«Не холод. Так… морось. Не боль, а всего лишь грусть…»
Не холод. Так… морось. Не боль, а всего лишь грусть.В конце всех терзаний доверю себя судьбе.Во что это выльется? В тихое: «Я сдаюсь».И, может быть, томик стихов… стихов о тебе.2014
«Ты становишься точкой отсчета и краем причала…»
Ты становишься точкой отсчета и краем причала.Мне бы выкричать, выплакать все, о чем я молчала:Все бессонные ночи, все рифмы к слову «скучала».Между нами дверь без замка, на одной петле.Я надеюсь, что в этой комнате нету окон…Сновидение – полный бред: прошибает сплошным потоком,Пробивает нутро, разливаясь по телу током, —Не боюсь не проснуться. Боюсь заблудиться во мгле…Сможешь быть со мной рядом, выбросив камертон?Пережить этот сон и просто дождаться рассвета,Оставляя меня счастливую «на потом»,Оставаясь во тьме последней полоской света…2014
«Пиши мне, обязательно мне пиши…»
Пиши мне, обязательно мне пиши…Как можно реже… и как можно теплее…Я снова строчками этими захмелею,Пиши мне, как прежде: «Дыши, родная, дыши…»Как хорошо, что ты от меня далеко,И я не знаю, какая у вас там погода.Твоя минута равняется где-то годуВ моих часах. А мне все равно легко…Легко. Я дышу. Слушаю шум дождя.Читаю твои стихи и учу молитвы.Мы были детьми. Мы просто сбежали с битвы,И в этом была вся правда ушедшего дня.У нас на Земле опять за войной война,Цунами, циклоны и воздух тяжелый, хрусткий,И люди такие песни зовут искусством,Что лучше, наверное, полная тишина…Какого цвета там у тебя закат?Скажи, на твоей планете бывают зимы?Такие, как ты, безмолвные пилигримыПривыкли к тому, как сердца звучит набат?Там легче писать? В озерах синей вода?Там ртутью искрятся глаза неприрученных кошек?И если кого-то из близких коснется беда,Ты чувствуешь кожей?Пиши мне, обязательно мне пиши…Как можно реже… и как можно теплее…Я снова строчками этими захмелею,Пиши мне, как прежде: «Дыши, родная, дыши…»2014
«Она стояла у окна…»
Она стояла у окнаИ снег казался бесконечным.Хоть говорят: «Ничто не вечно…»,Она всю жизнь была одна.И кто б ни пил ее «до дна»,Кого б она ни целовала, —Она всю жизнь была однаИ хорошо об этом знала…2014
«Я столетье дрейфую на этой льдине…»
Я столетье дрейфую на этой льдине…Я давно так, о Боже, не видел суши!Для других я угрюмый и нелюдимый,Для нее я любимый и самый лучший.Я так долго, Боже, плутаю в чаще:Встречу лешего – он меня примет за брата!Помню, я ей сказал: «Станем видеться чаще». —И, шагнув за порог, не вернулся обратно…Что случилось? К чему довелось прикоснуться?С ней всегда было просто… легко… без надрыва…А теперь… мне осталось ужом свернуться —Нынче есть кого вспомнить за секунду до взрыва!2014
«А этот звук изнутри…»
А этот звук изнутриСовсем не тот, что снаружи:И эти комья земли,И эти всхлипы: «Ты нужен!»А я стоял в стороне:Дивился и изумлялся —Они скорбят не по мне,Я здесь, я рядом остался!Я словно и не ушел.Просто не давит под сердцем.Мне здесь почти хорошо:Не мерить боль в мегагерцах,И не пытаться успетьНа всех попутных экспрессах,И даже хочется петь…И не читать желтой прессы,И подмигнуть иногдаЕй вдруг потухшею лампой,Предупредить, где беда…И оставаться ей ПАПОЙ!2014
«Скажи, как все будет, мне, мой Капитан!»
