Чтение онлайн

— Слушай, ты чего несёшь? — возмутился я.

— Та ничего! Выпить охота холодного пивка… Только Лиле не говори, — шёпотом сказал брат.

— Ну пошли выпьем. А я тебе потом магией помогу протрезветь, — предложил я.

— Не могу, Лим. Лиля, если узнает, то очень расстроится. Мы так не договаривались, — тяжело вздохнул Натар.

— Ой, да идите уже! Достали бубнить! Только меру знайте! — раздался Лилин голос из глубины палатки.

Натар округлил глаза и прошептал:

— Это что, она всё слышала что ли?

— И сейчас слышу! А ну подите вон и дайте поспать, варлаки полуночные, — проворчала Лиля.

— И что, правда можно? — замер в предвкушении Натар.

— Можно! Проваливайте!

Что-то бумкнуло, и Натар предпочёл пойти прямо в домашних шортах. На улице было прохладно, но ночь скорее остужала, чем холодила. Пивка мы не добыли, зато у меня нашлась бутылка вина.

Затем сидели прямо над пропастью на отвесной скале и передавали друг другу бутылку. Вина там осталось меньше половины. Звезды на небе горели ярко, а луны давали достаточно света, чтобы не плутать в потёмках.

— Люблю я её, понимаешь? — спросил я у брата несколько глотков спустя.

— Понимаю, как не понимать. Мы когда с Лилькой разругались, думал, помру от тоски. Только вот Ката — не Лилька. Моя — простая, крепкая. Такой в деревне будет хорошо. А Ката? Она другая. Утончённая. Не вынудит ли она тебя в городе остаться? Чай в деревню с нами не поехала.

— Не знаю, Нат. Как разольётся, так и высохнет. Чего гадать заранее? Нам ещё тут столько лет жить. Глядишь, всё образуется. А если уж детки пойдут, то им всё лучше в деревне, в лесу да на лугу, чем среди городских стен.

— Это верно, брат. Главное, чтобы тебе с ней хорошо было.

— Мне не просто хорошо, мне с ней сказочно.

Когда бутылка опустела, мы поднялись и разбрелись по своим постелям. Я был настолько счастлив в этой ночи, что не хотел, чтобы она заканчивалась.

Катарина

Утром я проснулась наэлектризованная виной, стыдом и нетерпением. Вчерашнее сумасбродство с Лимаром казалось непозволительным эротическим сном. Но я знала, что всё было по-настоящему.

Вот только… любила я Танарила. У эльфа имелся миллион недостатков, и о них можно было бы написать целый трактат. Лимар — замечательный, добрый, чуткий и заботливый. И у него недостаток только один. Он — не Танарил. Решение созрело само. Вымученное, долгожданное, окончательное. Мне оставалось только поговорить с ними обоими. Я заранее чувствовала себя виноватой перед Лимаром, но ничего не могла с этим поделать. Изо всех сил старалась его полюбить, но, видимо, нельзя выбирать, к кому прикипает сердце.

Я заметалась по общей комнате. Другие девушки, включая Наташу уже давно проснулись.

— Ты чего мельтешишь? — прикрыв рот рукой, с чувством зевнула подруга.

— Ой, Наташа, что вчера было! — стыдливо прошептала я. — Я целовалась с Лимаром!

— Напилась что ли? — удивилась она.

— Почему сразу напилась? — возмущение поднялось из глубины души. — Просто всё было так романтично, а потом он меня поцеловал. И мне понравилось!

— Да неужели? Неужели лучше, чем с Танарилом?

— Нет, не лучше. Лимар… ты же сама знаешь, какой он хороший! — ответила я.

— Он-то для тебя хороший, а ты для него? Зря ты это затеяла, подруга, ничего путного из этого не выйдет, — нахмурилась Наташа и испортила мне всё настроение.

Я и сама знала, что она права. Вот только признать свою неправоту — это одно дело. А услышать это от кого-то ещё — другое. Недовольно фыркнув, я пошла на завтрак, где меня уже ждала Лиля, уперев руки в бока.

— Мать, ты чего творишь, а? — начала она с места в карьер. — Ты же буквально на днях по Танарилу сохла! А теперь опять с Лимаром целуешься! Нет, ты не думай, я только за Лимара. Просто не хочется, чтобы ты его обидела.

— Знаете, что? Мы с Лимаром взрослые люди и сами во всём разберёмся! — воскликнула я.

Эти две нравоучительницы переглянулись и расхохотались.

— Ой, не могу. Взрослые люди! — сквозь смех простонала Лиля.

— Сами они разберутся! — подхватила Наташа.

— Знаете, что? — сердито повторила я, стараясь одним взглядом призвать к порядку.

— Что? — весело спросил Лимар. Он подошёл к нам, и в руках у него было два завтрака.

— Они смеются над тем, что мы взрослые люди и сами разберёмся, — пожаловалась я.

— Пусть смеются. Как спалось, махонькая моя? — нежно спросил Лимар.

— Хорошо, — улыбнулась я.

Неожиданно он наклонился и поцеловал меня при всех.

— Лимар, нам нужно погово…

— Мать, можно тебя на разговор? — несколько нервно перебила Лиля. — Наедине.

Я закатила глаза. Если она опять будет высказывать, как я неправа, то придётся ссориться, а этого не хотелось. Мы отошли подальше от столов под навесом и встали с подветренной стороны.

— Слушаю.

Скептически скрещенные на груди руки и хмурый вид ясно давали понять: ничего слушать не хочется!

— Натар ещё не знает… я беременна, — сказала Лиля и разрыдалась.

От неожиданности я поперхнулась вдохом и кинулась радостно её обнимать, надсадно кашляя. Просто какой-то праздник в тубдиспансере!

— А чего ревёшь? — спросила, когда вернулась речь.

— Магия. Ката, ты не представляешь, как я не хочу её терять! Это моё, понимаешь? Да, я люблю детей, но терять способности?.. Что за отвратительный, несправедливый мир? Я ими только начала пользоваться толком… Да это единственное по-настоящему чудесное, что у меня было в жизни! — плакала Лиля.

— А Натар?

— Мужчины есть у всех! А магия — нет. Кроме того, я никогда не знала, каково это — быть врачом. Мне нравится, понимаешь? Для меня это теперь смысл жизни! Я вообще не знаю, как так вышло, я вроде бы предохранялась специальным заклинанием…

— Погоди расстраиваться. Танарил что-то упоминал, был какой-то эксперимент. Давай я сначала с ним поговорю?

— Ката, прошу тебя, пожалуйста, всё, что угодно, если есть хоть какое-то средство, чтобы сохранить магию, — я готова на всё! Даже на аборт… — тихо прошептала она, глотая слёзы.