Чтение онлайн

И Анна поставила все четыре свечи за упокой. Четвертый был Дэн. Ленский как-то давно сказал, что не верит в Бога.

«Простите меня, простите. Ваня, Андрей, Света, Дэн, прости. Я слишком сильно хотела, чтобы вы умерли. И ты Дэн. Лучшее, что я могла для тебя сделать, — это убить. Потому что отпустить не хотела, но и жить с тобой больше не могла. Прости… Дальше? Что дальше? Я-то еще жива! И последнее дело стоит закончить. Узнать правду и спасти Ольгу».

Она вернулась к киоску, где высохшая старушка в темном платке торговала свечами и иконками, и спросила:

— За здравие можно упомянуть?

— Кого, детка?

— Рабу божию Ольгу.

— Заболела али как? — участливо спросила старушка.

— Заболела.

— Простую или заказную?

— Заказную, бабушка. Вот деньги.

— Да ты много, детка, даешь! — ахнула старушка.

— Возьмите. Я хочу, чтобы она жила. Теперь хочу этого.

— Что ж, дело Божие. На строительство храма, значит, пойдет, а родственницу твою батюшка помянет в своих молитвах. Ступай себе с Богом, детка, все будет хорошо.

Вздохнув с облегчением, Анна вышла из церкви. Лучше поздно, чем никогда. Надо иметь мужество, чтобы признать свои ошибки. Все то зло, которое ты желаешь другим, обязательно возвращается к тебе же. Анна теперь знала, что надо делать.

Мимо проходили две нарядно одетые девушки, и она поймала вдруг их сочувствующие взгляды. Дотронулась пальцем до щеки: мокрая. А дождя на улице нет. Оказывается, она плачет…

…Часа через полтора Анна приехала домой. На кухне сидел один только Стас. Он испуганно посмотрел на хозяйку и хотел было что-то сказать, но та его оборвала: «Потом, Стас, потом». Анна не стала ужинать, сделала себе крепкий кофе и поднялась наверх. Номер домашнего телефона Ольги Калининской нашелся в старой записной книжке, которую она засунула в чемодан, а чемодан спрятала на антресолях. Этот чемодан был единственной вещью, которую Анна перевезла из комнаты с видом на огни в особняк Ленского. Увы, Ольги по старому адресу не оказалось. Десять лет прошло! Но зато Анна нашла в книжке домашний телефон ее матери. Та подсказала номер телефона ее дочери.

К телефону подошла сама Ольга, Анна услышала ее милый голосок:

— Алло? Говорите?

— Оля, здравствуй.

— Кто это? Ой, голос не узнаю совсем! Кто-то будет богатым!

— Это Анна. Австрийская. Ты меня еще помнишь? — Анна замерла: наступила краткая пауза. Как отреагирует Ольга?

А та вдруг затараторила:

— Ой, Анечка, как хорошо, что ты позвонила! Наконец-то! А как ты телефон узнала? Мы в новую квартиру переехали… Ой, да что это я! Конечно, тебе мама сказала… Совсем ты на меня обиделась! И не звонила, и не заходила, а я все думаю: как нашей Анечке повезло! Так хорошо устроилась! Богатая и такая счастливая, наверное! Но ты же у нас такая умница, такая красавица! Кому, как не тебе! А еще про богатство говорю! Тебе говорю, что будешь богатой! Ой, да ты у нас и так самая-самая!

Анна даже слегка растерялась. Казалось, что они расстались от силы пару месяцев назад, причем лучшими подругами, а не врагами на всю жизнь. Что не было двух безобразных скандалов, устроенных Анной в офисе «Северного сияния», Ольгиных слез по этому поводу, смерти Андрея Юсупова. Ольга продолжала рассыпаться в комплиментах. Наконец Анна ее оборвала:

— Ты знаешь, что Андрея убили?