Скажи, как все будет, мне, мой Капитан!Щелчок зажигалки и легкий дымок?Успею услышать, как щелкнет капкан?А впрочем, неважно… Важнее, чтоб смог…Усилий немного нажать на курок —Тут главное, чтоб не дрожала рука,Сложнее себе сочинить некролог…Хотя… можно кратко: «Прими дурака…»Потом я войду в переполненный зал,И чаши практически будут равны.Скажи, только честно… а ты не усталОт этой людской повсеместной вины?Скажи, от конвейерной этой возниНе хочется взвыть и пуститься в бега?Тут каждый «за правду» – кого ни возьми…До скорого, Кэп, коль не дрогнет рука…2014
«Уходит лишнее… и остается солнце…»
Уходит лишнее… и остается солнце.Не всполохами, а пролитым светом!Все вовремя: ответы и заветы…И столько впереди – не видно донца!Все вовремя, хотя немного грустно.И моря вкус напоминает слезы.И жаль порой, что нам нельзя вернутьсяТуда, где сердца не коснулись грозы.Туда, где кажется, что мир огромный навзничьУпал к ногам и покорен навеки.И в каждом встречном новом человекеЗнак для тебя. И это много значит…Так много значит! Дорогого стоит!И он, конечно, не с мечом, а с миром…А где-то в церкви ладаном и миромБлагоухает воздух… не достроенЕще алтарь. Тебе сюда дорога,Но не сейчас – сейчас еще не время…2014
«Я вернусь, когда снова наступит зима…»
Я вернусь, когда снова наступит зима,И Вы сварите мне обжигающий кофе.Я без слов знаю, что я была в каждом вздохеВашем… Вот оттого возвращаюсь сама.Без звонка, телеграмм и назойливых писем —Ровно так же, как Вы меня ждали столетье:Я была в каждой букве, строке, междометье,В каждом взгляде на небо, в пугающей высиГолубых облаков… Я вернусь к Вам, и сноваМне откроете дверь – в этом нету сомненья.Вы меня сберегли в каждом Вашем мгновенье,Вы меня воскресили несказанным словом.Я вернусь… чтобы долго смотреть и молчать…А потом… что потом, если честно, – не знаю,Но мне хочется верить, что снег вдруг растаетИ начнется весна, и мы станем встречатьЖуравлиные стаи…2014
«Я отпускаю их без сожаленья —…»
Я отпускаю их без сожаленья —Свечей огарки не ношу в карманах.Я помню, мне сказал седой священник:«Смиренье в том, чтоб не кричать о ранах»…Я открывала карты всей колодой —Они, в глаза не глядя, уходили.Я провожала взглядом ту колонну:Раз отвернулись – значит, не любили!Не в тридцати серебренниках дело,Не в том, что походя был брошен камень, —Противно, если мямлит тот, кто сделалСвой выбор и твердит, что он не КаинИ не Иуда,И медный крестик теребит на шее…2014
«Громче пальбы из ружей щелкнул замок и стихло…»
Громче пальбы из ружей щелкнул замок и стихло.В комнате стало душно. «Щелк» – и нечем дышать.Если бы фильм – конечно, самое время титрам.Кончилась «love» и «story» – героям бы не мешать…Но любопытный зритель зала не покидает,А я стою, бледнея, реплики исчерпав.Липкие взгляды. Я же голая и босая,Прячу лицо в ладонях, волосы растрепав…Мне и без ваших взглядов выстрелом каждый выдох.Вы не живые, видно. Каждый – судья и врач!Где-то в районе сердца, словно ядром навылет…Мне ведь казалось – спаситель, а оказался – палач.Главный герой за кадром. Я же – второстепенна…Руки целует, губы – там другое кино.Как-то уж слишком внезапно кончилась кинолента.Кто написал сценарий, в общем-то, все равно…Может, нужна истерика? Не для него. Для зрителей!Оскара дайте, что ли. И дорогого вина!Сколько вас тут – советчиков, чертовых кинолюбителей?Сколько вас -мертвых – рядом? Я живая одна!2014
«Не вопьюсь в твои губы жадно. Выдержу голод…»
Не вопьюсь в твои губы жадно. Выдержу голод.Ты не то чтоб картинно красив, но бессовестно молод.Перепутали роли. Ну откуда в тебе этот морок?Я уйду. А ты думал, попробую взять измором?Не смеши – у меня для души есть другие вещи:У меня есть текила, лайм и слова порезче.У меня Куатье, Куантро, кольт на всякий случай —Так что, мальчик, ступай себе с Богом – себя не мучай!2014
«Мне, безусловно, многое по плечу…»
Мне, безусловно, многое по плечу:Выберу рейс, сама за себя заплачу —Чертов билет куплю, в Турцию полечу,Хоть боюсь самолетов.Буду смотреть поверх загорелых тел(И ничего, что сама-то бела как мел) —Там, у барной стойки мальчик красив и смел —Себе цену знает…Закусив губу, взяв в кафе ноутбук(Так бездарно используя свой досуг),Толстый дядя сидит и смотрит на сук —Ветку кипариса…Рядом женщина. С ним. А по сути одна.Пьет весь вечер и зла, что еще не пьяна.Вся как будто натянутая струна —оттого не пьянеет.Я устану от музыки и от вина,От того, что вечность не влюблена,От постылого круга «обида – вина»,И уйду на берег.Буду камни бросать и смотреть на рябь,Может быть, наконец, научусь нырять,Умудрюсь ключи от номера потерять —Я ужасно рассеянна…Буду жадно вслушиваться в прибой,Вспоминать, как мы целовались с тобой.Помнишь, мы мечтали до золотой?Как же было глупо!2014