Чтение онлайн

После пирога жизнь казалась ярче и не такой паршивой, как раньше. Во рту остался привкус сочного мяса с жареным луком и пряными специями. Родители Ранира выдержали жесткую конкуренцию среди заведений в их поселении. На каждом шагу яркие вывески кафе и таверн зазывали войти внутрь, но ни одно заведение не могло влюбить в себя домашней атмосферой, расставленными со вкусом столами, стульями и яркими благоухающими цветами в кадках в общем зале для посетителей.

Достаточно войти в кафе – и ты остаешься там минимум на полчаса, чтобы скрыться от проблем, побыть наедине с собой с чашечкой ароматного кофе, штруделем или булкой с маком и изюмом, приготовленными по особенному рецепту. Людей там всегда столько, что яблоку негде упасть, поэтому Ранир подрабатывал там официантом, и заодно, тем самым помогал родителям. Как ни крути, а большинство людей устраивалось на наемную работу только ради денег, свои же заботились о том, чтобы посетитель действительно получил удовольствие от достойного приема, и чувствовал себя в заведении, как сам король.

– Чем бы ты хотела заняться?

– Просто посидеть так, с тобой, – прошептала обессиленная Бри. В горле саднило, усталость так и заволакивала в прочные сети сна. Как же она нуждалась в этих объятиях. Ранир казался ей спасательным жилетом, шлюпкой, что уносила подальше от опасностей, той каменной стеной, за которой она чувствовала себя в облаке спокойствия.

В свои двадцать семь молодой мужчина напоминал викинга из сказок и легенд. Руки, ноги накачаны, на прессе выделялись кубики, и Бри никак не могла налюбоваться его подтянутым, привлекательным телом. Волосы пшеничного цвета ежиком торчали вверх, светлая трехдневная щетина придавала молодому мужчине мужественности.

Они познакомились еще в детстве. Уже в пять и восемь лет Бри и Ранир почувствовали друг к другу интерес, какое-то необъяснимое притяжение. С тех пор они всегда проводили время вместе: ходили в школу, по вечерам делали уроки, поддерживали друг друга во время сдачи экзаменов. Ранир всегда заступался за Бри, когда кто-то из ее одноклассников цеплялся к ней по поводу и без. Нескольким мальчишкам накостылял по первое число, и со временем обидчики боялись даже посмотреть в ее сторону.

В восемнадцать лет Ранир сделал Бри предложение и пообещал, что как только он встанет на ноги, подарит кольцо, и они переедут в большой дом, где места хватит не только для них, но и для их пятерых детей, которыми они со временем обзаведутся. Та клятва, которую они подарили друг другу, что будут вместе, пока смерть не разлучит их, скрепила их души воедино, и оба цеплялись за эти отношения, как за глоток свежего воздуха, ждали заветного часа, чтобы осуществить сокровенную мечту.

Еще какое-то время они посидели в обнимку, а когда у Ранира затекла шея и заныла спина, парочка переместилась на одеяло, переплетая ноги и крепко прижимаясь друг к другу. Бри закрыла глаза с мыслью, что полежит не больше полчаса, после чего Ранир проводит ее домой. По крайней мере, заниматься любовью она не в состоянии.

Тепло пушистого, теплого одеяла обволокло тела влюбленных, как воздушный зефир. Бри распахнула глаза и ахнула. Нет, не полчаса она проспала. Покосилась на наручные часы и с ужасом прокричала Раниру, что уже пора вставать.

Ранир спал таким же безмятежным, глубоким и сказочным сном, как и Бри еще недавно. Парню понадобилось две минуты, чтобы осознать услышанное. Он быстро проснулся, вскочил на ноги, сложил одеяла, достал из кармана коробку с мятными конфетами, служившими вместо зубной пасты, протер лицо, натянул на лицо маску, как и Бри, и оба побежали в сторону ее дома.

– Внутрь заходить не буду, сразу побегу в кафе, – сказал Ранир. – Передай маме и брату привет. Сегодня в десять жду тебя в нашем домике, – эти слова парень произнес с такой любовью и нежностью, что Бри нажала на то самое место, которое позволяло открыть область рта, улыбнулась любимому самой искренней улыбкой и поцеловала его в губы.

