Чтение онлайн

— Приедет, никуда не денется.

— Я с ума сойду, пока он приедет!

— Да что случилось-то, доченька? — встревожилась мать.— Беда, что ли, какая?

— Тебя это не касается.

— Аня!

— Что — Аня? Что ты умеешь делать? Ныть? Ты всю жизнь только и делала, что просила у меня денег! Как мы будем жить, на что мы будем жить! Это ты во всем виновата! — в запальчивости бросала обвинения Анна.

Мать заплакала и опустилась на маленький диванчик:

— Дочка, да разве я для себя? Да что ты, дочка! Что б только у вас все было хорошо, у тебя да у Сашки. А мне много ли надо?

— Давно? Раньше ты говорила совсем по-другому, а когда все есть, то конечно! Больше нечего желать, все сбылось! — И Анна побежала по лестнице наверх, в свою спальню. Сообразила, наконец: надо ему позвонить!…

…Потянулась еще одна ужасная ночь. Дэн отключил свой телефон, чтобы не разговаривать с ней. Анна заперлась изнутри на ключ и открыла окно, чтобы не пропустить, когда он приедет. В дверь пару раз робко постучала мать:

— Аня, Анечка, открой, пожалуйста.

— Не надо, мама.

— Ты сердишься?

— Нет, я уже не сержусь. Иди спать.

Мать отходила от двери, но Анна постоянно слышала в коридоре ее тяжелые вздохи, больше похожие на СТОНЫ.

Анна давно уже ходила кругами около тумбочки: пузырек с заветными таблетками притягивал ее, словно магнит. Но она держалась и ждала Дэна. Все больше и больше накатывала злость. Сделал глупость, а теперь боится показаться ей на глаза! Мальчишка! Да, это она его подтолкнула, но у него-то мозги есть!

Она прислушивалась к каждому шороху за окном, мучилась тяжелыми мыслями о нем, о себе, о том, что им обоим делать дальше, плакала, пару раз задремала, потом проснулась, а Дэн все не приезжал. Анна выдержала так до трех часов ночи, потом все-таки приняла свою таблетку и забылась тяжелым, тревожным сном.

Проснулась она внезапно, словно вынырнула из глубокого омута. Прорвавшись сквозь толщу воды, глотнула холодного свежего воздуха и тут же открыла глаза. Дэн сидел на самом краешке ее кровати.

— Где ты был? — Анна резко села, отбросив одеяло. — Я до трех часов ночи ждала. Где?!

— Какое твое дело? Я замерз. У тебя тут в спальне спрятана бутылка конька. Не возражаешь? Не возражаешь. — Он достал из шкафа коньяк и сделал прямо из бутылки несколько жадных глотков. Анна с ужасом посмотрела на него.

— Зачем ты убил Андрея?

— Что?!

— Я тебя там видела, и ты меня видел, не прикидывайся овцой!

— Ну и что, — равнодушно ответил Дэн.

— Собирай свои вещи и уезжай. Куда-нибудь подальше от Москвы, хоть в свое родное село под Нижним Новгородом.

— Так ты знаешь?!

— Потом я привезу тебе загранпаспорт и деньги, поедешь хоть в Америку, хоть в Китай, мне все разно, лишь бы тебя милиция не нашла.

— Анна, подожди… — Он умоляюще посмотрел на нее.

— Что еще?

— Я не виноват: это все случайно получилось.

— Ах ты, невинное дитя! Конечно, это я дрянь. А ты святой! Борец за правое дело!

— А разве нет? Я измучился, устал тебя ревновать, устал за всеми следить: за Панковым, за этим твоим адвокатом Сначала один пытался меня отсюда выжить, теперь другой. Почему он мне звонит и говорит страшные вещи? Скажи, ты его тоже звала Дэном? Я только Дэн-второй в твоей жизни? У тебя что, вся любовь по номерам? Но я больше не хочу быть вторым номером. Лучше уж вообще никаким.

— Вот и отлично! Я давно ждала этого объяснения! Тебе деньги нужны? Боишься снова оказаться в общежитии, снова искать по объявлению богатую дамочку, которая тебя пригреет? Как ты смеешь подслушивать мои разговоры, следить за мной, заявлять какие-то права, убивать для того, чтобы я на всю жизнь осталась тебе должна! Ты, как и все остальные в этом доме, ничего не умеешь делать, только клянчить и ныть, ныть и клянчить. Я дам тебе денег.

— Да подавись ты ими, может, тогда поймешь… — Он выбежал из комнаты.

Анна не верила в то, что Дэн уйдет. Ну, погорячилась, накричала на него. Ведь не собирается же она оставить мальчика с двумя трупами на шее и совсем без денег! В конце концов, он сделал это ради нее. Анна открыла окно, хотела крикнуть Дэну, чтобы вернулся, но вместо этого сказала:

— Машина, между прочим, тоже моя! Раз решил от меня уйти, верни на место!

Серый «Гольф» резко рванул с места, и вот тут-то Анна испугалась: «Он же выпил! Для человека, который не увлекается спиртным, несколько глотков коньяка — это большая доза. Да еще всю ночь не спал! Врежется в кого-нибудь, сумасшедший!»

— Дэн! Вернись! — запоздало крикнула она. Но серый «Гольф» уже выезжал за ворота.

Анна занервничала. Бежать за ним? Но, в конце концов, он не ребенок! Сам знает, что делает! Поколебавшись несколько минут, она все-таки стала одеваться. Руки слегка дрожали.

«Догоню, — решила Анна. — Это не Москва, к тому же раннее утро, машин на шоссе мало, мой «Мерседес» гораздо мощнее. Я его догоню».

Опять накрапывал дождь, дорога была скользкой, и Анна еще больше занервничала. Скоро будет развилка и выезд на трассу. Где же он? Где?

Выехав на шоссе, она сразу увидела развернувшийся поперек дороги рефрижератор. Его задние колеса свесились в кювет. С обеих сторон к месту аварии, отчаянно сигналя, уже подъезжали другие машины. И тут Анна увидела машину Дэна: серый «Гольф» врезался в одну из берез у обочины и перевернулся. Судя по тому, как выглядела машина, удар о дерево был не первым, до этого «Гольф» врезался еще и в рефрижератор, отчего и вылетел на обочину. Анна на ватных ногах вышла из своей машины. Мужчина из подъехавшей «копейки» тут же метнулся к ней.

— Девушка, у вас телефон есть? Надо ж милицию вызвать! И «скорую»! — Она машинально достала из сумочки сотовый и протянула ему. Рядом послышалось надрывное:

— Ну и псих! Вылетел под колеса на бешеной скорости, мать его, а потом отлетел прямо в березу! А мне что? В тюрьму теперь?

Анна побрела к машине Дэна, так и не сообразив, что не успела сменить домашние шлепанцы. Они были окантованы мехом бежевого цвета, на который теперь налипала жирная грязь. Пока Анна добрела до машины, у нее промокли ноги. Внутри «Гольфа» все превратилось в сплошное месиво. Анна попытался найти ручку левой дверцы и несколько раз с силой дернула. Потом она уже ничего не помнила: как ее пытались увести от разбитой машины, как приехала «скорая»… Анна не плакала, она просто оцепенела и все время повторяла шепотом: