Чтение онлайн

– «Не помешал бы живым» – для костра? – хохотнул Иуда, сделав еще одну неудачную попытку отодвинуться, глядя на стоящих над ним людей с ненавистью и страхом. – Лучше я умру здесь. Дикая Охота так и продолжит скакать над Прагой, пока не опустошит ее, и клипот навеки останется здесь, а вы оба – в нем!

– Клипот, – повторил Курт. – Так вот что это… Иуда… или как тебя на самом деле звать… Ты ведь знаешь, как мы работаем. И обо мне наверняка слышал. Через четверть часа ты согласишься со всем, что я скажу, и исполнишь все, что я захочу. Если же ты оставишь глупое позерство, то взамен невероятно веселым минутам наедине со мною получишь общение с моим начальством. Поверь, это лучше. И поскольку от казни тебе так или иначе не отвертеться, то самое важное для тебя сейчас – сделать все для того, чтобы хотя бы не угодить на костер живым. Поверь, в твоих интересах начать себя вести разумно… Что в этой коробке? – спросил Курт, когда чародей, не ответив, прикрыл глаза, болезненно морщась и стискивая ладонью кровоточащее бедро.

– Фаланги пальцев руки колдуна, который похоронен под этой могилой, – обреченно отозвался Иуда. – Он умер, еще когда Прага была всего только двумя деревянными крепостями по двум сторонам реки. При жизни он умел договариваться с Диким Королем.

– О том, как можно заставить себе служить древнюю нечисть, мы поговорим позже, – перебил их Бруно, кивнув в небо, где нарастал грохот копыт. – Скоро эти твари обрушатся на город. Как остановить их?

– Я истекаю кровью!

– Останови Дикую Охоту, – произнес Курт с расстановкой. – Как только она возвратится туда, откуда явилась, я перевяжу твою рану.

– Я не могу их остановить, – не сразу отозвался чародей со стоном. – Им обещана охота, обещаны души, и я не могу заставить их уйти прежде, чем они получат свое. Я не управляю ими, я просто могу позволить им явиться в нужное мне время и обозначить место, за пределы которого они не могут выйти…

– Прошлой ночью они ушли без добычи.

– Такое намечается загодя, нужны особые знаки, охранные символы по границам города… Ты все равно не поймешь! Сегодня я их остановить не могу, сегодня они не уйдут так просто…

– Что будет, если уничтожить это? – оборвал помощник, кивнув на вместилище в руках Курта. – Они выйдут из-под контроля или исчезнут?

– Только не вздумай соврать, – проникновенно попросил Курт, когда чародей замялся, отведя взгляд. – Я увижу, ты же понимаешь.

– Они уйдут, – тихо проговорил Иуда и поспешно добавил, впившись взглядом в их лица: – Но тогда вы уничтожите единственную вещь на всей земле, которая позволяет хоть как-то контролировать такуюсилу! Да что вам до пары сотен человек?! Охота насытится и уйдет, а в ваших руках останется власть над нею! Инквизиция ведь собирает под свое крыло малефиков, копит силы, так вот она, сила, оружие против врагов! Это, в конце концов, уникальная вещь!

– Нашелся еще собиратель древностей, – поморщился Курт, оглядевшись вокруг, и кивнул на факел: – Бруно, давай-ка…

Он запнулся, не договорив, замерев взглядом на темном силуэте во тьме между деревьев в нескольких шагах напротив. Наполовину сокрытая мраком фигура человека стояла неподвижно, не уходя и не приближаясь; Курт не видел лица, но узнал явившегося по сложению, по мельчайшим деталям фигуры, врезавшимся в память, как оказалось, глубоко и напрочь…

– Каспар…

– Что? – переспросил Бруно растерянно.

