Чтение онлайн

Она замедлила шаг. Тужилов оглянулся нетерпеливо:

– Ну, чего ты? Шевелись.

Вера остановилась, оттянула ворот футболки.

– Чего-то… Сейчас… Неладно что-то, – сказала она.

Преподаватель присмотрелся, свистнул.

– Эй, детка, да ты красная вся. Съела что-нибудь? – И добавил недовольно: – Пошли скорее в самолет, милая, там спросишь у стюардессы тавегил или другое антигистаминное, от аллергии. Ну, давай, самолет ждать не будет!..

Вера стояла столбом и смотрела на него в задумчивости.

– А… Да… Сейчас-сейчас…

– Тимур Борисович! – крикнула издалека Лара. – Я заняла очередь!

Вера хлопнула себя ладонью по лбу.

– Вспомнила! – громко воскликнула она. – Тимур Борисович, дайте на секундочку ваш билет и паспорт. Давайте, давайте быстренько, мне надо глянуть!..

Она смотрела прямо в его черные зрачки. Удивленно приподняв кустистые брови, он послушно извлек из кармана паспорт с вложенным в него билетом, начал было протягивать, но рука замерла, Тужилов опомнился.

– Что ты себе позво…

Тогда Вера ловко выхватила документы и отбежала от него, подальше от выхода на посадку, в сторону туалета. Она бежала по залу ожидания, лавируя между людьми, Тужилов еще моргал растерянно, а она уже мчалась. Наконец он взревел, как носорог, и рванул за ней. На пол падали сумки, опрокидывались чемоданы, от высокого потолка эхом отражался сдавленный мат преподавателя.

Запыхавшись, Вера вбежала в туалет, защелкнула изнутри дверь кабинки. Багровый от ярости Тимур Борисович на долю мгновения замешкался перед дверью, затем решительно вошел. Одна женщина возле умывальника удивленно подняла брови и с изумлением уставилась на мужчину, но он так на нее глянул, что она торопливо, не высушив рук, выбежала.

Тужилов принялся дергать ручки кабинок. Запертой оказалась лишь одна.

– Эй, ты! Выходи лучше сама!

Простучали торопливые шаги по кафелю, это прискакала Лариса.

– Что такое?

– Эта ненормальная выхватила у меня из рук паспорт! – взревел Тужилов.

Лариса залепетала:

– Милый, тут женский туалет, неудобно…

– Что неудобно?! – прорычал «милый». – Неудобно на самолет опаздывать из-за этой психованной! Вера! Лученко! Открой немедленно!

Молчание. Тужилов нахмурился: «Что за внезапное помешательство у девушки? Черт дернул отдать ей документы… И ведь сам достал! Будто она меня загипнотизировала! Меня, который сам кого угодно…»

Лариса вышла, бросив через плечо:

– Ну и оставайтесь, я пошла на посадку.

Тужилов не обратил на нее внимания, он снова постучал в запертую дверь.

– Верка, выходи по-хорошему.

Молчание.

– Что с тобой, девочка? Ты больна? Выходи, я тебе помогу. Оплачу лекарства… И лечение тоже. Только выходи скорее!

Молчание.

Он внезапно и сильно ударил ногой в дверь. «Бумммм!» – гул прошел по всему помещению. Еще удар, и еще…

– Самолет ведь улетит! – чуть не плача, тряс потными щеками Тимур Борисович. – Что с тобой, Лученко?! Гадина чертова!

В туалет вошли две женщины, увидели расхристанного Тужилова и с визгом выбежали. Через несколько секунд вошли два милиционера.

– Чего шумим, гражданин?… – Шедший впереди с рацией в руке строго посмотрел на преподавателя. – Почему вы в женском туалете?

Тужилов издал протяжный стон.

– Одна сумасшедшая выхватила у меня паспорт и билет, – ответил он. – И заперлась! А посадка заканчивается!

Вошедшие посмотрели на него. Тужилов вытирал платком мокрые шею и грудь. Ему было досадно. Скандал!..

Менты прыснули.

– Ни фига себе, вот ловкая! – сказал один.

Второй покивал и добавил:

– Вот, помню, в позапрошлом году был такой случай…

Тужилов нетерпеливо топнул ногой.

– Вы помочь можете или нет?! – крикнул он в бешенстве.

– Гражданин, спокийнише, – ласково сказал стоявший поближе. – Розберемося.

– Откройте кабину с этой дурой, а то я сейчас все разнесу!

– А вот этого в нас не можна. – И он, тронув Тужилова за предплечье, слегка подвинул его в сторону.

Вера с тревогой прислушивалась к голосам снаружи. Правильно она поступила или нет? Ведь теперь с ними хлопот не оберешься… Доказывай потом, что с тобой все в порядке! Не поверят. А как иначе было их задержать? Жалко же человека! Сказать правду? Не поверил бы он. Вообще никогда и ни за что. Покрутил бы пальцем у виска, и до свидания. Тем более психиатр, он же мигом на койку уложит… А поверить в такое никто не способен. Ладно, поздно менять решение. Еще минут пять, и самолет улетит. А там посмотрим. Может, она ошиблась в этот раз… В любом случае Вера поступила так, как получилось: по первому порыву. И уже ничего не изменить.

Менты с натугой соображали, как быть. Ситуация сложилась странная до чрезвычайности. Никакими правилами она не была предусмотрена. Какая-то ненормальная заперлась в туалете с билетом и паспортом пассажира. Чьи это проблемы? Человека или аэропорта? И что это за пассажир такой темпераментный? Что вообще тут происходит?

– Будете скандалить и шуметь, всех задержим, – на всякий случай сказал один из милиционеров.

Тужилов чудовищным усилием взял себя в руки и даже улыбнулся.

– Извините, ребята. Я все понимаю. Но и вы меня поймите, я ж тоже не развлекаюсь, а работаю. И тут эта… Значит, так: она моя студентка, я психиатр, преподаватель киевского медицинского института, моя фамилия Тужилов, зовут Тимур Борисович. Поможете открыть дверцу? Я отблагодарю.

Милиционеры слушали, открыв рот, и уже готовы были помочь солидному человеку.

– У меня полет из-за нее срывается, – напористо продолжал Тужилов, видя, что служители порядка поддаются. – Да и вообще, это ведь ЧП по всем параметрам. Надо принимать меры. Кому теперь претензии предъявлять, что я не улечу? Ну?

– Санитаров надо вызвать, – пожал плечами один. – И слесаря?

– Ладно, – решился второй. – Дай попробую поддеть.

Он вытащил из кармана нож, шагнул к запертой двери.

– И позовите дежурного по аэропорту, – властно, убедительно давил мощью голоса преподаватель. – Вот моя визитная карточка. Я психиатр, член медицинского общества психиатров при Академии наук…

Визитку взяли, один из ментов принялся что-то бубнить в свою рацию, второй продолжал ковыряться у двери кабинки. Он надсадно крякнул, и дверь соскочила с петель.