Чтение онлайн

О том, что звезды запечатлевают [свое влияние] на низших телах, и о том, что изменения, происходящие в этом мире, возникают в результате движения звезд

Глава II

Первые причины должны не доказываться, а предполагаться, потому что все прочие причины, кроме первых, сводятся к Закону Единого, предшествующего всему[36]. В самом деле, я не верю, что кто-либо сомневается в том, что движение окружающих небес изменяет элементы, а именно огонь и воздух; и что эти два изменяют другие два элемента, воду и землю, и всех животных, и растения, и другие живые создания, существующие в подлунном мире и в этих стихиях, и все, что подвержено изменениям и превращениям.

[Это происходит] потому, что Солнце и воздух оказывают воздействие на все земные создания, что очевидно, а также на все их части, и потому что изменений не случается на земле, если не считать изменения при прохождении Солнца через знаки[37], что порождает четыре времени года; весну, лето, осень и зиму. Это проявляется зримо в плодах и листве деревьев и даже у животных, которые, хотя и соединяются в другое время года с целью продолжения своего рода, но чаще делают это весной, чем в другое время года; это же видно и у смоковниц, и у кустарников и, если таковые есть, у овощей. И действительно, мы видим, что в результате дневного вращения [небес] земля становится теплой или холодной, сухой или влажной. И мы видим также, как в определенное время года случаются избыток вод и другие изменения, происходящие в результате кругового вращения воздействующих небес, и таким образом происходят изменения во всех предметах, расположенных на земле, особенно при прибывающей и убывающей Луне, потому что она ближе к земле, чем другие звезды и воздействия ее более ощутимы. То же самое [случается] и от солнечного тепла, воздействие которого ощутимее других, хотя случайно другие планеты иногда усиливают его воздействие, а иногда они уменьшают его, согласно своей природе, в зависимости от того, приближаются они к нему или оно приближается к ним. Но влияния других звезд не ощущаются таким образом, хотя их воздействие длится дольше. Воздействие Солнца зримо проявляется в росте ветвей, листьев и плодов деревьев, трав, и даже в том, что рассеивается и прорастает, причем проявляется более зримо, чем в других вещах, потому что, хотя оно проявляется [и в других вещах], обыкновенному человеку его трудно заметить. Однако оно известно человеку опытному в науках. Но другие звезды с планетами влияют на характер движения и размножения.

О том, каким образом делает свои открытия наука о суждении по звездам, и чем она может быть оправдана

Глава III

Что касается этой науки, то мы, несомненно, можем не только понимать происходящее, но также восстановить в памяти происшедшее и предвидеть будущее, как для отдельной личности, так и для обеих частей Вселенной. А именно при помощи представлений этой науки их действие и польза известны, хотя некоторые невежественные люди нечаянно могут сказать, что астрономия — это ничто. Несомненно, что это одна из четырех отраслей математики, причем более возвышенная [отрасль]; и, поскольку она более возвышенная, она оказывает более возвышенное воздействие, и польза ее больше, как говорится в нижеследующем: потому что предметы изучения других областей математики ниже[38] предмета изучения астрономии. В самом деле, предмет изучения арифметики — число, геометрии — мера, музыки — созвучие. Как говорится в некоторых источниках, [эти] предметы являются возвышенными в своих проявлениях. Но предметом астрономии являются свойства движения наднебесных тел. Астролог знает, какого рода движения присущи всем наднебесным телам. Если ему известны свойства их движения, он знает, и какого рода влияние они оказывают, и насколько эти влияния значимы, и все, что может произойти на земле естественным образом и в других стихиях в результате движения наднебесных тел, в чем, видимо, никто не сомневается[39], если только он не дурак и не глупец. И все это известно астрологу по вышеназванной причине. Следовательно, все, что происходит сейчас, происходило давно или будет происходить в будущем, может быть известно астрологу, поскольку он знает свойства движения, которые были, есть и будут впоследствии, когда бы это ни было, и (он может узнать], что из этого может выйти.

