Кровь черного подсолнуха
Шрифт:
Вдоволь накатавшись, написав пару-тройку стихов, парень заторопился домой. Нужно было ещё сделать домашние задания. Они, несомненно, не являлись для него проблемой, но сделать нужно. Лукас не хотел, чтобы отец печалился.
Отец Кирилл – или, как его называли прихожане, святой отец – был человеком своеобразным. Методы воспитания, по мнению Лукаса, были самыми что ни на есть действенными. Он никогда не кричал – что бы сын ни натворил. Был неизменно ко всем добр. Именно по этой причине в их доме частенько ночевали бездомные.
В прекрасном настроении Лукас почти вприпрыжку помчался к дому. Отец уже должен вернуться, где бы он ни был, и сегодня его очередь готовить ужин.
– Пап, я дома! – крикнул Лукас, закрыв входную дверь. Ответа не последовало.
Парень прошел на кухню, включил свет и никого не обнаружил. Все та же маленькая, пустая кухня с пятью шкафчиками и чистой раковиной. Ни тебе ужина, ни отца.
Лукас запаниковал. Ещё не сильно, только мысленно, без внешних признаков. Но страх подступал к горлу, скручиваясь в районе груди.
– Так не должно быть, – пробормотал Лукас себе под нос.
Он прошёлся по двум спальням – отца и своей, встретив лишь пустоту; больше комнат в доме нет. Искать негде. Лукас остановился в коридоре, у домашнего телефона, прислонился к стене.
– Папа, где ты? – прошептал Лукас. Откуда-то он знал, что отца нет и не будет. Холодный пот уже пробрался под рубашку, а горький ком плотно осел в горле. Парень медленно сполз по стене на пол и скрутившись в позу эмбриона, обнял свои колени. – Где же ты?
Ответа нет. Ни сегодня, ни завтра, ни через месяц…
– Хорошо, позиция Люка понятна, – хмыкнул Маст. – Могу я тебя так называть?
Лукас просто кивнул.
– А ты, Лили, что насчёт тебя?
– Не парься. Я организатор этого бедлама. Вам не о чем волноваться.
– А как же политика честности? – прищурился Маст.
– Ты шут или детектив? – подала голос Яся. Ее желание задеть парня перевешивало любопытство, связанное с Лилей, и все же где-то в глубине души она была согласна с Мстиславом. Но вслух она этого конечно же не скажет.
Маст зло глянул на нее, но смолчал. Помнил, видимо, слова Лили.
– С этим разобрались. Когда выдвигаемся? – с мрачной решимостью спросила Августа. Ей вообще не хотелось никуда идти. Но Яся была права. У них ничего нет. Никакой надежды на светлое будущее. Почему бы не зацепиться за мифические семечки? Утопия, конечно, ну да ладно.
– Завтра. Выдвигаемся завтра утром, – отрезала Лиля. – И чтоб без опозданий!
Таким образом, цепляясь за детали, ребята синхронно пропустили мимо ушей третье и четвертое условия, хотя заметить их, все же, стоило…
Ночевать решили каждый у себя, мотивировав это отсутствием водоснабжения и электричества в лесу. На том и разошлись в разные стороны. У каждого своя цель, свое желание… Дойдут ли они до эфемерной мечты?
Глава 2
Ветер пронизывал до костей. Пробирался под кожу, перебирал мышцы и сжимал горло. Накрапывал мелкий дождик, который так не нравился Ясе, но предстоящее путешествие будоражило. Ничто уже не могло лишить ее решимости и оптимизма. Августа же, напротив, была мрачнее тучи.
– Мне это не нравится.
– Знаю. И я ни к чему тебя не принуждаю.
– Я не могу пустить тебя одну!
– Август, я уже не маленькая, – терпеливо начала Яся. Ей одновременно и льстила забота сестры, и бесила не на шутку, заставляя доказывать прежде всего себе, что она способна сама за себя постоять. – Тебе не обязательно ввязываться в каждую мою авантюру.
– Я не могу. Я обещала маме, что буду за тобой приглядывать.
– Теперь ты планируешь до самой смерти за мной хвостом ходить? – разозлилась Яся, вступая в лужу идеально чистыми кедами. Она всегда аккуратно носила одежду, практически не пачкаясь. В то время как Августа, напротив – вечно маралась с ног до головы, впрочем, не замечая этого. Одно же единственное пятно в облике Яси заставляло ее чувствовать себя грязной не только внешне, но и внутренне. – Чертов дождь! Почему не сказала, что ты не девственница?
Резкая смена темы казалась девушке отличным поводом отстранения от ярости. Очередной порыв ветра едва не свалил сестер на землю.
– А нужно было? Это всего лишь легенда, Ясь. Не существует магии, понимаешь? Если бы она была, хоть капелька, я давно уже вернула бы родителей.
– Хватит, Август! Их уже не вернёшь! – крикнула Ясмина, поворачиваясь к сестре. Но Августа шагала дальше, не замечая ничего вокруг. Она так и не смогла поверить, принять то, что как раньше уже не будет.
Вспоминались эпизоды, отрывками, как нарезкой кадров в киноленте моменты. Счастливые и не очень.
Походы по паркам аттракционов, сладкая вата и горы попкорна – папа всегда был щедрым.
Бесконечные праздники: вся их жизнь была праздником. Наверное, из-за любви. Ее в этой семье можно было лопатами грести…
Их последний Новый Год, с огоньками, блестящей мишурой, искренне счастливыми улыбками и не менее искренней грустью, после новости о расставании с родителями на целый месяц. Невиданный срок для дружной семьи.
– Не нужно переживать и, тем более, грустить! С вами останется бабушка. Мы ведь всего на месяц! – сказала тогда яркая, как канарейка, мама. – Вы уже большие девочки, а нам с папой очень нужно отдохнуть после такого тяжелого года. Сами понимаете, у вас школа, вместе мы можем отдохнуть только летом…
Она всегда так с ними разговаривала, с самого детства: по-взрослому и как-бы немного извиняясь за что-то. А потом родители пропали где-то на горнолыжном склоне среди Альпийских гор.
Надеяться было не на что: холод в горах собачий, замерзнуть на раз плюнуть. Родители ушли кататься и не вернулись. А работники курорта забили тревогу, только когда месячная оплата номера закончилась. Они ведь вместе были… Да, очень некстати родители любили друг друга до сумасшествия. Всегда и везде были вместе… А так бы поругались, вовремя заметили пропажу второго, и никто бы не погиб, никто! Нет же. Вместе – значит, до конца. Даже в смерти.
Хотя, если постараться отстраниться от эмоций, Августа была даже рада, что это случилось вот так. Она не могла себе представить родителей старыми, или еще хуже, разведенными. Ужас! Лучше так.