Чтение онлайн

После того, как Джин утолила свой аппетит, на что ушло немало времени и бутербродов, – у некоторых голод возникает на нервной почве, как у частника из "Золотого теленка" или Билла Клинтона (рассказывают, будто в ту ночь, когда решался вопрос о вторжении на Гаити, президент трижды заказывал пиццу), я спросил у нее:

– Каким запасом времени мы располагаем?

– Думаю, часа два-три у нас еще есть. Может быть, даже до утра, если горничная заболталась по телефону и забыла пожелать хозяйке спокойной ночи. Тогда она зайдет к ней в спальню только утром.

– Что ты собираешься делать?

– Сперва поговорю с тобой. Потом, если ты не предложишь мне ничего лучшего, пойду ночевать к одной подруге, ты ее не знаешь…

Знакомая формулировка. Фраза о "подруге, которую ты не знаешь", всколыхнула во мне ностальгические воспоминания.

– Ты можешь остаться у меня.

– Спасибо. Ты как-то все время опаздываешь со своими приглашениями, Дэн. И я начинаю чувствовать себя навязчивой нахалкой.

– Брось, не говори ерунды. Просто я старею, и у меня замедлилась реакция.

– Сейчас проверим твою реакцию.

Она наклонилась ко мне через столик, на котором еще стояли чашки и другая посуда, притянула к себе и поцеловала. Я снова уловил тот самый незнакомый аромат, который шел от ее носового платочка, и завернутого в него деревянного человечка из кипарисового сучка. Незнакомый, но довольно приятный…

Спустя некоторое время я обнаружил, что мы стоим посреди кухни, прижавшись друг к другу не только губами. Рука Дженнифер скользнула с моего плеча, расстегнула пуговицы рубашки, погладила мою грудь, живот, опустилась ниже…

– Ого! А ты говоришь, нет реакции!

– Джин…

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Плевать!

Поговорить в этот вечер нам так и не удалось.

25

Никто не загородит дорогу молодца.

Русская народная песня

– Врачи говорят, что смерть наступила от слишком большой дозы снотворного. – Диктор, читающий утренние новости, сделал многозначительную паузу, потом продолжил: – Но было ли это случайной ошибкой или самоубийством, пока не ясно. Умершая не оставила никакой записки, ее финансовые дела находились в относительно хорошем состоянии, так сообщил нашему сотруднику поверенный покойной, адвокат мистер Гиффорд. Полиция продолжает разыскивать исчезнувшую несколько дней назад родственницу и воспитанницу миссис Гай, некую мисс Дженнифер Ли.

Я посмотрел на Джин. Она поставила полную чашку с кофе на блюдце, не пролив ни капли.

– Это было убийство. Я знала, что она не проснется.

– Зачем ты это сделала, Джин?

– А ты знаешь, что она делала со мной? Что заставляла делать? Не знаешь? Тогда молчи…

Воображение у меня было достаточно богатое, чтобы четко себе представить все то, о чем говорила сидевшая за столиком напротив меня девушка со спокойным лицом. Кто я был такой, чтобы судить ее? Своего первого я убил, когда Джин еще не было на свете. И всегда ли я действовал в рамках строгой необходимости?

– Лучше бы я оставалась в "Дейли Планет". Там они собираются выпускать акции, представляешь? Интересно, если кто-нибудь скупит контрольный пакет, а потом захочет устроить себе гарем на восточный лад, власти смогут ему помешать? Как ты думаешь?

Я уже читал в газетах, что известный публичный дом, самый фешенебельный из подобных заведений Мельбурна, намеревается получить источник дополнительных капиталовложений путем акционирования. Дом этот, знаменитый своей роскошью на всю Австралию, посещают бизнесмены, богатые землевладельцы, и его хозяева резонно сочли, что кое-кто из клиентов захочет совместить выгоду с удовольствием, покупая их акции. Кроме того, сама необычность «предприятия» являлась хорошей рекламой новым ценным бумагам. Но я до сих пор не подозревал, что Джин перед тем, как попасть в руки миссис Гай, работала там. Хотя это обстоятельство могло служить своего рода сертификатом качества, подтверждением ее высокой квалификации в области искусства секса, оно же, конечно, было недостатком в роли искательницы богатых женихов.

