Киберсайд
Шрифт:
Она встала и подмигнула ей.
– Конечно. Стивен – довольно известный сластена. Я что-нибудь нам найду.
Матильда еще глубже вдавилась в свое кресло. Ожидая Саманту, она отчаянно пыталась составить список вопросов для светской беседы, но к тому времени, когда та вернулась с двумя порциями мороженого, ничего связного так и не пришло в голову. Грациозно заняв свое место, Саманта медленно зачерпнула ложкой маленький кусочек десерта.
– Стивен однажды сказал мне интересную вещь: глаза – это зеркало души. Забавная поговорка, я знаю, – репликант оторвалась от своей тарелки, чтобы посмотреть прямо в глаза Матильде. – Но твои так много говорят о тебе, Матильда.
Матильда молча наблюдает за ней. Саманта продолжает:
– Мои… как бы я ни старалась, мои глаза никогда по-настоящему не будут похожи на твои. Я остаюсь тем, чем я и являюсь. Кодом. Но если я смогу создать что-то со Стивеном… разве это не сделает меня хотя бы похожей на человека? – Она смотрит прочь, на долину в сторону океана. Ее глаза, кажется, наполняются слезами. – Зато твои глаза. Их у тебя никто не отберет.
Матильда молча ковыряется в своем мороженом.
Саманта внимательно изучает Матильду, ее глаза бегают туда-сюда. Внезапно она говорит:
– Прости, Матильда. Я не должна была доставлять тебе неудобства.
На мгновение тишину прерывает лишь скрип ложек по блюдечкам. Матильда еще немного помешала мороженое. И не подняла голову при словах, слетевших с губ Саманты.
– Итак, Стивен сказал, что ты Ведьма. Должно быть, у тебя очень интересная жизнь.
Стиснув зубы, Матильда не отрывалась от размазывания тающего десерта.
– Да, я уверена, что здесь их было не так уж много. – Матильда проталкивает ложку вниз, пока не касается дна блюдца.
Саманта спокойно продолжает:
– Нет. Я действительно верю, что ты первая из своего вида ступила на землю Оханы. Для меня большая честь видеть тебя в нашем доме.
Из множества слов, которые Матильда могла бы ожидать, «чести» там точно не было.
– А может быть, «ответственность»? Насколько я знаю, большинство людей не любят, когда к ним в гости заглядывает чудовище.
Улыбка Саманты слегка увяла. Матильда ясно видит печаль в якобы несовершенных глазах репликанта.
– Дорогая, когда-то мы все жили в мире людей, вот почему мы должны были создать это место. Мы все для них отверженные.
Матильда слегка выпрямилась и изучила лицо молодой женщины. Возможно, у Ведьмы больше общего с ее хозяином, чем она первоначально предполагала.
Саманта откашлялась и отодвинула тарелку.
– Хочешь, я расскажу настоящую историю о знакомстве со Стивеном? Он любит опускать неприличные детали.
У Матильды перехватило дыхание, но она выразительно закивала.
– Да, с удовольствием.
Пока Саманта рассказывает свою историю, Матильда жадно откусывает большой кусок мороженого. Вкус у него просто фантастический.
В дальнем конце дома Молчун вытащил погнутую сигарету и закурил. Стивен в плетеном кресле набил свою трубку табаком.
– Итак, давай без обиняков. В чем дело, Джеймс?
Джеймс с сигаретой во рту потянулся и прислонился к деревянной колонне на крыльце.
– Ну, ты же знаешь. Все катится к чертям.
Стивен одарил его мягким смешком:
– Значит, все как обычно.
Джеймс стряхнул пепел.
– Ну, если серьезно, то системные законы рушатся или переписываются один за другим. Полный бедлам.
Стивен раскурил свою трубку:
– Всегда так было.
Джеймс покачал головой:
– Нет. Это совсем другое дело. Все вышло из-под контроля. Странные вещи творятся. Раньше такого не было.
Прежде чем ответить, Стивен выпустил колечко дыма на потолок крыльца.
– Настолько странные, что Молчуны теперь путешествуют с Ведьмами? О чем ты только думал, когда привел ее сюда? Она, конечно, милаха и все такое, но ты хоть представляешь, что мне пришлось сделать, чтобы ей разрешили доступ?
Джеймс кивнул, закрыв глаза:
– Да, Стивен. Не знаю, как тебя отблагодарить. Я понимаю, что свалился как снег на голову, но в ней есть что-то странное. Другое. Не пойми меня неправильно, она сама по себе странная… но в другом смысле. Она утверждает, что не помнит ничего, кроме последних трех месяцев. И ее преследуют люди Донована. Что-то не сходится, и я начинаю задаваться вопросом, не замешан ли тут кто-то еще.
Стивен молчит, а из его трубки поднимается облачко дыма.
– Как я уже сказал, она вроде милая. И ты действительно хочешь во все это впутаться? Не пытаешься ли ты случайно открыть ящик Пандоры?
Джеймс закурил еще одну сигарету.
– Да, в этом нет ничего особенного. Мы просто навестим Донована. Получим от него хоть какие-то ответы. Так или иначе.
Стивен отрицательно покачал головой:
– Приятель, у нас с тобой совершенно разные представления о том, что значит «ничего особенного». Спроси себя, зачем ты на самом деле это делаешь… и стоит ли оно того.
Они оба молча курят, глядя на долину.
Покончив с табаком, Стивен со стоном поднимается со стула.
– Ну… я так понимаю, мне нужно кое-что для тебя сделать. Итак, что тебе нужно?
Джеймс бросил сигарету в ведро, стоящее у подножия крыльца.
– За Ведьмой охотятся. Как только мы войдем в Вавилон, на нас накинутся все головорезы Донована.
Стивен рассеянно почистил трубку.
– Конечно. Тебе нужна маскировка. Но Ведьму трудно спрятать, у них довольно специфические черты профиля: знатоки их сразу заприметят. А у Донована при себе одни из лучших ищеек. Но я попытаюсь. Твою систему тоже было бы неплохо обновить, Молчун.
Джеймс кивнул ему:
– Спасибо, Стивен. Ты лучший.
Стивен кивнул в ответ:
– Да. Конечно. Давай прибережем похвалы до тех пор, пока я не закончу работу. Мне понадобится некоторое время, чтобы написать ее код и обновить твой. Мне понадобится твой модуль.
Джеймс снял с себя часы.
– Серьезно, Стивен, спасибо. Тебе самому нужна какая-нибудь помощь?
Стивен повертел аппаратуру в руках, не поднимая глаз.
– Нет, я лучше сам этим займусь. Расслабься. Сними груз с плеч. У меня такое чувство, что ты еще не скоро сможешь отдохнуть. В холодильнике стоит пара банок пива.