Он не ответил, выхватив стрелу и буквально бросив ее на ложе, вскинул арбалет и спустил струну, не целясь. Человек впереди качнулся в сторону – непринужденно и лениво, будто в танце, и болт, невидимый во мгле, со свистом прошел мимо. На перезарядку «новой игрушки» Фридриха ушло какое-то мгновение, и Курт выстрелил снова, зло ругнувшись, когда и вторая стрела улетела в пустоту, а темная фигура меж деревьев вдруг исчезла.

– Сожги эту дрянь! – бросил он и, на ходу заряжая арбалет, сорвался с места бегом.

– Куда? – выкрикнул Бруно за его спиной, и он повторил, не останавливаясь и не оборачиваясь, едва не оглохнув от собственного крика:

– Сожги кости!

Впереди мелькнула тень, и Курт выстрелил снова, не придерживая шага; стрела унеслась в ночь, вновь миновав свою цель, и он рванул быстрее, перепрыгивая через каменные плиты и на бегу нащупывая последний, как оказалось, болт. Каспар возник впереди, близко, так близко, что еще чуть – и можно было бы разглядеть его лицо, если остановиться, и Курт притормозил, вскинув арбалет обеими руками, задержав дыхание и спустив струну…

– Зараза… – пробормотал он тоскливо, когда противник вновь отшатнулся в сторону, и сквозь грохот копыт Дикой Охоты донесся звон и скрежет наконечника, врезавшегося в одно из надгробий.

Он остался стоять, опустив арбалет и глядя на Каспара, тоже замершего на месте в паре десятков шагов напротив. Несколько мгновений протекли в неподвижности; наконец, Курт медленно, не отрывая взгляда от противника, сложил и убрал в чехол арбалет, сделав опасливый, короткий шаг вперед. Каспар тоже шагнул навстречу ему из темноты, и стало видно, что в руке у него короткий тесак, похожий на те, что так любит Бруно, тяжелый и широкий. Курт медленно вытянул из ножен меч, осторожно и неторопливо двинувшись вперед; Каспар больше не приближался, но и не делал попыток скрыться, и с каждым шагом все четче вырисовывалось его лицо – знакомое каждой чертой…

– Занятное место для встречи, – произнес тот внезапно, и Курт вздрогнул, остановившись и невольно сильней сжав рукоять. – Мне это виделось совсем иначе… Ты полагаешь, что готов? И время пришло?

– Я не намерен играть в игры твоей больной фантазии, – отозвался Курт, всеми силами следя за тем, чтобы не дрогнул голос. – Ты хотел со мной драки? Хотел решения судеб мира? Сдается мне, самое место и время для этого.

– Совсем повзрослел, – отметил Каспар с такой отеческой теплотой в голосе, что он с отвращением покривился. – Но все ж еще не готов. Это будет просто убийство… Странно. Я был уверен, что видел будущее ясно.

– Не слишком много о себе мнишь? – усмехнулся Курт, сделав еще один маленький шаг навстречу; Каспар пожал плечами, перехватив тесак в левую руку:

– Возможно. Годы бесследно не проходят… Уж кто-кто, а ты-то это знаешь.

Курт снова шагнул вперёд, не отрывая взгляда от глаз напротив. Да. Годы бесследно не проходят... Даром не прошли для него самого, и Каспар их явно не тратил напрасно. Тогда primo – каким будет бой здесь и сейчас? Сколько продлится? Явно не мгновения, как с большинством из тех противников, кто доселе встречался. И вряд ли даже минуту. Даже три...

Над головою, в темном мутном небе, вновь зазвучал рог – теперь призывно, неистово, исступленно, и ему вновь отозвался глухой собачий лай, а грохот копыт стал ближе и напористей…

Secundo – почему? Почему все еще не ушла Дикая Охота? Почему все еще здесь, ведь за то время, пока он преследовал Каспара и говорил с ним, можно было уже спалить кости дотла вместе с треклятой коробкой…

Почему медлит помощник?

Да что с ним там?..

Вернуться. Вернуться прямо сейчас. Не тратить больше времени ни на единое слово.