Чтение онлайн

Первая беда общеобразовательной системы России состоит сегодня в том, что она перестала быть единой и государственной. Она разбита на три уровня и подчинена частично федеральной власти, частично – региональной, а частично – и местному самоуправлению. Сообразно этому и финансирование ведется из трех источников. Таким образом, единого хозяина у российского образования больше нет.

Это ухудшило и без того непростое положение учебных заведений. Их материально-техническая база крайне слаба и изношена. Неспроста постоянно горят школы, детские сады, интернаты. Средств явно не хватает даже на их текущее содержание.

– Причем семьи начинают ощущать проблемы уже тогда, когда их дети достигают дошкольного возраста…

– Уничтожение дошкольного образования началось вместе с первыми шагами по демонтажу советской образовательной системы. За годы «реформ» детских дошкольных учреждений в России стало меньше на 42,4 тысячи. А это означает, что их численность сократилась более чем вдвое. Таковы официальные данные статистики за период с 1990 по 2010 год. Число педагогов в дошкольных учреждениях также сократилось наполовину.

Вследствие политики «реформаторов» стало меньше не только детских учреждений, но и самих детей. Россия пережила колоссальный демографический спад. Детей восьми лет у нас сегодня в два раза меньше, чем восемнадцатилетней молодежи. А как только наметилось повышение рождаемости, проблема нехватки детских учреждений сразу встала во весь рост. Многие семьи ждут очереди в детсад по два-три года. Десятки тысяч родителей решают эту проблему коррупционными способами. Между тем вследствие воровской приватизации тысячи зданий детских садов используются сегодня не по назначению. Нередко их облюбовали налоговые службы, службы судебных приставов и другие государственные организации. Вернуть их детям не так уж трудно. Можно вернуть и ту часть помещений, что оказалась в руках коммерческих структур: ведь они приватизированы обманным путем. Но даже этот вопрос органы власти не решают.

– Какие еще язвы школьного образования вы бы отметили в первую очередь?

– К началу «реформ» в России насчитывалось 67570 дневных общеобразовательных учреждений. К настоящему времени их количество сократилось на 19 тысяч. Вместо 20,3 миллиона в школах осталось 13,4 миллиона учащихся. Заметно уменьшилось и число учителей. Однако министр образования и науки Фурсенко считает, что в системе среднего образования работают 200 тысяч лишних учителей, которых необходимо сократить, а школы объединить. Правительство не беспокоит, что в результате такого объединения наполняемость классов увеличится, а качество обучения снизится. В элитных школах во все времена насчитывалось не более полутора десятков учеников в классе. Не случайно и нынешние частные школы ориентируются на такую же численность.

Да, в советское время почти треть школ работала в две смены. Сегодня их доля сократилась до четверти. Но не это нужно рассматривать как проблему, требующую решения. Идеальный вариант в том, чтобы дети вообще могли заниматься в одну только первую смену. Это позволит школам войти в оптимальный режим, повысить успеваемость учащихся, освободить место и время для внеклассной работы. Почему вместо этого нужно требовать слияния и закрытия школ?

Кроме того, правительство не раз объявляло о желании улучшать демографическую ситуацию. Если это действительно так, то школы надо не закрывать, а готовить к приему большего числа детей, чем сегодня. Да и объективные предпосылки к этому есть. В школьный возраст вступают дети тех, кто появился на свет в последние годы Советской власти. А это – самое многочисленное поколение за всю историю нашей страны. Появление детей в их семьях смягчает статистику российской демографии, хотя и временно. Мы с полным основанием называем это последним подарком Советской власти нынешней России. Но даже этим подарком правительство не желает достойно распорядиться.

КПРФ на защите образования

– Когда КПРФ критикует образовательную политику оппонентов, это понятно. Критика для политической борьбы – «закон жанра». Но есть ли зримые результаты, полученные в результате противостояния Компартии и власти?

– С погромом в образовании КПРФ ведет борьбу уже два десятка лет. Многое, кстати, нам удавалось. Ведь ничего нового Фурсенко, в сущности, не предлагает. Его предшественники в 90-е годы уже пытались экономить на образовании. Но, имея весомый пакет голосов в парламенте, мы не позволили разгуляться горе-реформаторам.

