Чтение онлайн

— Сдерживаться? Ты? — возмущённо спросил Владимир. — Да мой сын тебя как ребёнка отпинал! Лишь из-за того, что он сдерживался, у тебя был шанс на подлые трюки. Иначе бы, никогда!

— Ты в этом уверен? Ну раз уж мы перешли на ТЫ, — усмехнулся я и приказал влить весь живой металл в кинжал, за секунду ставший больше похожий на метровое мачете. — Как я уже сказал, если ты хочешь, я не стану сдерживаться. Выходи, но потом не жалуйся на то, что тебе не хватило талантов и даров Борзой, чтобы справиться со мной.

— Это что? Ты… это подлый трюк! Использование артефактов!

— Если бы ты сам или твой сын были обычными людьми, не пользующимися всю жизнь дарами духа покровителя, я бы даже согласился, наверное. Только вот ваши противники, вашего клана, соперники за место в совете великих князей, они не будут стесняться использовать свои дары и свои артефакты. И если вы хотите встать с ними наравне, нужно принять себя такими, как вы есть. Двигаться дальше. И никогда не сдаваться. Пора оставить прошлое в прошлом, иначе у вас не будет будущего.

— Мы долго думали и поняли, что нам нечего вам предложить, — неожиданно пришли к заключению претенденты на место старейшины-торговца. — Учитывая, что вы обеспечили нас войсками в прошлом сезоне и ловко разыграли карты с испытаниями, лучше вас на эту должность никого не сыскать.

— Умно, но нет, — улыбнулся я. — Неужели вы думаете, я не вижу что вы пытаетесь сделать? Отказаться от сделки самостоятельно, чтобы лишить меня возможности выбора вариантов. Но увы вам, если вы действительно не хотите занять должность в совете, я найду своего кандидата.

— Это неразумно, мы лучшие из тех, кто есть в клане, — мягко направила меня женщина лет тридцати, в перешитом военном мундире так, чтобы он подчёркивал её фигуру и не скрывал грудь.

— Как хорошо, что я не ограничен выбором кандидатов среди Борзых и, если от места отказываетесь вы, могу себе позволить назначить на эту должность любого.

— Так не делается, — покачал головой стоявший чуть позади мужчина и повернулся к Ольге. — Ваше сиятельство, вы и вправду поддержите чужака и его неразумные требования?

— Вы только что отказались от этого места. Почему я должна запрещать барону действовать в разумных рамках? — поддержала меня княгиня. — Тем более, столько раз обсуждалось, что мы не можем уронить своей чести до уличных лавочниц? Теперь у нас будет шанс её сохранить.

— Это шутка такая? Как клан может существовать без торговли? Или вы снова нас испытываете? В таком случае оно дурацкое.

— Вы провалили выставленные условия, посчитав, что вы слишком умные, чтобы их исполнять. Увы, это не так, — ответил я, пожав плечами. — Сами должны знать, в любой сделке должно быть как минимум две стороны. Хотя бы вы и ваша совесть. Раз вы отказываетесь, мы найдём других.

— Как это должно помочь клану? — продолжила возмущаться стоящая впереди женщина, но я уже не обращал на неё никакого внимания. И это не укрылось от взгляда второго мужчины, входящего в список претендентов, но при этом не вступавшего в дискуссию. Вместо того чтобы спорить, он зашёл с другой стороны.

— Прежде чем торговаться, нужно выяснить, что вам нужно. Потом — что мы можем вам предложить и искать компромисс где-то посередине, — сказал он.

— В данном случае товар у меня — это место в совете. А с вас уже предложения. Ну и не только у вас: хоть предложение и эксклюзивное, но не закрытое. Если у вас не хватит гибкости и разумности, нужно будет привлекать со стороны.

— Раз так, тогда поступим иначе. Вряд ли вам интересен чёрный порох или поставки оружия. А учитывая то, что вы показали с пушками, и они не станут достаточным аргументом, — задумчиво проговорил он. — И место в башне для вас уже есть, и место при дворе тоже. Что вам может быть нужно? Ещё места?

— Только не доводи до абсурда, пожалуйста, — наклонившись ко мне, попросила Ольга. — Мы всё же не гильдия торгашей.

— Будто у нас есть выход… — буркнул я в ответ и повернулся к ожидающему ответа претенденту. — Прежде чем предлагать мне что-то, вы должны были понять, что у вас есть. Не у клана, не у семьи, а лично у вас.

— Личные вещи? Так у вас даже духовное оружие, в отличие от… — не понял мужчина, и тогда в дело вновь вмешалась красавица в подогнанной форме.

— У нас нет ничего, кроме нас самих, — многообещающе улыбнувшись, сказала она и расстегнула верхнюю пуговицу блузки. — Или вы больше по мальчикам?

— Достаточно, — недовольно поморщился я. — Дам вам ещё пару часов на обсуждение. Княгиня, мы можем провести первый совет без старейшины-торговца?

— Думаю да, с должностью дипломата я уже определилась, остальные тоже понятны, — кивнула она и, шагнув к трибуне, включила микрофон. — Прошу избранных старейшин и временно исполняющих обязанности подняться в башню. Идём.

Не дожидаясь пока все соберутся, мы направились к лифту, и хотя соратники Ольги всё ещё бурлили, обсуждая произошедшее, народ расступался. Всё больше я встречал уважительных взглядов и одобрительных улыбок. Ненависти и непонимания же стало в разы меньше. Кажется, испытания вкупе со спасёнными жизнями, репутацией и титулами, сыграли свою роль.

— Ну хорошо, пять побед ты одержал, какое место ты хочешь? — спросила Ольга, когда двери лифта закрылись. — Главы закупок?

— Нет, конечно. Если придётся, совмещу, но мне такое неинтересно. Мы договаривались о равноценном партнёрстве. Ты мне обеспечиваешь прикрытие от всевозможных начальников, я же помогаю тебе с кланом. Государство в государстве.

— Притом что ты мне фактически не будешь подчиняться, — хмыкнула девушка. — Это будет сильно подрывать мой авторитет.

— Пока его у тебя не много, так что тренируйся на кошечках. В смысле на своих родственниках, — вернул я её усмешку. — Я же воспользуюсь статусом комиссара от инквизиции, чтобы не допустить двоевластия.

— Ну и зачем тебе тогда в совет? Иди в инквизицию, там тебе точно будут рады. Господин барон.

— Вот только не нужно сарказма. Тебе это нужно больше, чем мне, — ответил я и вкратце объяснил своё виденье. Пары минут в лифте как раз хватило, чтобы донести мою мысль, и когда мы вошли в зал совета, решение уже было принято.

Комната со столом-месяцем, небольшой трибуной и выемкой для выступающего, смотрелась так же, как и в прошлый раз, но ощущалась совершенно иначе. Может, дело было в освещении, может, в пустых креслах. Скорее всего, в специфическом запахе неприятной, больничной чистоты.

Похоже, многие старейшины умерли прямо здесь, на рабочем месте. А в человеческом организме, расслабляющемся или, наоборот, испражняющемся во время спазмов, куча жидкостей, которые очень неприятно пахнут. Вот и обрабатывали всё по десять раз, избавляясь от одних ароматов и добавляя другие.