Чтение онлайн

Капитан едва не потерял равновесие — бить Шипа все равно что с разгона ударить копьем в крепостную стену. Он удержался и, не вынимая копья, развернулся. Плохиш Том с сэром Танкредом подъехали к распростертой фигуре и, как капитан надеялся, тоже выбрали правильную мишень. Но проверять времени не было — остальные тролли приготовились к нападению. Ростом они были не ниже капитана на лошади, и одного удара хватило бы, чтобы проломить броню и вышибить из него дух. Капитан легко уворачивался от летевших в него дубин, а Грендель танцевал меж врагов. Красный Рыцарь получал лишь легкие тычки, а удары приходились по касательной.

Шип боевого коня пронзил следующую цель. Затем еще одну, и еще, и еще. Капитану стоило титанического труда не выпасть из седла — огромное животное вставало на дыбы, резко пускалось в галоп, било копытами: одного, второго, третьего, каждая атака была в десять раз сильнее атаки любого рыцаря и поражала цель с беспощадной точностью. Грендель был воплощением боевой ярости. Одного удара в голову противника хватало, чтобы липкое сияние погасло. Победы подпитывали триумф животного и заставляли сражаться еще яростнее.

Капитан выхватил меч.

Слева раздался рев тролля: чудовище вытянулось во весь рост, но удар копьем сбоку отправил его на землю.

— Подавитесь, сукины дети! — взревел Плохиш Том, снова исчезая в ядовито–зеленой тьме.

У Тома была скверная репутация — дурной нрав, отсутствие манер, разврат и даже преступления, но на поле боя распутный бандит превращался в само воплощение войны, спустившееся на землю в облике одного–единственного человека, рядом с которым рыцари представлялись не более чем муравьями. Капитан не мог налюбоваться, как горец орудовал копьем, протыкая одного тролля за другим.

— Лакланы за Эа! — проорал Том.

Копье сломалось о третьего тролля, и он выхватил из ножен меч пяти футов в длину. Идеально отполированный клинок поднимался и опускался с размеренностью серпа жнеца, собирающего урожай поздней осенью, поражая цели и ловя отблески полыхавших огней. Казалось, гигант разит врагов пламенем, зажатым в руке, а не просто лезвием. Стараниями Тома в рядах врагов разрасталась брешь.

Капитан направил Гренделя вперед. Справа из темноты выросла гладкая каменная голова, он размахнулся, приподнимаясь в стременах, и что есть сил обрушил клинок на нового врага. Меч отскочил от камня, а голова чудовища раскололась и отделилась от тела. Рев твари перешел в невнятное кряхтение, напоминавшее воронье карканье.

Красный Рыцарь пронесся сквозь ряды врагов. Меч позеленел от едкой крови. Выжившие тролли собирались вместе, выстраивая стену, рассчитывая отрезать людям путь к отступлению в крепость. И вдруг в весенний воздух взметнулась туча стрел. Из–за звона в ушах капитан не расслышал щелчков тетивы и спохватился лишь, когда увидел метательные снаряды высоко в небе. Летящие прямо в него и Гренделя.

Дзинь!

Динь–дон, ДЗИНЬ!

Позади троллей заняли позиции ирки, поливавшие стрелами клочок земли, на котором сражался капитан, не беспокоясь о том, что снаряды разили их собственных товарищей. Они не могли причинить вреда Шипу, а это единственное, что их волновало.

К крохотному отряду рыцарей стекалось все больше и больше ирков, и Красный Рыцарь направил коня в сторону траншеи, которую сам некогда приказал вырыть. На этот раз она кишела боглинами.

«Готовы?» — обратился капитан в эфир и огляделся.

Плохиш Том выполнил все, что от него требовалось. Рядом с ним собралась по меньшей мере дюжина рыцарей. Каждый знал, что делать, все понимали, чем рискуют. Капитан потерял счет времени, но нужный момент близился.

Красный Рыцарь обдумывал, сумел ли он убить Шипа. Хорошо, если да. Удар вышел невероятно сильным. До траншеи оставалось всего несколько шагов.

Боглины высунули головы, во всадников полетело облако дротиков. Но, как и их хозяина, боглинов поразила скорость людей: всего секунду назад Грендель стоял во весь рост у края траншеи, а в следующую рыцари оказались далеко за ней.

Капитан приземлился, лязгнув броней о седло, зубы стукнули друг о друга, отчего разболелась челюсть, шлем, несмотря на подшлемник и подкладку, больно ударил по голове, в глазах на мгновение потемнело.

Конь Красного Рыцаря дернулся и споткнулся, вокруг них собирались остальные рыцари, перепрыгнувшие траншею. Боглины неестественно медленно поворачивались в их сторону. Том преодолел препятствие последним и проскакал вперед, обогнав Гренделя.

Справившись с мимолетным замешательством, толпа боглинов полезла из траншеи. «Вот сейчас был бы наилучший момент», — только и успел подумать капитан. Вымазанные маслом фитили вспыхнули. Взрыва не произошло. Послышался легкий «ш–ш–шух!», и из траншеи, как по велению Всевышнего, поднялась сплошная стена огня.

Не успел капитан обрадоваться победе, как конь под ним пал. Верный Грендель отдал жизнь, чтобы перенести хозяина на другую сторону. В его теле торчало двенадцать копий. Животное рухнуло на землю, вместе с ним упал и Красный Рыцарь.

Треть хора была мертва. Гармодий нашел настоятельницу и взял ее за локоть, помогая подняться, но та встала без помощи старого мага и тут же метнулась в эфир.

Он был ранен. Парень все же его достал.

Гармодий помог подняться Мирам, и пение — слабое, дрожащее, но медленно набиравшее силу — возобновилось. Голос Амиции звучал громче всех, и первые долгие минуты она в одиночку вела хор. Сила не исчезла — источник все так же проводил энергию через поющих сестер. Гармодий взялся за посох, развел руки и принялся колдовать.

Отец Генри лежал в луже собственной крови. В ушах нестерпимо звенело. Спина и плечи полыхали от боли. Он надрывно вскрикнул. Христос тоже прошел сквозь боль. Боль — это враг. Любого врага можно одолеть.

Он поднялся на колени. Каким–то чудом груда осколков не повредила тетиву. Дрожащими руками он наложил на нее стрелу.

Раны Шипа болели, но не так сильно, как задетое самолюбие. Избежав смертельной ловушки, темное солнце дразнило его, смеялось над ним. Ненависть затмила разум мага.

Шип поднялся на ноги. Прощупал собственные силы и буркнул нечто нечленораздельное. В него попал случайный арбалетный болт, на который он даже не обратил внимания. Растопырил пальцы. Промеж них пробежали искры, и над головой вспыхнул ореол зеленой силы. Еще один ореол сверкнул над зеленым круглым существом в его левой руке. Правой Шип поднял посох и вместе со своей охраной двинулся к траншее.

«Приходится изображать великого героя, — с горечью думал он. — Все приходится делать самому». Чародей не бежал. Он просто шел к изрыгающей боглинов отвратительной, нанесенной людьми ране на теле земли. Стоило Шипу подойти почти вплотную к траншее, как алхимический огонь вспыхнул. От него не веяло силой, иначе он почувствовал бы ее и погасил. Более того, он даже попробовал это сделать. Бессмысленная трата драгоценных секунд. И тут Шип понял, что земля в траншее была пропитана горным маслом — они вылили яд в самые вены земли.