Чтение онлайн

— То есть, — требовательно спросил Зерат, — что ты имеешь в виду, брат Агно? Хватит ходить вокруг, да около. Рассказывай.

Мастер пожал плечами.

— Как угодно. Я действительно прилетел по важному делу. Произошло нечто весьма интересное.

— Не тяни, — поторопил Зерат.

— Мир катится в Харат. На открытом собрании в Ариф-Кангуране горожанам было объявлено о создании Золотой Империи Циранус. Её костяком стали Туран, Замир, Эледон и несколько менее значимых королевств.

— Так, — задумчиво произнёс Зерат. — Значит, это всё-таки произошло. Они объявили всенародно о том, что скрывали почти десять лет. А это значит, что война уж не за горами, как и предсказывала Ханга.

— Война уже началась, — язвительно улыбнулся Агно.

— Что? — воскликнул Зерат. — Уже началась? Не может быть.

— И тем ни менее это так. Императором Цирануса стал калиф Турана, конечно, не без участия Шаал-Дуран и Чёрной Церкви. Под их чутким руководством в ускоренном порядке была создана имперская армия. Что-то около ста пятидесяти тысяч воинов. В настоящий момент всё это воинство направляется в сторону Свободного Союза и Этраски, чтобы расправиться с ними одним ударом.

— Колесо истории набирает оборот, — пробормотал Зерат, не замечая недоуменного взгляда мастера.

Внезапно раздался негромкий стук в дверь, прервавший разговор двух Покинутых. У последних не возникло сомнений в том, что стучит фераши.

— Кто там такой несмелый? — раздражённо рявкнул Зерат. — Войдите.

Дверь медленно приоткрылась, и Покинутые увидели испуганное лицо раба. Он с большим трудом заставил себя войти внутрь, но так и не смог оторвать глаз от пола. Совсем как тот юноша, что совсем недавно пригласил Агно на аудиенцию к Безликому. Страх к Покинутым, очевидно, пустил глубокие корни в человеческих душах.

— Господин, — потупившись, пролепетал фераши, — мне велено сообщить вам, что каратели вернулись в долину.

— Когда?

— Только что.

Зерат довольно потёр ладони.

— Хорошо. Можешь идти.

Фераши замялся у входа.

— Ну что ещё? Говори и проваливай.

— Из замка Зу пришёл посланник. Он велел предупредить вас, что магистры просят всех мастеров-заседателей собраться в Зале Смеха.

— Замок Зу? — удивлённо спросил Агно.

— Он имеет в виду Проклятую Цитадель, — насмешливо фыркнул Зерат.

— Понял, не дурак, — обиделся мастер.

Фераши поспешно покинул помещение, и Зерат поднялся с кресла, собираясь уйти. Агно также поднялся, ожидая объяснений.

— Сам слышал, магистры ждут меня на Совете. Но не волнуйся, мы продолжим нашу беседу. Возможно, завтра.

Агно кивнул.

— Как вам будет угодно. Но у меня есть один вопрос. Насчёт «карателей»? Правильно ли я понял, вы инициировали третью поправку?

Прежде чем ответить, Зерат выдержал длинную паузу:

— Всё верно, брат Агно. Кион-Тократ собрал небольшой отряд Покинутых, призванный выполнять приказы Совета. В основном он состоит из молодых студентов, однако, хочу заметить, это лучшие студенты Ордена.

— Лучшие? — пробормотал Агно.

— Конечно. Естественно, Смилодон относится к их числу. Он ведь доказал на турнире Белой Цапли, что является самым лучшим. Спасибо тебе за то, что воспитал Лорда Войны.

Агно пропустил шпильку мимо ушей.

— Вот как? Значит, каратели только что прибыли в цитадель? Интересно узнать, откуда?

— Они разбирались с одним дельцем по заказу лорда Сальвоса. Кажется, усмиряли восстание в Марадоне.

— Усмиряли?! — в глазах мастера появилась тень боли. Появилась и тут же исчезла. Лицо стало непроницаемым, словно камень.

Когда Зерат ушёл в Айбэш-Зу, Агно Свирепый больше не мог сдерживать свои чувства. Его глаза кричали о душевой муке, на лице застыла растерянность.

— Я должен был убить тебя, малыш, — прошептал он, прислоняясь к стене. — Но не смог. Я оказался слаб и этим погубил тебя, обрёк на медленное гниение в этом кошмаре. Это я во всём виноват…

Агно закрыл глаза и стоял, не двигаясь, несколько минут. Затем выпрямился и быстрым шагом направился на первый этаж, к воротам замка. Мастер больше не мог находиться в его пределах. Он чувствовал, как атмосфера Цитадели Молний, словно жгучая кислота, разъедает его разум, отнимает силы и волю к жизни.

Добравшись до Большой Колонны, Агно увидел высокого и стройного Токра, в чёрном кожаном плаще с глубоким капюшоном. Он шёл по центру зала и не замечал Агно за колоннами. Мастер пригляделся и не сумел сдержать удивлённого возгласа. Эта походка, эта фигура… Нет, ошибки быть не могло.

— Так спешишь, что нет времени поприветствовать наставника? — Агно с трудом узнал свой собственный голос. Он казался безжизненным, лишённым эмоций, хотя в душе мастера кипела настоящая буря.

Покинутый в плаще застыл, как вкопанный. Затем медленно повернулся к мастеру, судорожным движением сбросил капюшон на плечи и… Их взгляды встретились.

Агно вздрогнул, будто от удара хлыста. Он был готов ко всему, но не к этому. На всё ещё юношеском лице Артура были видны следы недавнего ожога. На губах застыла ядовитая презрительная улыбка, а из глаз волнами изливалась ненависть. Агно растерянно смотрел на своего воспитанника и не мог поверить в то, что это он. В этом озлобленном, наполненном враждой, воине не было ничего от того искреннего любопытного мальчика, образ которого мастер носил в своём сердце последние годы.

— Агно Серканис собственной персоной, — ядовито улыбнулся Артур, наполняя душу мастера новым отчаянием. Голос воспитанника был так же красноречив, как и лицо. — Или лучше мне называть тебя Свирепым? Хорошее имечко. Опасное.

— Как же они тебя изломали, мой мальчик, — с выражением ужаса на лице прошептал Агно. — Прости меня, что я не смог противостоять им, не смог спасти тебя. Я виноват…

— Виноват? — жутким голосом спросил юноша, делая шаг в направлении мастера. — Почему же ты так считаешь, наставник? Разве я не стал тем, кого желают видеть во мне мои собратья Токра? Разве я не стал подобен тебе, жестокий отец? Вы все желали взрастить негодяя. Вам это удалось, любуйтесь своим произведением, своим подобием! Я убиваю невинных. Женщин и мужчин, детей и стариков. Я наслаждаюсь страданиями живой плоти, как и все вы. Радуйтесь! Ликуйте!

Агно отшатнулся. Слова Артура опалили его рассудок расплавленным свинцом.

— Что? — наконец он нашёл в себе силы, чтобы грозно зарычать. — И ты гордишься этим, дитя? Неужели я так ошибался в тебе? Неужели не узрел ростков Тлена в твоей душе? Отвечай.

Глаза Агно полыхнули огнём, пронзая Смилодона насквозь. Казалось, они могли сжечь его дотла. Но взгляд Артура был не менее яростным. Он готов был взорваться от злости, настолько циничной и беспринципной показалась ему тирада мастера.