– Миссис Гай не опасалась, что тебя может кто-нибудь узнать? Я имею в виду, из посетителей "Дейли Планет"? Ведь ты могла встретиться с ними на одном из званых обедов вроде тех, что устраивал у себя в особняке Адамс.

– Нет, в «Планет» я была брюнеткой. И вообще мы для них, как мне кажется, все на одно лицо. Даже не на лицо, а… Кроме того, я была там не очень долго.

– У тебя не было постоянного круга клиентов?

– Нет, я не успела завести себе «мужа», так это там называется. Говорю тебе, я была в «Планет» совсем недолго.

– Тебе надо где-нибудь спрятаться, Джин.

– Да. Поэтому я пришла к тебе.

Наступила неловкая пауза.

– Джин, я сам сейчас "под колпаком". За мной охотится Адамс, а твои бывшие хозяева контролируют каждый мой шаг. В любую минуту сюда может нагрянуть кто-нибудь из них.

– Я знала, что они заставят тебя работать на них. Ладно, не бойся, я уйду.

– Ты не хочешь пойти в наше посольство?

– Смеешься? Дома меня тоже ищут. И милиция, и еще кое-кто.

– Постой, может быть, мы что-нибудь придумаем. Слушай, я дам тебе рекомендательное письмо к одной старой деве, ты сможешь некоторое время пожить у нее. Только сиди тихо, не высовывайся, тебя же разыскивает полиция. Годится такой вариант?

– Кто эта старая дева?

– Моя секретарша. Живет одна со своим котом где-то в Хаккинге. Думаю, она согласится оказать мне эту небольшую услугу, она хорошо ко мне относится.

– А ты можешь ей позвонить? Вдруг она будет против… Кот – это одно дело, а я… И так получится быстрее, а то пока еще дойдет письмо, пока ты попадешь к себе в контору!

– Позвонить я могу. Только сейчас еще рано. Ее нет в «Ассунте».

– Тогда давай подождем. И, кстати, допьем кофе. Пей, а то остынет совсем.

Мы закончили завтрак и вымыли посуду. Я заметил, что Дженнифер начинает нервничать. Если первое сообщение диктора о смерти ее опекунши она восприняла с видимым хладнокровием, то повтор новостей заставил ее резким движением выключить телевизор.

– Зачем? Вдруг скажут что-нибудь еще.

– К черту. Послушаем вечером. Меня они еще не нашли, так что главная новость впереди.

– Джин, я хотел спросить тебя…

Я вдруг замолчал. Какое-то суеверное чувство не позволяло мне задать ей вопрос, мучивший меня еще со времени нашей прошлой встречи: где она взяла кипарисового человечка и почему дала его мне?

– Что ты хочешь спросить?

– Да ладно, как-нибудь в другой раз…

– Как хочешь. Слушай, что у тебя за часы? Они, наверно, работают на керосине! Почему так медленно идет время!

В четверть десятого я позвонил в свой офис. Мисс Макгроу уже была на боевом посту. Как я и предполагал, она охотно согласилась приютить на некоторое время мою неожиданно приехавшую родственницу, «кузину», как несколько неопределенно обозначил я степень нашего с Джин родства. Представляю, сколько самых ехидных вопросов вертелось у моей секретарши на языке, но она, кажется, предпочла отложить их до личной встречи, чтобы иметь удовольствие наблюдать при этом за выражением моей физиономии. Я объяснил ей, что не могу уделять много внимания своей родственнице, а оставлять ее одну в гостиничном номере, в окружении всех соблазнов вечерней жизни большого города, опасаюсь.