Лучше бы она этого не делала. Ноги обоих словно приросли к твердой земле. Солнце беспощадно жарило, теплый душный воздух усугублял положение. Волосы взмокли от пота, одежда прилипла к спинам, но в данную минуту ничего не имело значения, кроме этого глубокого, нежного и чувственного поцелуя. Ранир прижался лбом ко лбу самого дорогого в его жизни человека, к той, что дарила ему смысл. Без Бри он бы уже давным-давно опустил руки, сдался, спился, как и многие бедолаги в Соннелии.

Весь вид Ранира говорил о том, что ему не хотелось уходить, но долг звал. На горизонте маячили благоприятные перспективы. Они с Бри уже давно все решили, и до осуществления мечты осталось совсем чуть-чуть. Ранир костьми ляжет, но доведет дело до конца, сделает все, чтобы глаза его невесты светились от счастья. Они уедут на поиски безопасного места, а потом перевезут туда своих близких. С трудом прервав поцелуй, парень проговорил:

– В субботу у меня выходной. Обещаю, что весь день проведем вместе. Не скучай без меня, – подмигнул он.

А потом развернулся и пошагал в сторону родительского кафе. В обед он отправится доделывать дом, выслушивать глупые идеи Хелла и переубеждать того довериться профессионалам, иначе мужчина останется недоволен результатом.

Бри посмотрела на удаляющуюся спину жениха, с сожалением вздохнула, открыла ключом дверь и нырнула в родительский дом.

Вечно собранная мать разложила на кухонном столе тарелку с бутербродами с печеночным паштетом. В отдельной миске блестели сваренные вкрутую яйца. В щербатых кружках остывал чай.

Гарда никак не отреагировала на утренний визит дочери. Она знала, что Бри в очередной раз проспала и осталась в домике с Раниром, а этого парня она настолько хорошо знала, что относилась к нему как к родному сыну. Тот никогда не причинит ее дочери вреда, один его взгляд на Бри говорил, что он по уши в нее влюблен.

– Ко скольки тебе сегодня на работу? – только и спросила мать.

– К девяти.

Гарда кивнула.

– Успеешь позавтракать. Как Ранир?

– Нормально, – буркнула Бри и уже села за стол.

– Виерин, ты скоро? – позвала мать сына. – Чай стынет.

– Да иду я, иду, – простонал сонный мальчик, едва ли передвигая ногами.

В этих масках вся семья со стороны смотрелась комично.

– Как ты после вчерашнего? – спросила Гарда у дочери.

– Нормально, – повела Бри плечом. На деле родительница прекрасно распознала в словах Бри ложь.

– Надеюсь, после казни ты станешь более ответственной и менее эгоистичной, – спокойным тоном произнесла Гарда, словно говорила о погоде. – Твои поступки могут повлиять на твою семью, лечь позором на весь род. Существуют правила, которым следует подчиняться.

Виерин навострил уши. Его увлек этот разговор. Он окончательно проснулся, протянул ручонку к бутерброду с паштетом, откусил кусочек и внимал каждому слову мамы, переводя взгляд на сестру, в руке которой застыло яйцо.

– Да, мама, – только и сказала Бри, ни капли не сожалея о том, что периодически снимала маску. Она знала семьи, в которых никто не осмеливался даже подумать о том, чтобы рассмотреть кожу своего лица у зеркала. Неправильно жить вот так, в страхе и без ощущения свободы!

После завтрака Бри переоделась в рабочее черное платье по щиколотку, в котором на жаре можно расплавиться, заплела длинные, до пояса, волосы цвета горького шоколада в косу, поцеловала брата в макушку, попрощалась с родительницей и ушла на работу.

***

Пока Бри шагала в лавку, на душе скребли кошки. После разговора с матерью, во рту всегда появлялся мерзкий привкус гнили, тины и болота. Вместо работы Гарда воспитывала сына, учила его читать, вырезать из дерева фигурки, лепить посуду из глины, а когда ребенок днем ложился спать, убиралась в доме.