Против тех, кто говорит, что науку о звездах[40] никому нельзя познать

Глава IV

Те, кто говорит, что эту науку не следует высоко ценить, (придерживаются того], что, хотя астрологи и открыли несколько пустяковых истин, их деятельность нужно осудить. Они утверждают, что, во-первых, эту науку о звездах в целом познать нельзя. Они говорят, что высшее небо (Эмпирий) полно звезд, влияние и воздействие которых такое же, как и других звезд (так же как существуют дураки в туниках). И они говорят, что астролог не обращает на них (эти звезды) никакого внимания. Следовательно, наука о звездах, вероятно, не может быть познана полностью. Мне кажется, что им можно ответить единственным образом, а именно: они ничего не доказывают этим и их опровержения ничего не стоят. Но если бы мы захотели допустить подобное, между нами, по-моему, им можно было бы ответить, что, хотя их возражения и могут показаться весомыми, они, однако, несущественны: если девятое небо полно звезд, как они говорят, в нем нет движения, как было сказано[41].

Кроме того, все части этого неба равносильны, ни одна не может более или менее, чем другая [воздействовать на что-либо], и таким образом, одинаково и повсюду, во всех точках, передается его влияние или воздействие, потому что все области и части этого неба равны и одинаково сильны. Они нс различаются ни по силе света[42], ни по количеству, ни еще по какому-либо качеству, их нельзя ни передвинуть с места на место, ни поместить куда-то [sic!]. Но части других небес[43] отличаются по свету, количеству или качеству. Ибо избыток какою-либо качества | причина] собирается в разных местах. Блеск или свет любой из семи планет ощутимо собран в одном теле[44]. Но свет или блеск 8-го неба разбросан по разным местам или предписан Первопричиной видимым телам в различных его частях для того, чтобы разделить воздействия, и поэтому они способны передать множество различных значений в соответствии с тем, для чего их создал Первый Мастер. Тождественность[45] сохраняется в воздействиях 9-го неба, но не сохраняется в воздействиях других небес, они, скорее, неоднородны (как я расскажу) по времени и по месту, а без этого не может быть ни возникновения, ни уничтожения. Воздействия видимых небес соответствуют их неоднородности. И если бы осуществлялись воздействие или влияние, отличающиеся или не отличающиеся от 9-го неба, они не могут влиять или воздействовать на низшие тела униформно, а только разнообразно и по-разному. И 9-е небо не может влиять или воздействовать на низшие тела иначе, чем через посредство соответствующего неба, воздействие которого проявлено. Воздействия 9-го неба являются оккультными по сути, потому что они не могут быть проявлены, пока не станут разнообразными; подобно тому, как ветер или вода, попадая в узкий проход, становятся могущественнее, и присущие им свойства проявляются сильнее и становятся ощутимее; и подобно тому, как вода, бегущая по мельничному каналу, воздействует сильнее и имеет большую мощность, чем вода, текущая по просторному широкому руслу реки. Так же, как свет или блеск Луны, если пробившись через какую-то узкую щелку, попадает на лошадь, может вызвать у нес судороги[46] в спине, может поразить судорогой все тело, и от этого лошадь умрет. Но если эта лошадь будет стоять в лунном свете, так, что он будет заливать се, Луна не причинит ей никакого вреда, ни в месте, подверженном судорогам, ни в какой другой части ее тела, как утверждают врачи.

Могут быть и такие возражения, что астрологию не отрицает никто, кроме некоторых мужей, называющих себя теологами (поскольку они такие, какие есть). Эти говорят, что астрологи не знают астрономию в целом, а раз они этого нс знают, то и не могут (по их мнению) выносить суждения или предсказывать что-либо в будущем, ведь звездам нет числа, астрологи же упоминают лишь о 1022[47] из них, не считая планет.

На что можно ответить, что, хотя астролог и не упоминает о всех звездах, потому что это было бы слишком нудно, тем не менее он использует их все, ведь он пользуется двенадцатью знаками, в которые включены почти все звезды[48]. И им можно сказать, что и они не знают всей теологии, но все-таки проповедуют[49] дни напролет. Если они могут проповедовать, зная лишь какую-то малую часть теологии, тем более может астролог составлять суждения, зная гораздо больше в области астрологии. И в самом деле, немало осталось узнать в области астрономии; однако, то многое, что уже известно, гораздо больше, чем то, что можно узнать в области теологии. Действительно, Первопричина настолько же больше небес, насколько небо больше горчичного зерна. Астролог же больше знает о небе, чем о горчичном зерне. Теологи же не знают о Господе и с горчичное зерно. Следовательно, совершенно ясно, что астрологи знают больше об астрономии, чем теологи о теологии, и поэтому у них больше прав высказывать суждения, чем у теологов — произносить проповеди.

