Книга благонамеренного читателя
Шрифт:
Опять исключительная грамматическая ситуация, как в истории с единичным применением «а» в финальной строке. Я рассматриваю весь кусок Изяслава как эпический монолит.
Моя разбивка:
| …Единъ же | Изяславъ сынъ Васильковъ |
| позвони | своими острыми меча о шеломы Литовскiя; |
| притрепа | славу деду своему Всеславу, |
| а самъ подъ чръленымя шиты | |
| на кроваве траве, притрепанъ | |
| литовскыми мечи | |
| исхоти | юна кров. |
| А тьи рекъ: Друживу твою, кпяже, | |
| птиць крилы приоде, а звери кровь | |
| полизаша. | |
| Не бысь ту брата Брячаслава, ни | |
| другаго — Всеволода. Единъ же | |
| изрони | жемчюжну душу из храбра тела. |
| чересъ злато oжepeлie. | |
| (Один же Изяслав сын Васильков | |
| позвонил своими острыми мечами о | |
| шлемы литовские, | |
| «притрепал» славу деду своему Всеславу, | |
| а сам под красными щитами | |
| на кровавой траве «притрепанный» | |
| литовскими мечами | |
| исходил юной кровью. | |
| А тот сказал: Дружину твою, | |
| князь, птиц крылья приодели, | |
| а звери кровь полизали. | |
| Не было тут брата Брячеслава, | |
| ни другого — Всеволода. Один ты | |
| изронил жемчужную душу из храброго | |
| тела через златое ожерелье…) |
«Исходить кровью» — устойчивое сочетание во многих славянских языках. Значение его — «умирать от потери крови» (Даль). Вероятно, «исхоти» — написание авторское. Если бы в оригинале значилась форма — «исходи». Переписчик, несомненно, узнал бы ее и сохранил орфографию.
И грамматически и литературно это прочтение точнее.
Вместо ужасной кровати на поле кровавой битвы, вместо любовника Изяславова — простой, известный фразеологизм, точно вписывающийся в образный строй и стилистику эпического текста.
Дополнение
Обидно. Литературы по «Слову» накопилось за два века великое множество. За всем уследить просто невозможно. Особенно за старыми, «провинциальными» выступлениями, которые не попали в основное русло науки по «Слову».
Когда статья уже была написана, мне в каталоге одной библиотеки встретилась карточка: Н. И. Маньковский. «Слово о полку Игореве» — лирическая поэма внука Боянова. Житомир, 1915 г.
Я затребовал и обнаружил в этой книжке разбивку «юна кров» (стр. 98).
Уже тогда можно было избавиться от «любовника на кровати».
А он пребывает на оной до сего дня.
П р и м е ч а н и я
1. Условное обозначение Переписчика XVI века. Соответственно Переписчик XVIII века — П–18.
2. Калайдович К. Ф. Библиографические сведения о жизни ученых трудах и собраний российских древностей графа А. И. Мусина–Пушкина. Записки и труды ОИДР, 1824, ч. II.
3. Дылевский Н.М. Лексические и грамматические особенности языка «Слова о полку Игореве». В кн.; «Слово о полку Игореве» — памятник XII века. М. — Л., 1966, стр.241.
Под трубами спеленуты
…Всеволод представляет Игорю своих воинов!
А мои ти Куряни сведоми къмети,
подъ трубами повити, подъ шеломы
взълелеяны, конец копiя въскръмлены…
Перевод Мусина–Пушкина:
Мои Курчане въ цель стрелять знающи,
Подъ звукомъ трубъ они повиты, подъ
шлемами возлелеяиы, концомъ копья
вскормлены…
Романтический портрет средневекового русского воина.
Первый переводчик не понял «къмети» и разбил слово, получив новый смысл.
Не буду останавливаться на истории «къмети». Термин последующими переводчиками узнан, и довольно близко истолкован — «воины».
Гораздо интересней судьба глагола «повити», который все производят от корня «вить», и переводят — «спеленуты». Не замечая, как нарушается размашистая поэтическая схема, в которой неуместно мелкое, бытовое наблюдение — спеленуты. И это говорится о воинах.
А мои–то куряне — умелые воины,
под трубами спеленуты (?)
под шлемами взлелеяны,
с конца копья вскормлены!..
Прозаизм «спеленуты» разрушает эпически обобщенный смысловой ряд.
Глагол «повиты» встречается в одном из поучений Паисиевского сборника XIV века «…человеци есмы повиты въ гресехъ»1.
Едва ли следует понимать церковный афоризм, как «человеки спеленуты во грехах». Думаю, что в поговорке воплотилась христианская мысль «человек порожден во грехе», и этим отличается от бога, который зачат безгрешно и порожден Девой!
И разве основная обязанность народных акушерок (повитух, повивальных бабок) пеленать, а не помогать роженице? На Урале я слышал в русской деревне пословицу: «Коза не разродится — идет к овце–повитухе».
Латинское слово «вита» — жизнь, вероятно, было причиной появления и «повити», и «повитух».
Этот книжный термин стал основой для украинского слова — «вытати» — жить, для русского «обитать» — жить (обвитать), «обитель» — место жизни (обвитель) и, наконец, «витать» — жить (ср. витает в облаках)..
Это заимствованное слово не выдержало конкуренции общеславянского омонимичного «вить» (свивать, веять) и сохранилось лишь в отдельных конструкциях.
Слово «повиты» могло бы служить доказательством древности памятника. Если его не узнали сотни специалистов но древнерусскому языку за два века беспрерывного изучения «Слова» и бесчисленных источников по славянским языкам и говорам, то каким языковедом–гигантом должен был быть фальсификатор XVIII века, чтобы найти этот давным–давно забытый термин и употребить его в единственно возможном (в этом контексте) литературном значении.
Термин, надо полагать, уже в XII веке применялся редко и то в литературном, книжном языке. Кажущаяся легкость прочтения гаппакса2, в виду услужливой близости глагола «вить», обернулась непониманием. Метод «народной этимологии», примененный учеными, позволил им при взгляде сверху вниз увидеть лишь крышу неодноэтажной лексемы.
А мои–то куряне — умелые воины:
под (звуки боевых) труб рождены,
под шлемами взлелеяны,