, от силы – два.

– В лучшие времена в Желтуге собирается 15–20 тысяч приискателей, – продолжал Фассе. – Это целая дивизия. Все это люди дерзкие, лихие, почти все умеют обращаться с оружием. Им есть за что бороться. Золота у нас достаточно, чтобы вооружить всех, можем купить даже артиллерийские орудия. Мы поделим нашу республику на полки, роты и взводы. У нас хватает бывших военных, их мы поставим во главе воинских подразделений. А главное, дадим знать цицикарскому амбаню [7] , что вооружились мы с благословения русских властей. То есть, идя против нас, он пойдет против России.

Нестор Васильевич покачал головой: придумано хорошо, но едва ли получится. Китайцы ведь снесутся с бароном Корфом, а тот ответит им, что Россия не имеет к этому никакого отношения, что все это – самодеятельность жителей Амурской Калифорнии.

Фассе улыбнулся. Китайцы хитры и коварны, они подозрительны и склонны всех вокруг тоже подозревать в коварстве и хитрости. Если их разведчики своими глазами увидят желтугинскую армию, они, скорее всего, не поверят словам Корфа. Сказав так, президент взглянул на Ганцзалина, как бы желая знать его мнение на сей счет. Но помощник Загорского даже бровью не повел, так что нельзя было понять, согласен он с Фассе или просто не желает вступать в дискуссию.

– Так или иначе, пока китайцы будут прояснять положение и вычислять реальное соотношение сил, я намерен сделать из Желтуги неприступную крепость, – закончил Карл Иванович.

– И вы, значит, хотите, чтобы я возглавил вашу армию? – спросил Загорский, как показалось Ганцзалину, с некоторым осуждением.

– Это было бы неплохо, – отвечал президент. – Во всяком случае, гораздо лучше, чем вам копаться целыми днями в холодных мокрых шурфах. Станьте нашим главнокомандующим – и вы не пожалеете.

– Предложение заманчивое, – после недолгого раздумья молвил Нестор Васильевич, – однако, как вы понимаете, я прибыл в Желтугу не за эполетами, а за деньгами.

– Деньги мы вам будем платить такие, какие в России не снились никакому генералу и никакому превосходительству, – отвечал Фассе. – Для начала положим вам тысячу рублей в месяц. Во время военных действий, если таковые начнутся, жалованье ваше будем удваивать.

Загорский поднял бровь.

– Предложение выглядит щедрым, – сказал он, – но только за пределами Желтуги. Вы же сами говорили, что такие деньги приискатели здесь могут намыть за несколько дней.

Президент не возражал: случается и такое, хоть и очень редко. Вот только приискатели получают свои деньги, стоя по колено в мерзлой воде, своими руками вытаскивая пуды золотоносной почвы и промывая их в поисках золота. Они рискуют за короткое время получить воспаление легких, грыжу, ревматизм и множество других, не менее отвратительных болезней. А ему, Загорскому, предлагается работа интеллектуальная, стратегическая. Впрочем, если господин ротмистр настаивает, Фассе готов прямо сейчас удвоить предложенную сумму: лишь бы из их предприятия вышел толк. В России он за год столько не заработает, сколько здесь – за месяц.

Загорский недолгое время думал, глядя в пол, потом поднял глаза на Карла Ивановича.

– Что ж, предложение недурное. Однако встает вопрос: если вы правы, и китайцы очень скоро пойдут на нас войной, сколько месяцев вы сможете мне так платить?

– А вот это уже зависит от вас, – отвечал Фассе. – От вашего стратегического таланта и распорядительности. Чем дольше просуществует Желтуга, тем больше вы от этого получите. Ну так что, по рукам?

И он протянул Загорскому крепкую ладонь старателя. Однако, к удивлению Ганцзалина, тот не спешил ее пожать.