Чтение онлайн

Оглушенный падением паладин ослабил хватку, Титания высвободила ногу и расправила помятые крылья. Кьяра поняла, что ей ни в коем случае нельзя снова дать взлететь. Коснувшись алого кристалла, чародейка обернулась огромной обезьяной. В два скачка сократив дистанцию, девушка обхватила фигурку архифеи цепкими обезьяньими руками. Яростно закричав, та затрепыхалась, пытаясь выскользнуть, но беспомощно обвисла, ослабленная зельем, что выпила Кьяра. Руки обезьяны сжались сильней, проверяя на прочность кости королевы. Так вновь закричала от боли и бессилия.

Поднявшись, паладин сделал аккуратный взмах мечом, и красивая головка Титании отделилась от тела вместе с обрубком толстой золотистой косы. В глазах ее мелькнула вспышка лезвия, мгновенное удивление. Как и Оберон, это могущественное, без преувеличения, богоподобное создание не ожидало, что ее растопчут жалкие смертные с помощью жалкого оружия и примитивной магии. Кьяра отпустила обмякший труп, а белобрысый склонился над ним с магической флягой.

Дрейк рассыпался на дождь из переливающейся чешуи, обернувшись златовласой эльфийкой. Каленгил на мгновение замешкался, и этого оказалось достаточно. Послышался громкий раскат грома, и воздушная волна оттолкнула зеленого гвардейца. Девушка-дрейк кинулась наутек, а Каленгил, поднявшись, подбежал к истекающему кровью Арадриву.

Сменив облик, Кьяра атаковала убегающую фигуру. Волна резкого громкого звука достигла цели, и эльфийка схватилась за голову, но в следующее мгновение уже растворилась в воздухе. Ведьмы сделали несколько магических залпов, замораживающая магия ударила в то место, где секунду назад была девушка.

Повисла тишина.

— Помогите, они сейчас истекут кровью! — крикнул Каленгил, пытаясь зажать рану Арадрива, но кровь просачивалась сквозь пальцы. — Не вырубайся, дурак! — крикнул он уже синему.

Тот дрожал всем телом, делая неглубокие судорожные вдохи. Задар и вовсе лежал без движения. Арум подбежал к красному, стараясь закрыть рану магией, а тифлингесса упала на колени рядом с Арадривом. Зачерпнув немного из банки с целебной мазью, приложила к рваной ране. Синий застонал от боли, потянулся дымок, но несколько секунд спустя он перестал дрожать, и дыхание его стало спокойней. Каленгил вздохнул с облегчением.

Закончив колдовать, драконид слегка приподнял голову Задара, ощупал жилку на шее и тоже удовлетворенно кивнул.

Распрямившись над трупом феи, паладин спросил:

— Все убиты?

— Нет, — ответила Кьяра. — Дрейк обернулся женщиной и сейчас где-то бродит, невидимый.

— Как же я ненавижу невидимок, — зло вздохнул Эридан.

Его руки взметнулись в замысловатом жесте, спустя секунду он посмотрел на них:

— Джи! Не понимаю, что происходит. Магия меня не слушается.

Дрейк проявился за его спиной, сбил с ног мощным прыжком и проволок по полу, поддев когтями нагрудник. Меч Эридана отразился в зеркальной чешуе, расплавляя ее словно железо. Зверь дернулся, отпустив эльфа. Чешуйки разлетелись, и златовласая эльфийка упала на колени. Наполненные слезами глаза посмотрели на подскочившего к ней Эридана:

— Нет! Пожалуйста, не убивай меня!

Эльф замер на месте, слегка опустил лезвие:

— Маленур?…

В синих глазах было до боли родное выражение, от которого в груди что-то дрогнуло. Воспользовавшись этой возможностью, Маленур взмахнула рукой, превратившейся вдруг в когтистую лапу. Эльф инстинктивно отпрянул, когти скрипнули по нагруднику и подцепили шлем, снося с головы. Еще немного, и его лицо превратилось бы в кровавые лоскуты. Удар второй лапы пришелся в бок. Паладин почувствовал, как лопнули ремни, скрепляющие нагрудник, как подлатник разошелся по швам, вместе с жилетом, рубашкой и податливой плотью. Стиснув зубы от боли, он посмотрел в лицо Маленур. От выражения беззащитной просьбы не осталось и следа. В глазах холодный расчет, ни капли эмоций не отразилось в них, когда она наносила удар за ударом. Он снова так легко обманулся. Когда девушка сделал третий выпад, прямо в лицо, Эридан, угадав ее намерение, ушел от удара и рубанул мечом. Собственная сила и скорость сыграли с Маленур злую шутку. Видя лезвие, но не в состоянии остановить движение собственно тела, она закричала. Клинок разрубил ее тонкий стан, словно ивовый прутик. Когда дымящиеся останки коснулись пола, паладин осел, зажимая кровоточащие раны.

