Чтение онлайн

–– Как же так, шеф? Я нужен вам! Я профессионал! Вспомните, сколько я клюве принес?!– Капитан пытался говорить четко, но мешал проклятый ком в горле.

–– Это всё уже в прошлом.– В голосе шефа явственно ощущалась успокаивающая интонация.– Всем когда-то нужно заканчивать. Вы хотя бы живы.

–– Но я полон сил…!– Капитан запнулся, попав под красноречиво-безжалостный взгляд шефа.

– Но ведь этого не надо в невесомости!– в отчаянии вскричал капитан, ударяя по подлокотникам ненавистного кресла до боли сжатыми кулаками.

–-Это не самая важная причина, почему вынесено решение об отправке вас на пенсию. Причин целый комплекс и решение исходит от мнения множества людей. По сути, это коллективное решение, которое мне поручено передать вам.

–На пенсию! Меня…!?– Негодованию капитан не было пределов. – После таких-то прибылей.. Вместо премирования на пенсию!?

– Вы получите премиальные вместе с единовременным пособием по уходу на пенсию. – Последнее слово шеф произнес подчеркнуто с ударением. – А что касается прибылей, то – это просто фантастическое везение, что сразу после окончания торгов, на которые вы опоздали более чем на сутки, эти две страны развернули такой бешеный аукцион. В одной стране не очень популярный президент думал поднять свой рейтинг перед выборами, в надежде превратить их перевыборы, а в другой, гораздо меньшей и не столь известной, захотели с размахом, символично и по-славянски отпраздновать круглую дату. В обоих случаях все было приурочено к Дню Независимости. У одной страны он 4-го июля у другой 3-го. И обе захотели устроить метеорный салют в честь праздника. И не просто салют, а настоящий золотой дождь! Озолотить свой народ в прямом смысле этого слова!

Аукцион, доложу я вам, проходил тайно и страстно. Покупателям было принципиально важно, что товар находился на орбите. Цены росли как на дрожжах. Видно хотели сделать сюрприз для своих граждан, но мы тогда не представляли, зачем им столько золота для неэкономических целей. Хотя, говоря по правде, нас это и не интересовало. Главное – нашлись покупатели и каждому принципиально нужно было всё и сразу. О том, чтобы поделить – не было и речи.

Когда цена на аукционе начала приближаться к той, какая была на торгах, президент сдался. Видно, не позволяли средства, отпущенные на предвыборную кампанию. Трогать бюджет он не решился, боясь гнева налогоплательщиков. Но, по-моему, лучше бы он сделал это. После случившегося на другой стороне земного шара его шансы на переизбрание обнулились начисто. Он даже снял, по настоянию электората, свою кандидатуру. Какая-то махонькая страна в Восточной Европе, на другой стороне земного шара, обставила, из-за этого недотёпы, такую державу.

– Что же такое было на другой стороне земного шара? Я ничего не знаю о последних событиях, так как проходил курс лечения. Ничего, кроме репортажей.

– Был полный фурор. Многим захотелось постоять под золотым дождем и загадать желание. Падающих звезд хватило на всех желающих. День независимости у них удался на славу. Сейчас в прессе идут споры во сколько крат окупились расходы на него из бюджета этой страны за счет невероятного всплеска туристического интереса к ней. А в стране родине ковбоев их День Независимости совсем не задался. Он просто померк на фоне того, что произошло за день до него в другом месте.

Капитан настороженно слушал. Неспроста шеф упомянул ковбоев. Неспроста.

–Небо в алмазах. Феерия падающих звезд от горизонта до горизонта. Такое бывает только один раз. Жаль, что вы не видели. Никакая запись не сможет передать того, что творилось на тех небесах… – Шеф, верно, стал не похож на себя, словно воочую наблюдал то, о чем говорил.

– Я был там, – пояснил он, в ответ настороженному взгляду капитана.

– Все золото, которое я с такими трудами вырвал из солнца,– вскричал капитан,– сгорело в атмосфере, в небе над какой-то страной, которой и координат-то я не знаю!

– Предположим, что сгорело не всё, но кое-что и упало на землю в квадрате между 54 и 52 градусами северной широты и 24 и 31 градусами восточной долготы.

– Ну и зачем, скажите, шеф, мне эти земные координаты? Мне, который имеет дело с Солнцем?

– Имели дело с Солнцем,– жестко поправил шеф, и капитан понял, что к его званию прибавилась приставка «экс». – А координаты, – шеф улыбнулся и, невиданная никогда прежде, улыбка на его лице лишь подтвердила необратимость принятого решения, – полезны хотя бы тем, что указывают на одно из мест на Земле, где нет ковбоев…

– Но шеф, я не могу вот так сразу. Мне бы хотя бы один, в последний раз..! В полет за металлом..! Вы не представляете какое это ощущение…

– Представляю, – в голосе шефа промелькнули нотки сочувствия. – Вот поэтому и советую вам посетить страну с указанными координатами перед тем как начнете подыскивать себе приличный дом престарелых. Красивая природа умеренных широт, озёра, леса…

– Зачем? – Вопрос капитана прозвучал пронзительно искренне.

– Купите тур по местам падения золотых метеоров и что найдете, всё будет вашим. Только поторопитесь – уже началось что-то вроде золотой лихорадки на современный лад. Заодно, адаптируетесь к новой жизни в поисках вожделенного металла. Завидую. У меня же нет такой возможности. Работа…

–.Но как же я? Моя работа…?

– Всё суета. Почитайте на досуге «Екклесиаста». «И возненавидел я весь труд мой, которым трудился под солнцем, потому что должен оставить его человеку, который после меня».

–Не сметь мне это цитировать!.– Преображение взъярившегося капитана было столь неожиданным, что было видно как шеф в испуге подался назад от монитора. – Я всегда был «над»! Над Солнцем! Ты, возгордившийся червь!!!

Я хочу есть. Я определенно хочу есть, но в этом чувстве заключено нечто большее.

На Земле у меня никогда не было подобных ощущений. У меня бывало ощущение того, что в определенной части живота возникало неприятное чувство, когда простой ненаполненности, когда сосущей пустоты. Простое ощущение голода.

То чувство, которое я ощущаю на протяжении уже стольких дней, просто голодом не назовешь. Оно воистину всецело. Это, скорее, ломка, какая бывает у курильщиков, которые вдруг так остались без сигарет, что взять их негде. Бедняги, говорят, от страсти такой доходили до курения сухих коровьих блинов в козьей ножке. Всё, что угодно, лишь бы облегчить мучения.

У меня тоже нечто вроде этого. Мой голод органичен. Он имеет ту природу, которая когда-то побуждала ацтеков к ритуальному каннибализму. Комплексная нехватка протеинов создает чувство голода даже при полном желудке. И не так чтобы их много и нужно – лишь минимально необходимое количество. Однако, без него, этого количества, организм начинает заниматься самоедством в буквальном смысле слова. Организм не получает извне той малой толики, что ему необходима и уподобляется ящерице по кусочкам откусывающей свой хвост, чтобы ценой физических мучений уберечься от мук голода.

Моя проблема насквозь этична и в то же время объективна. Я, и не только я, находимся здесь волей обстоятельств. Те, кто совершает межзвездные перелеты, смогут понять нас и проявить по отношению к нам должное сочувствие, но и то, лишь в том случае, если оправдаются ничтожные шансы на спасение.

Вероятность выбраться отсюда низменная до невероятности. Надеяться можно только на чудо, но сколько же можно его эксплуатировать. Здесь мы благодаря целой цепи чудес, которой оказались прикованы к этому миру.