Чтение онлайн

— Итак, Дуги. Это что-то личное?

— Что ж, Дэйв… мне нравится думать об этом как о своем профессиональном долге.

— А-а… Этот человек мне по сердцу. Собираешься убить их всех?

— Очень на это надеюсь.

— Я так понимаю, что ты не в большом восторге от серийных убийц?

— Да, и это тоже.

— Есть и еще что-то?

— Понимаешь, Дэйв… Никогда не слышал о Великом Американском Герое?

— О Малом Американском Герое, если речь о тебе.

— Да ладно тебе, Дэйв, — ну хочешь, сделаем перерыв, чтобы публика посмеялась?

— Ладно, Дуг. Прости меня. Так что там насчет героя?

— Ну вот. Это тот самый парень, которым все мы хотим стать.

Я бросил челюсть в банку с холодной водой, закрыл банку крышечкой и поставил ее в подержанный шкафчик, который купил специально, чтобы хранить в нем мои трофеи.

Зубы займут свое место среди прочих мелочей, которые я собирал все это время.

Кэрол убил четырнадцать человек. Вскрывал черепа и съедал мозги. Все его жертвы были профессорами колледжей. Мужчины и женщины, которые могли дать этому миру гораздо больше, чем он. Всякий, кто считает, что может «поглощать интеллект» и не посещать заочные курсы, как все прочие люди, просто очень глуп. Вы бы сразу это поняли, если бы послушали, какие истории рассказывает Кэрол в клубе. Никогда не слышал ничего более тяжеловесного и утомительного. Он рассказывал очень медленно и скучно, у него совсем не было чувства ритма, а персонажи получались вялыми и неинтересными. Я был уверен, что по нему никто не станет скучать.

— Так где вонючая пасть? — На следующем заседании Тони оглядывает меня и восьмерых оставшихся членов клуба. У меня прямо сердце останавливается. Прошло уже шесть месяцев с тех пор, как пропал предыдущий скиллер, и я уже успел позабыть об этой первоначальной тошнотворной волне тревоги, которую всегда испытываю на первом собрании после исчезновения.

Никто ничего не говорит. Тони властно и задумчиво смотрит на нас, а потом говорит сквозь зубы:

— Сколько на твоих, Берт?

— Уже четверть…

— А мои, по-моему, немного спешат. На моих уже двадцать.

Уильям Холден всегда говорит так тихо, что кажется, будто он постоянно шепчет. Из-за этого, да еще из-за того, что голова у него совершенно лысая, он производит очень неприятное впечатление — типичный серийный убийца. На теле Уильяма вообще не растут волосы, и, хотя для этого есть какое-то медицинское словечко, я про себя называю его просто уродцем.

— Опоздание на сорок пять минут, леди и джентльмены, — Тони рыгает и снова смотрит на нас. — Я не потерплю такой недисциплинированности.

— И что ты собираешься сделать? Оштрафовать его? — остролицая Таллула Бэнкхед, поджав губы, язвительно улыбается. У нее в жизни два любимых занятия — убивать людей и подкалывать людей. Стыдно признаться, но я чуть не подрался с ней как-то раз, когда она помешала мне рассказывать одну из моих лучших историй. — Или, может быть, заставишь его сто раз написать: «Я не должен опаздывать на собрания?»

Все уже научились пропускать мимо ушей насмешки Таллулы, так что Тони просто бросает на нее сердитый взгляд и обращается ко мне:

— Ты иногда приезжаешь сюда вместе с Кэролом, Дуги. Сегодня его в автобусе не было?

— Э-э… что-то я не заметил.

— Что, занят был? На какую-то курочку пялился? — Чак слегка толкает меня локтем, и я улыбаюсь ему в стиле «Ну, ты же меня знаешь». Мы оба в клубе считаемся сексуальными гигантами, и по тому, как все рассмеялись, я понимаю, что его намек был оценен.

— А что, если мисс Ломбард вовсе не опаздывает? — Шер наклоняется вперед, выпустив струю дыма. Она говорит очень четко и взвешенно, совсем как настоящая Шер. — Может быть, он у нас больше не появится. — Шер называет остальных не иначе как мистер Такой-то и мисс Такая-то.

Когда я впервые увидел Шер в клубе, долго не мог прийти в себя, потому что она — практически точная копия настоящей Шер. Та же манера поведения, тот же возраст, тот же рост, те же волосы, тот же голос.

Тони с любопытством смотрит на Шер.

— Ты отвечаешь за свои слова? Шер выдерживает взгляд Тони.

— Я просто говорю, что… Ну… Может быть, с него хватит клуба.

Я сижу и втайне молюсь, чтобы Тони купился на это.

— А что вдруг стало не так с клубом? — Тони любит клуб больше всего на свете.

— Просто мне кажется, что у нас все становится немного слишком предсказуемым — новизны не хватает.

Чак поджигает очередную «Мальборо».

— Должен признать, что сейчас у нас не так весело, как бывало. — Потом Чак острит, и я просто корчусь от смеха. — Знаете, то же самое можно сказать насчет секса с птицей додо.

Я смеюсь всегда, когда Чак что-то говорит, он просто знает, где у меня смеховые точки. Но мой смех заглушает нервный голос Джеймса Мейсона.

— А по-моему, надо просто присмотреться к тем членам, что покинули клуб. —Джеймс макает пакетик с ромашковым чаем в чашку с горячей водой. Там уже плавают два других пакетика — всем известно, что Джеймс любит крепкий чай. — Наверняка у них были какие-то серьезные причины. — Джеймс редко выступает на наших собраниях, и уж если он вдруг решился поговорить с нами, а не с голосами у себя в голове, это повод для беспокойства. Я бы предпочел, чтобы он продолжал перешептываться со своей мертвой мамочкой, потому что на какое-то ужасное мгновение мне показалось, что сейчас кому-нибудь придет в голову настоящая причина, по которой восемь членов клуба больше не посещают заседаний.

Тони выглядит мрачным.

— И что, это моя вина, что ли?

— А кого нам еще винить? — Таллула продолжает напрашиваться на неприятности, и всем ясно, что она сегодня в особенно склочном настроении. Я бы списал это на месячные, если бы не боялся, что она бросит в меня пепельницей — как случилось в прошлый раз, когда я сделал такое предположение.

— Никто никого не винит, Тони, — шепчет Уильям. — Но мне кажется, нам и вправду стоит подумать о чем-нибудь новеньком.

— Например? Вызвать танцовщиц? Устроить лотерею? Распродажу — что именно? — лицо у Тони краснеет от ярости.

— Я заговорила об этом только потому, что мисс Ломбард в прошлый раз была очень возмущена тем, куда катится клуб. — Шер продолжает настаивать на своем.

— Считаешь, что я не гожусь в председатели?

— Конечно нет, мистер Кертис.

— А по-моему, считаешь. По-моему, ты обвиняешь меня в том, что я отпугиваю людей.

— Не стоит так нервничать.

— Знаете что, когда на меня нападают, я защищаюсь, ясно?

— Я только считаю, что нам нужна свежая струя… нечто совершенно новое…

Я замечаю, что Бетти внимательно прислушивается к разгорающемуся спору. Сегодня она выглядит восхитительно, и, памятуя о словах Чака, сказанных на прошлой встрече, я замечаю, что она и правда частенько поглядывает на меня, если не сказать «пялится».

— Я всегда могу собраться с силами и пошутить пару раз. — Берт никогда не упускает возможности порисоваться, и я радуюсь, что Тони, обводящий нас всех тяжелым взглядом, не обращает на него никакого внимания.

— Кому-нибудь еще Кэрол говорил, что недоволен?