— Вам нужно лечение, — произнесла тифлингесса, подходя к нему. — Неизвестно, когда проявятся последствия зелья.

Она достала из сумки лечащее зелье, протянула.

— Да, сейчас… — тяжело дыша, произнес паладин, снимая нагрудник.

Кьяра оглядела его. Выглядел он паршиво, белый как смерть, весь перемазанный в крови, на скуле проявился здоровенный синяк. Вздохнув, достала из сумки еще и баночку с мазью. Ненароком помрет еще.

Эльф опрокинул в себя бутылочку с зельем и прикрыл глаза в ожидании действия. Девушка нанесла мазь на рану в боку. До остальных его ранений она не смогла дотянуться. Запахло спекшейся кровью, от ран пошел легкий дымок, стягивая края. Сняв латную перчатку, он приложил ладонь к слегка затянувшейся ране, а затем недоуменно посмотрел на перепачканные кровью пальцы. Девушка и сама нахмурилась. С помощью магии она прощупала паладина, пытаясь понять, что с ним не так. Она ощутила волшебную ауру его меча, пояса, увеличивающего силу, а в поясной сумке — магию лежащего там зелья. Однако сам эльф был абсолютно пуст, словно и не было в нем никогда никаких магических сил.

Она склонилась к его уху и тихо, чтобы никто из окружающих не услышал, прошептала:

— Магия тебя покинула. Видимо, ты все-таки пал.

Эридан замер на мгновение, судорожно начал снимать доспехи, девушка помогала расстегивать ремешки. За доспехом последовали подлатник и мокрая от крови рубашка. Взглянув на левое плечо, провел по нему подрагивающими пальцами, закрыл глаза ладонью и рассмеялся. Кьяра посмотрела на него с недоумением. Что еще за фокусы?

— Мне конец, — проговорил сквозь тихие смешки.

Прозвучало это без следа грусти, что вызвало у чародейки еще больше вопросов.

— Почему? — спросила она.

— Я больше не паладин, — ответил он. — Не знаю, как Титания это сделала, просто сказала на сильване, что мой договор с Аурил расторгнут. Теперь мне конец.

Даже осознавая тяжесть собственного положения, он не мог сдержать счастливого смеха. Наконец-то освободился. Какое это горько-сладкое чувство.

Девушка, решив, что у него случилась истерика, влепила ему пощечину, задев синяк на скуле. Поморщившись, эльф прекратил смеяться, а на шее девушки вспыхнули дьявольские письмена. Он с удивлением увидел пылающие буквы, и как лицо тифлингессы исказилось от боли, причиняемой ими.

— Это еще не конец, — прошипела она. — Все видения сбылись, кроме птицы. Через несколько часов меня захлестнет откат от зелья, я буду совершенно беспомощна.

— Не понимаю, — пробормотал эльф, обеспокоено глядя на девушку. — Почему твой поводок работает? Я больше не паладин Аурил.

Он встал, растеряно коснувшись лба:

— Когда они узнают… Фейдарк [59] покажется благословенным местом….

Выражение на лице сменилось, словно он понял, что нужно делать.

— Ческа!!! — громко завопил Эридан, и спустя несколько секунд неподалеку от него материализовалась фигура суккуба.

Кинув ей флягу, беловласый скомандовал:

— Живо!

Исчадие ловко поймало предмет и растворилось в шлейфе дыма, оставив за собой аромат Преисподней.

— Что ж, теперь есть шанс, — вполголоса сказал эльф.

Повернувшись к гвардейцам, скомандовал:

— Осмотреть весь дворец, все служебные помещения! Кто сопротивляется — убивайте.

Обернувшись к девушке, проговорил успокаивающим тоном: