Чтение онлайн

У всего этого «хлама» была одна-единственная польза — они были запоминающимися.

Впрочем, запоминающимися могут быть не только хорошие и красивые архитектурные ансамбли. Тая убедилась в этом попав в Златорог.

Портовый город встретил путешественников пряным запахом моря, птичьими драками, когда чайки и незнакомые Тае птицы слетались на побережье и, отчаянно махая крыльями, дрались за рыбу, вырывая ее из клювов.

В гранитных доках у причалов покачивались корабли. Величественные флагманы, шустрые каравеллы, маленькие боты. Дырявые рыбацкие лодчонки соседствовали с ухоженными шхунами и над всем этим, сбивая с ног, царила рыбная вонь. Чем ближе компания подходила к причалам и той самой таверне, где остались их вещи и комнаты, оплаченные на несколько дней вперед, тем сногсшибательнее она становилась.

Брусчатка улиц начала поблескивать в лучах солнца, от невообразимого количества чешуи.

То и дело попадались обгрызенные рыбьи скелеты, на углах, на подоконниках, на заборах мирно дремали огромные чайки. Птиц такого размера Тая видела впервые, впрочем, честным будет уточнить, что живых чаек Таисия тоже видела впервые…

А еще город был буквально переполнен котами. Рыжие, белые, черные, в полоску, трехцветные — каких только здесь не было. Маститые зверюги, сплошь покрытые шрамами, пушистые котята, кувыркающиеся в солнечных лучах или гоняющиеся за собственным хвостом, вальяжные домашние коты или грациозные кошки… Город можно было назвать кошачьей столицей, и при этом не ошибиться. Больше нигде такого количества котов не было. Три других королевства людей не имели такого выхода к морю — прибережные города находились во владениях других народов. Они такого засилья бесполезных созданий не допускали.

В прошлый раз вся «красота» Златорга прошла мимо Таи по той простой причине, что телепортировались они сразу же в таверну, и сейчас, оглядываясь по сторонам, благо кошмар Кантарра шел медленно, чтобы никого не затоптать, она морщилась от запаха и впитывала в себя все многообразие красок портового города.

— Предлагаю начать с заезда в таверну, переодеться и затем отправиться на рынок, — донесся до Таи бас Реля. — Здесь продают вкуснейшую пряную рыбешку, которую ты, мелкая, обязательно должна отведать.

— Почему? — высунулась девушка из-под руки Кантарра. — А! Отравить меня задумал?

— Вот счас как дам! В воспитательных целях! — рыкнул над головой Таи Кантарр. Перекинув поводья в одну руку, он поймал девушку за шиворот и снова усадил нормально.

Рель же на шпильку внимания не обратил. Темный довольно жмурился, словно сытый кот.

— Нет, мелкая. Рыбка вкуснейшая. По сути, город получил от нее свое название.

— Город получил название от рыбы?! — не поверила Тая.

— Точно, — подхватил Дар, подведя своего сильфа поближе к кошмару и закрывая Таю своим телом от прохожих. Несмотря на то, что Тая оказалась Тайфуном, работа троих мужчин продолжалась, и девушку все трое незаметно охраняли. — Тысячу лет назад сюда пришли первые поселенцы. Опальный человеческий маркиз, виновный в покушении на своего короля, изгнанный вместе со своей челядью, прибыл сюда. Есть было нечего. Припасы закончились несколько дней назад. А чуть выше, впадала в море река, с чистой пресной водой. Посидев у берега, маркиз заметил, что в реке плавает рыба, с удивительной золотистой чешуей. А еще маркиз был неимоверно удивлен, увидев, что у рыбки, которую поймали его лакеи, есть маленькие витые рожки.

— У рыбы? Рожки?

— Да, — Кантарр огляделся по сторонам. Рель взглянул на Тайфун, показал два пальца и очертил указательным в воздухе круг. Кивнув, Кантарр тут же стянул с себя плащ, закутал в него Таисию, не реагируя на ее возмущенное «Мне же дышать нечем будет» и, как ни в чем не бывало, пояснил слова Дара: — Это своеобразные «локаторы», которыми рыбка изучала речное дно и искала свою еду.

— Точно! Точно! Выловленную рыбу отдали поварам. В приготовленной рыбе легко отделились все кости, мясо было чуть золотистым, истекало на углях соком. Впервые за последние дни все наелись. Голодная смерть больше никому не грозила, и маркиз повелел заложить в этом месте новый город. А назвать его Златорог, в честь золотых рыб с рожками, благодаря которым были спасены их жизни. Вот такая вот история.

— Не в обиду городу будет сказано, — пробормотала Тая, — но что-то мало верю я в эту сладкую историю. Я, конечно, все понимаю, рыба, спасение жизни, опальный маркиз. Но назвать город по такой причине? Неее… Не верю!

— Есть еще одна легенда о том, как город получил свое название, — захохотал Рель. — Слушать будешь?

— Конечно!

— Дело было так: Стар стал человеческий король, стар, да немощен. Прожил он много лет, пять королев сменил, да ни с одной ребеночка у него не было. И решил он, что не его в том вина, а вина всех его королев. Отправил он свою пятую королеву на плаху и решил жениться еще раз. Выбрал он себе новую королеву, его самого в четыре раза моложе. Привезли ему красавицу откуда-то с севера. Кожа светлая — кровь с молоком, губы пухлые, алые, один раз увидишь, и уже на вкус попробовать хочется. Брови соболиные вразлет, глаза черные, жгучие. Косы черные до пояса спускаются, мелким жемчугом перевитые. Стан тонкий, фигура пышная. Красавица, слов нет. Месяц прошел, за ним второй, а там и третий минул. Королеву юную по утрам тошнит, на мужа она смотреть не хочет. Посуду бьет, да все прицельно — по королю старому попасть норовит. Первой королевская повитуха догадалась, что понесла королева. На радостях устроили праздник. А королева ходит, да усмехается, глаза черными сверкает. Отходила она срок положенный, да родила сына. С волосами зелеными, кожей светлой, с голубыми разводами, да ушами длинными, как у ёльфов. Наставила королева рога своему благоверному!

Звонкий смех Таи потонул в гвалте окружающей толпы.

В таком шуме услышать Дара было невозможно, поэтому отсмеявшись, девушка обняла за шею Кантарра, чуть подтянулась, коснувшись губами его уха:

— А дальше-то? Дальше что было?

— Отдать приказ о казни любимой король не смог. Отправил сюда, в ссылку. Город повелел назвать «Илана», по имени любимой, да только название не прижилось. Вместо этого город называли «Золотые рога», поскольку рога, которые наставила Илана благоверному, были золотыми. От этого и пошло. Златорог.

— В такой вариант верится больше, — смеясь, сказала девушка.

Кантарр снисходительно взглянул на нее, покачал головой и пришпорил кошмара. Улицы, ведущие к городскому рынку, остались позади и до таверны оставались считанные десятки метров. А прибыв туда, компания обнаружила, что их планы в очередной раз нуждаются в корректировке. Несмотря на то, что до прибытия пирата, следующего проводника Таи, оставалось еще несколько дней, угодливо кланяющийся мальчишка-половой сообщил, что господин Шнурик уже изволил прибыть.

И его комнаты рядом с покоями господ.

— Ишь как Шнурик их допек, — покачал укоризненного головой Рель, — как забегали, как завыражались! Покои, видите ли, комнаты.

— Рель, хватит так злиться. А то еще немного и у тебя яд с клыков капать начнет!

— Молчи, мелкая. Не зли меня!

— Что будет, если разозлю?

— Еще не решил, но думаю, ничего хорошего.

— Бедная фантазия не порок, но очень неудобное для злодейских планов чувство, — насмешливо отозвалась Тая.

— И у кого теперь яд с клыков капает?! — воззвал к благоразумию Дар.

— А у меня их вообще нет! — радостно сказала Тая, повернувшись к светлому и одарив его своей ласковой улыбкой.

— Глядя на тебя в такие моменты, мне постоянно кажется, что в следующий раз они обязательно там обнаружатся…

Девушка, пожав плечами, тут же задорно сообщила:

— Когда кажется, молиться надо!

— Кому? Зачем?

— Тому, кто ближе! Чтобы дал сил прозреть и увидеть истину! — не удержавшись от абсолютно детского желания похулиганить, Тая высунула язык и смылась по лестнице наверх.

Мысли мужчин в этот раз были на удивление единодушными: «И это безобразие должно спасти наш мир, в то время как в ее силах его уничтожить? Да быть такого не может!»

Возможно, только возможно! если бы они вспомнили о том, как вредно недооценивать кого-то, дальнейшие события могли бы развиваться совсем по-другому.

Но мелкая вредная пигалица с детскими замашками?! Чего от нее можно ждать?

Таисия, даже не догадываясь о том, какие мысли сейчас витают в головах ее спутников, вприпрыжку двигалась к собственной комнате. У нее мысли были исключительно радужные. Мясо! Мясо и еще раз мясо — вместо всех пропущенных завтраков, обедов и ужинов во время путешествия по Гнилому перекрестку, когда одна мысль о еде вызывала рвотные позывы. Ванна! Большая, чугунная на ножках, в которой она со своим маленьким ростом могла запросто скрыться с головой. И наконец-то нормальная одежда, сменить эту, пропахшую конским потом, гнилью и пеплом, ветром и болотом, и надеть все свежее.