Скажу больше, при активном участии И. И. Мельникова, О. Н. Смолина, Т. В. Плетневой и других наших товарищей фракция КПРФ в Госдуме обеспечила в 1996 году принятие закона «Об образовании». В чем его достоинства? Прежде всего, он гарантировал бюджетное финансирование учебных заведений. Одновременно им давалась возможность самостоятельно зарабатывать деньги и расходовать их на нужды образовательного процесса. В условиях крайне недостаточного и нестабильного госфинансирования это спасло от краха многие вузы и ссузы. Особенно важно то, что этот закон категорически запрещал приватизацию образовательных учреждений. Наконец, он предусматривал достаточно высокую степень социальных гарантий. Даже эксперты Парламентской ассамблеи Совета Европы признавали прогрессивный характер российского закона об образовании, рекомендовали его как пример для других стран.

Теперь, к несчастью для граждан страны, расклад сил в Госдуме изменился. «Единая Россия» получила железобетонное и исключительно вредоносное большинство голосов. Поэтому и «реформаторы» смогли развернуться. Под сенью путинской «стабильности» парламент воплощает в жизнь разрушительные идеи методом «ползучего внедрения».

В череде исключительно вредных решений стоит особо выделить принятие закона о «монетизации» льгот в 2004 году. Он нанес серьезнейший удар по обязанностям государства. Именно тогда из закона исчезла статья, которая содержала гарантии приоритетности образования. Была убрана норма, запрещавшая сокращать число бюджетных мест в вузах и многое другое. В тот же самый момент учебные заведения стали ограничивать в возможности зарабатывать средства и самостоятельно ими распоряжаться. Изымались и важные социальные гарантии.

Потом был сделан еще один шаг. Появился закон «Об автономных учреждениях». Образовательные учреждения поставили перед выбором: или гарантии, включая финансирование, или свободы. В который уже раз нам пришлось поднимать общественное мнение. И хотя не удалось вынудить правительство отказаться от принятия этого закона, мы добились, чтобы переход «в автономность» был добровольным.

Как мы и прогнозировали, мало какие учебные заведения изъявили желание стать автономными учреждениями. В этой части «Закон об АУ», как его называли, провалился. Вот тогда власть перешла от добровольности к насильственному сценарию. Появился свежеиспеченный закон об изменении статуса бюджетных учреждений. Он цинично декларирует «совершенствование правового положения учреждений социальной сферы». По сути же речь идет о том, чтобы университеты и школы, а заодно музеи, библиотеки, научные институты, спортивные учреждения приравнять к торговым киоскам. И ведь «киоск» в данном случае – не метафора. Как полагают в правительстве, у вуза, театра, поликлиники, как и у торговой лавки, должна быть одна «благородная» цель – зарабатывать деньги, а по сути – обирать население.

Наступает момент, когда достоинства закона «Об образовании» 1996 года хотят уничтожить окончательно. Этот израненный поправками документ решили отправить на свалку. Появился новый проект закона, подготовленный Министерством образования и науки, который правительство уже внесло в Государственную думу.

– Действия правительства вы объясняете соображениями экономии. Но единственный ли это мотив в его поведении?

– Да нет, это не мы, это само правительство вместе с «Единой Россией» все объясняет соображениями экономии. Мы же их как раз в том и обвиняем, что они не экономят, а разбазаривают бюджетные доходы. И не просто разбазаривают, а способствуют усилению конкурентов России. Именно это делает Кудрин, когда отправляет в США колоссальные «стабилизационные» средства, чтобы избежать инфляции. Но вот какое диво: США в свою очередь, ничуть не опасаясь инфляции, используют наши средства на собственные нужды.

Так что, на наш взгляд, поддержка конкурентов налицо. Мы ведь с вами не будем сейчас доказывать очевидное – то, что конкуренция в современном мире существует, и весьма жесткая? И мы не будем повторять разные глупости за Горбачевым, утверждая, что все вокруг наши друзья, которые только и мечтают подтянуть нас до уровня «общечеловеческих ценностей».

Несмотря ни на что, и Путин, и Кудрин, и Фурсенко будут и дальше объяснять, что реформа образования нужна. Нужна, чтобы снизить государственные расходы. Но истинные причины происходящего кроются не в заботе о состоянии бюджета.