Чтение онлайн

Фигура, двигавшаяся по заброшенной дороге, казалась бесформенной из-за широкого плаща цвета пыли и надвинутого на глаза капюшона. В неверном свете звезд было трудно разглядеть, даже какого роста этот путник, не говоря уже о том, какого он пола и к какому племени принадлежит. Пейзаж вокруг походил на сюрреалистческий кошмар. Воронки, ямы и овраги сменялись руинами и остовами каких-то то ли сооружений, то ли чудовищных големов, и все это перемежалось зарослями больных, изуродованных растений.

Я не мог понять, была ли царившая тишина следствием того, что Она еще не появилась, или же в этом жутком мире действительно властвовало безмолвие. Но тут на грани слышимости зашуршал песок под ногами странного пешехода, а в следующее мгновение Ее хрупкая фигурка преградила ему путь. Путник остановился.

– Зачем ты здесь, Этернидад?
– прозвучал его спокойный голос, и я вздрогнул, потому что он показался мне знакомым.

– Разве так встречают свою Повелительницу?
– презрительно засмеялась Она.

– Ты утратила власть над моим племенем, когда не защитила нас, не помогла нам победить, - усталость и равнодушие закутанного в плащ собеседника не тронули мою богиню.

– Я никогда не утрачу власть над тобой и тебе подобными, - крылья точеного носа гневно раздулись. Одно неуловимое движение - и вот Она уже стоит прямо перед этим существом, а ее волосы, струясь, пробираясь в мельчайшие складки плаща, срывают его, раздирают, разметая лоскутки серым прахом.

Я чуть не закричал. Не узнать это чудовище я не мог. Хас. Наемники Рика называли его так, он был их работодателем. Багрово-черные щупальца взметнулись в защитном жесте, пряди мрака на мгновение коснулись их, и монстр застыл, совсем так, как Рик со Скоттом, когда впервые его встретили.

– Твоя власть - моя власть, - в мелодичной речи не было никаких эмоций, - и если она тебе дорога, найди мне мою руну Эчей, которую твой народ так бездарно потерял в Последней войне. Ты понял меня, Хас"сса Нур"ген?

– Да, Этернидад, - глухо прозвучал ответ, но монстр так и не пошевелился.

– А теперь извини, меня ждут, - насмешливо прозвенел ее голос.
– Счастливо оставаться, слуга.

С этими словами Она рассыпалась и в следующую секунду уже обнимала меня за шею.

– Мой спаситель!
– прошептали изогнутые луком алые губы, и я потонул в лиловом омуте взора богини, когда они коснулись моих.

– Ася, Ася, Ася, Ася! Встава-уй! Вставай немедленно-у! Ты не пожалеешь, мур-руа! Тут такое-у! Такая-у!

– Сыр!
– застонал я, отшвыривая когтистую лапу, выдирающую остатки моих волос.
– Ты что творишь, изверг?! Хочешь, чтобы и эти пряди к тебе приросли?! Трехцветности недостаточно?

Кис насупился и бочком отошел в сторону. Потом сел и с полминуты ожесточенно вылизывал воротник. Я за это время успел принять сидячее положение и убедиться, что снова стал нормального размера. Покосился на пояс, обнаружил рядом с затертым сажей глазом вертикальную ось координат, на которой вместо нуля почему-то была человеческая фигурка. Интересно, это я теперь не только уменьшаться, но и увеличиваться могу? Нужно будет проверить как-нибудь. Я поднялся, проковылял к камину, нашел пару крупинок оставшейся со вчерашнего дня сажи и замазал новый символ прорыва. Алю совсем не нужно знать, что я теперь умею.

– Я-у к нему со всею-у душой, с потрясающими-у новостями-у, а он по больному! По больно-уму-у!
– обиженно провыл Сириус.

– Ладно, не дуйся, - примирительно ответил я.
– Просто, когда меня из обморока вывести нужно, когти в ход пускать совсем не обязательно.

– Так ты-у же не просыпа-улся!
– возмутился кот.
– А она-у вот-вот здесь будет.

– Кто она?
– не понял я.

– Гостья. К тебе-у, - Творожок покосился на меня ехидным глазом.
– Красивая-у!

– Красивая? Ко мне? Гостья?
– как обычно, проявил блеснул я проницательностью.

Кот ответить не успел. На лестнице послышался торопливый стук каблучков, дверь распахнулась, и в кабинет ворвалось дивное видение. Медно-рыжие волосы аккуратным каре охватывали миленькое личико с распахнутыми изумрудными глазами, маленьким носиком, слегка присыпанным веснушками, пухлыми улыбающимися губками. Форменный сюртучок Академии не скрывал почти прозрачной кружевной батистовой сорочки, с трудом удерживающей изящные округлости, и тонкой талии. Темно-синие джинсы плотно облегали пару точеных ножек.

– Маркиз в"Асилий де Карабас?
– поинтересовалось видение, не переставая улыбаться. Я с усилием сглотнул и кивнул.
– Уф-ф! Ну у вас тут и лестницы! Ты что, каждый день по ним вверх-вниз бегаешь?
– небрежно перешла она на свойский тон.

– Уже нет, - честно ответил я.
– Теперь летаю.

– Летаешь?!

– Ну... левитирую, - я вдруг почувствовал, как лицо заливает краска. Действительно, ко мне такая красотка пришла, а я... захотелось спрятаться за спинку кресла, чтобы хоть штанов дранных видно не было. А еще лучше стать невидимым, как в прошлый раз, но мне показалось, что это будет нетактично. Вдолбленные с дтства в мою непутевую голову правила хорошего тона сразу же дали о себе знать.
– Э-э-э... да вы присаживайтесь, - развернул я кресло, - отдохните. С кем имею честь?

– Ух ты!
– девушка одарила меня еще одной улыбкой, села и закинула ногу на ногу. Я снова нервно сглотнул. О чем с ней говорить я не имел представления.
– Баронесса Кисания де Моредо. Можно просто Киса, - представилась она, и мы с котом переглянулись, и Сириус презрительно фыркнул.
– Я здесь по поручению старика Шимми.

– А!
– я тут же решил, что баронесса, собственно, не ко мне пожаловала, а к учителю, и принялся оправдываться.
– Так великомудрый Аль де Баранус спит еще. Но вы не волнуйтесь, баронесса, я его разбужу сейчас...

– Фигассе мне этот страпер сдался!
– недвусмысленно высказалась девушка, и я слегка поплыл от сленга.
– Я к тебе, маркиз. Тут вот Шимми велел лично тебе в руки передать, - она помахала бумажным пакетом, который я до этого даже не заметил.
– Сказал, иначе ты еще лет сто без штанов ходить будешь. Давай, примеряй обновку, - с этими словами она непочтительно швырнула в меня пакетом, бумага разъехалась, и я едва успел поймать летящие мне в лицо... джинсы!

– Ух ты!
– не выдержал я и прижал к груди вожделенный символ моей принадлежности к гильдии магов.

– Ну? Чего стоишь? Напяливай!
– потребовала баронесса.

– Э-э-э...
– я растерялся. И смутился. Переодеваться перед дамой я, само собой, не мог, слетать в свою комнату и оставить ее одну - тоже, и уж тем более не хотелось влезать в новые джинсы в пыльной кладовке.

Я тянул время, пытаясь найти достойный выход из ситуации, а потому делал вид, что разглядываю свое нежданное приобретение. Доразглядывался. Потому что, когда увидел, что на поясе красуется кожаный лейбл с эмблемой Академии, понял, что меня опять лажанули.