Тут Ольга всхлипнула и заговорила так же быстро, но уже в минорном тоне:

— Ой, Анечка, конечно, знаю! Андрюшенька умер, как же так? Что же теперь будет, где я найду другую такую работу, куда теперь податься? И Васенька еще маленький, а Паша так мало зарабатывает! Я думала в Израиль уехать, но разве Света меня возьмет?

— Свету убили вчера.

— Как? И ее?! Из-за денег, да? Аня? Я говорила Андрюше, чтобы продавал квартиру через агентство, и дачу тоже. Только проверенным людям, уж лучше комиссионные заплатить! А он меня не послушал… Ах, Светочка, Светочка! А я думаю: что ж это она мне не звонит? Вчера ведь обещала, и все нет и нет. Я уж сама звонила, да у нее на квартире телефон не отвечает. И Тамары Григорьевны нет… Ох, Анечка, как же так? Что же со мной теперь будет? А с Васенькой? Она ведь ему не чужая, Светочка.

— Что ты болтаешь? Какое отношение Света Юсупова имеет к твоему сыну? То есть имела?

Ольга осеклась, но потом опять затараторила:

— Как же! Она ж ему крестная мать! У нее своих детей все равно не будет, все моему сыну должно было отойти.

— Это с какой же стати?

— Так мы же с Андрюшей… Ой, так ты не знала?

— Что?!

Анна не верила своим ушам. Ольга же вдруг заговорила совсем по-другому, жестко и уже без причитаний:

— Что слышала. Это его сын.

— Оля! — растерянно сказала Анна.

— Что — Оля?

— И давно вы с ним?

— Давно. Еще при тебе. Жить как-то надо. Да, мой Пашка хороший человек, но такой тюфяк! Только бы на диване лежать да телевизор смотреть. А денег как не было, так и нет. Я терпела, пока не поняла, что если кто и добьется чего-то в жизни, то не он, а я. А тут Юсупов под руку подвернулся. Разве я могла упустить такой шанс? Разводиться он не хотел: сначала у жены папа был богатый, потом родственники в Израиле объявились, опять же богатые. И у меня муж. Хорошее прикрытие. Светлана так ничего и не поняла.

— И тебе меня не жалко было? — спросила Анна.

— Жалко. Но мне надо было на кого-то перевести стрелки. Тогда Светлана начала что-то подозревать. У меня не было выбора. И должность я не могла получить через твою голову. Но ты же выкрутилась? Я знала, что ты выкрутишься: ты красивее, ты умнее, ты можешь одна, а у меня в жизни был только этот единственный шанс.

— Оля, Оля! Как же ты собиралась ехать вместе с ней в Израиль? А там что? Признаться в том, что твой ребенок от ее законного мужа и вы столько лет бедную женщину за нос водили? И за это она должна была оформить на него наследство?

— У нее все равно никогда не будет детей. Я бы придумала что-нибудь, лишь бы уехать вместе с ней. А что теперь? Аня?

— Как-нибудь образуется.

— Ну не зря же ты позвонила, тебе меня жалко, наверное. Знаешь, ты всегда была такая хорошая. Я слушала твои песни и гордилась, что у меня такая подруга!

— Была, — уточнила Анна.

— Что?

— Была такая подруга.

— Ну, Анечка, разве ты еще сердишься? Возьми меня к себе на фирму. Я знаю, что у тебя есть рекламное агентство.

— Что ты понимаешь в рекламе?

— Я пойму. Ночами буду сидеть, в выходные работать, даже зарплату можешь мне платить меньше, чем тому, кто сейчас работает на этом самом месте.

— Вот, значит, как ты Юсуповых убедила, что надо взять на мою должность именно тебя, — задумчиво сказала Анна. — Ты работаешь сейчас?

— Где? Фирму-то закрыли.

— Вот и сиди пока дома.

— Аня, я не понимаю…

— Поймешь. Не вздумай только никуда бежать, ни в какую милицию. Там думают, что это я. Они меня арестуют, а тебя этим все равно не спасут. Наоборот. Будет только хуже.