Чтение онлайн

Его глаза проходятся оценивающе вдоль выпяченных оформившихся женских фигур, которые старались быть выставленными в лучшем свете. Его улыбка, как мед вязкая, растекающаяся, заставляющая поджать пальцы на ногах.

Знакомый незнакомец, перекинувшись с девицами парой фраз, продолжает свой путь, и проходит мимо меня, бросив невидящий взгляд, словно смотрит сквозь…

Меня для него не существует. Приходится даже посторониться с его пути, чтобы он меня не сбил своим рюкзаком.

Конечно, он меня не помнит. Я — никто. Где я, а где он? Кто я, а кто он?

Вон, какие девчонки жаждут его внимания, готовые лужей у ног растечься…

А я — малолетка. Для него я пигалица, да и в нашу встречу он ведь меня мелочью обозвал…. У него таких, как эти девицы, фанаток, наверное, море, зачем ему я? И почему странное чувство болью расцветает у меня в груди и глаза щиплет? Почему мне до слез обидно из-за того, что он меня не заметил? Прошел мимо, словно я пустое место. Будто не было меня вовсе…

Это я — дура. Все время после нашей встречи, как последняя идиотка вспоминала этого красавчика, мысленно окрестив его "Черным Ястребом", с которым он так ассоциируется.

Стоит закрыть глаза, и вижу перед собой его профиль с ровным носом и резко очерченными бровями, четкой линией волевого подбородка…

Он весь словно высеченный из мрамора, резкий, острый, опасный. Когда он прошел совсем рядом, увидела перед собой кусочек его загорелой кожи в вырезе майки, и мне показалось, что такая кожа наверняка пахнет солнцем и морем.

Наивная дура… с первого взгляда влюбилась в хищника, и мне нужно бежать от него без оглядки, да на пути не попадаться. Спрятаться и молить, чтобы эти холодные, как лезвие, глаза не остановили своего внимания на мне, глупой девчонке, которая готова мотыльком лететь на пламя…

Я, как и в прошлую нашу встречу, снова смотрю ему вслед и сердце больно сжимается, почему-то передернула плечами, словно от холода, и поняла, что действительно мерзну. Стоя под палящим августовским солнцем, я чувствовала, как вымораживающий холод проникает в самое сердце, которое отзывается болезненной пульсацией.

Оказывается, когда тебя не видят в упор, это очень обидно. Особенно, когда тебя не замечает парень, который по какой-то непонятной причине запал в сердце, став твоим первым серьезным чувством…

Начало занятий очень сблизило меня и Луизу…

В первые дни обучения мы перезнакомились со всеми счастливчиками, которые также выиграли гранты, но среди них были в основном ребята постарше.

Так одаренные спортсмены сразу же влились в круг избранных, став представителями футбольной и баскетбольной команд школы. После этого они перестали нас замечать.

Фактически мы с Луизой были самыми младшими среди победителей, и для оставшихся счастливчиков не представляли особого интереса.

Мы сдружились и стали держаться друг за дружку. Чужая среда стала для нас враждебной, а мы остались не у дел. Вскоре стали чувствовать нападки со стороны некоторых учащихся, которые не могли свыкнуться с присутствием детей НЕ своего круга.

От обиды я часто тихо плакала в подушку. Тосковала по дому, по матери и Эйрин.

Однако все переживания ушли на второй план с первым домашним заданием. Я не смогла осилить материал! Просто не смогла справиться с заданием, оказавшись совершенно не готовой к такой нагрузке…

По сравнению с моей старой школой, эта лучше в разы и программа оказалась неподъемной для меня. В моих знаниях — огромные пробелы, которые не позволяют усваивать новый материал.

Накатывает паника. Я не справляюсь…

Пришлось засесть в библиотеке в попытке нагнать пропущенное. И я не знаю, смогла ли бы я справиться, если бы моя новая подруга не являлась гением математики.

Луиза — хваткая, цепкая, восприимчивая к новой информации, которую впитывает, как губка. Сидя рядом со мной, она с легкостью решает то, что никак не укладывается в моих мозгах. В этом ее необыкновенная одаренность. Все точные науки ей даются на порядок легче, чем другим. Кажется, мне очень повезло, что она возится со мной, пытаясь помочь заполнить пробелы:

— Адель, как можно не понимать — это логарифмическая функция! Легко ведь, смотри, — усердно водит пальцем по своим конспектам Луиза, а у меня от этих цифр с переменными голова трещит. В висках бьется мысль:

“Я не смогу… Я не смогу и вылечу, к чертям, после первых же экзаменов”.

— Эй, — машет рукой перед моими глазами подруга, пытаясь пробиться сквозь мою истерику. — Прием… Земля вызывает!

Я в упор смотрю на Луизу и, растерявшись, шепчу:

— Я не понимаю. Ничего не понимаю… Меня исключат…

Прячу лицо в ладошки, уже готовая разрыдаться от накатывающей истерики. Однако моя реакция лишь веселит подругу. Луиза отводит мои руки, заставляет посмотреть себе в глаза. Произносит спокойно и четко, пытаясь достучаться до меня:

— Адель, послушай меня! Успокойся! Ты думаешь, что те качки — футболисты, прям виртуозы точных наук?! Да ладно, футболист и книга — это вообще из разряда фантастики. Никто нас не исключит! Мы нужны для рейтингов, которые за счет наших талантов будут расти. Так что, подруга, не будь дурой и соберись уже. Здесь нет ничего сложного, осилишь. Я объясню!

Вглядевшись в острое смуглое личико Луизы, я понимаю, что не готова сдаться! Сцепив зубы, я фокусируюсь лишь на листах, испещренных математическими символами.

Другого пути у меня нет. Только вперед. Я обязана наверстать! Несмотря ни на что. Все мои переживания загоняются в самые глубины сознания.

Я не могу себе дать слабину и позволить акцентировать внимание на продолжающихся бесконечных подколах и неприятных репликах, косых взглядах и прочих атрибутах неуважения к нищенке в моем лице со стороны школьной элиты.

Главная цель — продержаться и закончить эту чертову школу, которая оказалась так далека от придуманных мною идеалов! Сейчас мне предстоит нагнать материал, нет времени для душевных терзаний и метаний. Плакать я буду потом.

Единственной отрадой в школе становились уроки музыки в общих группах. Но и то это продлилось недолго.

Однажды занятие музыкой прервал стук в дверь, которая открылась, не дожидаясь позволения миссис Роуз — нашего педагога по вокалу. В проеме появился высокий сухощавый блондин, элегантный и ухоженный.