Чтение онлайн

Да я не об этом, — отмахнулся Тимыч. — Наваждение — свидетельство о смерти.

— И это не наваждение, — покачала головой Крутая, — у тебя же реальный документ в руках, — кивнула она на свидетельство. — Кстати, где ты похоронен?

На Мартышкином кладбище.

Давай сгоняем, посмотрим?

Погнали.

Крутая лихо развернула тачку, переключила скорость и — р-раз! — они уже у цели. На кладбище.

На мраморном надгробии было написано:

ДОРОГОМУ ТИМОЧКЕ

ОТ

МАМОЧКИ И ПАПОЧКИ

— Полный мрак, — пробормотал Тимыч, уставившись на свою фотку в овальной рамке.

Неподалеку какая-то женщина мела кладбищенскую дорожку.

Простите, — обратилась к ней Любка Крутая, — а эту могилу кто-нибудь посещает?

А як же, — ответила женщина по-украински.

А кто, не скажете?

Гарна така молодка, — ответила украиночка, не переставая орудовать метлой. — Грошей мне дала, чтоб я за могилкой хлопчика приглядывала.

И когда она в последний раз приходила? — выспрашивала Любка.

Кажись, вчера я ее бачила.

А как ее зовут? — вступил в разговор Тимыч.

Украинка, перестав мести, пожала плечами.

Чи я знаю?

А одета она как? — допытывался Тимыч.

В сорочку да в черевички.

Что за черевички? — не въехал Тимыч.

Ну шузы, — перевела Крутая.

А она, случайно, не картавит? — спросил Тимыч.

Шо? — теперь уже не въехала украинка.

— Букву «р» выговаривает?

Оказалось — не выговаривает.

Это моя мать, — тихонько сообщил Тимыч Любке.

Спасибо, — поблагодарили ребята женщину. — До свидания.

Доброго вам здоровьичка. — Украинка снова замахала метлой.

Мистика какая-то, — сказал Тимыч, когда они сели в машину.

Нет тут никакой мистики, — ответила Крутая, — ты лучше со своими родителями поговори. Наверняка у них имеется семейная тайна.

Семейная тайна?

Ну да. Как в латиноамериканских сериалах. Какой-нибудь умерший брат-близнец, о котором они тебе не рассказывают.

Но почему?

— Вот ты у них и спроси.

Тимыча внезапно как током шарахнуло.

Он аж подскочил.

Бли-и-н!

Ты чего? — уставилась на него Любка.

Я же родичей не предупредил! Сам из квартиры удрал, а они знать ничего не знают! Вот черт!.. Аннапална может их пришить под горячую руку!..

Вполне, — кивнула Крутая.

Гоним ко мне, на Почтамтскую! — воскликнул Тимыч.

Зачем? Давай лучше звякнем.

А у тебя есть мобильник?

Естественно… — Крутая достала трубку. — На, звякай.

Тимыч быстро набрал номер. Один длинный гудок… второй… третий…

— Ну почему, почему они не отвечают? — нервничал Тимыч. — А вдруг она их уже убила?

Не мечи икру, — спокойно сказала Любка, — если твой приятель не наврал и училка замочила полкласса, то вся питерская милиция уже на ушах стоит. И Аннапална давно арестована.

О, точно! — встрепенулся Тимыч. — Надо в милицию позвонить! — И он набрал 02.

Милиция слушает, — ответили ему.

Скажите, на Почтамтской сегодня никаких происшествий не было?

— Минуточку. Сейчас посмотрю сводку.

Минута тянулась, как час. Тимыч нервно ерзал.

Было одно происшествие, — ответила наконец девушка-диспетчер.

А какое?

Серийное убийство.

А где?

— Почтамтская, двенадцать, квартира двадцать…

У Тимыча так рука с мобильником и опустилась. Это был его адрес.

Узнать подробности можно было в 40-м отделении милиции. Туда ребята и помчались.

Из-за меня их убили! — корил себя Тимыч всю дорогу. — Из-за меня!

Да подожди ты дергаться, — успокаивала его Любка. — Вдруг это какая-нибудь ошибка.

Но ошибки никакой не было. Когда они вошли в отделение милиции, дежурный спросил у Тимыча:

— Ты Тимофей Кувшинов?

— Да.

— Пройди на второй этаж к следователю Вшивцеву. В семнадцатый кабинет.

Крутая направилась следом за Тимычем.

А ты куда, девочка? — преградил ей дорогу дежурный.

Я с ним, — указала Любка на Тимыча.

Не положено, — отрезал дежурный. — Следователь Вшивцев ждет только Кувшинова.

И Любке пришлось остаться.

Тимыч поднялся на второй этаж и нашел семнадцатый кабинет. На дверях висела табличка

КОМНАТА ДЛЯ ДОПРОСОВ

Тимыч постучал.

— Войдите, — разрешил мужской голос.

Тимыч вошел.

За столом сидел сурового вида мужчина в черном костюме.

— Тимофей Кувшинов? — отрывисто спросил он.

Да, — ответил Тимыч.

А я следователь Вшивцев. Садись, парень.

Тимыч сел.

Тебе сколько лет? — спросил Вшивцев.

Тринадцать с половиной.

Ну-у, уже взрослый мужик. Поэтому буду с тобой говорить откровенно. Ты, Тимофей, теперь сирота.

Сирота? — потерянно повторил Тимыч.

Да, — припечатал Вшивцев. — Круглый сирота. Нет у тебя больше ни мамы, ни папы, ни бабушки… вообще никаких родственников в живых не осталось.

Один остался, — машинально поправил Тимыч.

Это кто же?

Дядя Федя. Он на Канарах…

— Лучше б у тебя его совсем не было, — обронил загадочную фразу следователь и, нажав кнопку, объявил: — Сейчас приведут убийцу твоих родных.

Дверь отворилась, и два дюжих охранника ввели в комнату… нет, не Аннупалну, а — Федора Петровича Федякина.

— Дядя Федя?! — обомлел Тимыч, ничего не понимая. — А где же Аннапална?..

— Садитесь, подследственный, — строго обратился к Федякину Вшивцев.

Федякин сел.

— Рассказывайте, как дело было.