Действительно, астрологам известно так же много об астрономии, как и о том, что звезды и видимые небеса могут оказывать влияние и предвещать нечто. Однако относительно Эмпирия или скрытого[50] неба можно сказать, что [тут] нет ничего [значимого] для астролога - ни для составления суждения, ни для наблюдения движения звезд, ни того, что происходит в результате этого[51]. Потому что это небо, поскольку оно неподвижно и неизменно, никак не действует, и звезды в нем не могут действовать на тленные, низшие тела, потому что они звезды, не могут они воздействовать и на наш мир, потому что они наднебесные, но только (те звезды могут влиять на него), которые к нему принадлежат, потому что они обладают движением и потому что они движимы.

Против тех, кто говорит, что звезды ничего не означают для возникновения и уничтожения, а также что они не имеют отношения к происходящему по сию сторону Луны

Глава V

Другое дело, когда говорят, что планеты или другие звезды не имеют никакого отношения к возникновению или уничтожению и вообще ко всему, что происходит в подлунном мире. Ответ им таков: все мудрецы сходятся в том, что низшее управляется высшим. Не то, чтобы звезды управляли людьми, лошадьми или кораблями, или колесницами, или другими преходящими предметами таким же образом, как смертные люди управляют подобными вещами (ибо тогда получилось бы так, что последствие нс было бы в согласии с породившей его причиной); но они управляют ими, передвигая и уничтожая элементы[52] и превращая их друг в друга, из-за них происходят возникновение и уничтожение. И они создают отдельные предметы из элементов, которые уничтожились. В конце концов отдельные предметы тоже уничтожаются, вновь превращаясь в элементы, как говорят.

Против тех, кто говорит, что планеты имеют отношение только ко всеобщим понятиям

Глава VI

Иное дело, когда говорят, что планеты имеют значение только для общих понятий, а нс для частностей. Таким людям следует отвечать, что все смешанные тела состоят из четырех элементов, и эти элементы образуют каждое тело. Они не смогли бы образовать тело, если бы не были соединены под действием планет, не исключая других звезд, непрерывным и неустанным вращением звезд, движущихся вокруг элементов. Потому что, если бы планеты означали только общие понятия, как утверждают, и если бы это было правдой, то они должны были бы означать и индивидуальные понятия, имея в виду не только личности, но и отдельные их части, такие, как руки, ноги, голову и тому подобное. Но на самом деле под воздействием планет отдельные личности растут, взрослеют, стареют, заболевают и так далее в результате соединения, взаимного превращения элементов и вновь разложения на элементы.

Против тех, кто говорит, что звезды предвещают только две вещи: необходимое и невозможное, исключая возможное.

Глава VII[53]

Иное дело, когда некоторые говорят, что звезды предвещают только две вещи: необходимое и невозможное, но исключая возможное; необходимое — например, как то, что огонь горячий; невозможное как то, что лошадь летает; но не вероятное, исключая возможное как то, что человека переместят или он напишет что-нибудь[54].

Ответить им можно так. Конечно, существуют необходимые и невозможные вещи. В самом деле, некоторые вещи являются необходимыми, например, небо вращается, потому что такова его природа; а некоторые вещи — невозможными: например, огонь не может быть холодным по своей природе. Но, опять-таки, некоторые вещи возможны: например, вода может стать горячей привходящим образом, хотя она не такова по своей природе. Так же человек может говорить по своей природе и может говорить в данный момент, он мог говорить и до настоящего времени и сможет говорить в будущем; но, хотя он и говорил уже пару раз, тогда и теперь, вовсе не обязательно, что он заговорит в будущем. Необходимое или естественное для любого рода или вида является характерным признаком любого представителя данного рода, например, умение летать — такая способность присуща всем представителям этого рода. То, что возможно для рода, возможно и для каждого его отдельного представителя. Но, появившись как возможность, свойство не является необходимым или невозможным для других представителей рода. Например, человек умеет плавать, но это не обязательно для каждого человека и не является невозможным для других. Мы видим, что одни умеют плавать, а другие — нет. Вполне возможно, что некто родится королем, и вполне возможно, что он же может перестать им быть. Но однако, если бы он не был королем [по праву], он не мог бы им стать. То есть, между необходимым и невозможным есть середина — возможное; а между необходимым и возможным есть здравый смысл и суждение. Следовательно, оно[55] возможно, и суждения по звездам истинны и полезны, потому что они естественны, и, не являясь случайными причинами, они выступают в роли причин согласно своей природе. Поэтому суждения эти нельзя считать никчемными, как говорят слепцы. И грех говорить, что они невозможны, когда мы ясно видим, что они есть. И это относится и к воздействиям звезд, и к суждениям по ним.