Кто-то рядом
Шрифт:
– И? – протянул Стас.
– И это полный отстой! – подитожил Славик.
И он был прав, подумал Дмитрий, это был полный абсурд. Они владели этими фактами. И что? Того, что есть не хватает, а дополнительных данных им явно не получить. И!!?
Думай, думай… Им необходим был свет. Без него они далеко не уедут.
– Проведите нас до точки, где вам стало плохо, – выдал майор тоном, в котором ясно слышалось, что дальнейшей дискуссии не будет.
Дежурные охранники ошалело переглянулись и посмотрели на остальных членов команды, ожидая, что они что-то скажут, вдруг предложат какие-то варианты или идеи. Но те хранили пугающее молчание. Майор Бартон принял решение, значит, будет так.
Один из охранников попытался робко остановить майора, стоявшего уже в дверях.
– А вы помните о том, что мы вам рассказали о смертельной угрозе?
– Направо или налево? – в ответ спросил Дмитрий, из чего стало ясно, что обсуждать тут нечего. – Николаич, будьте на связи, – обратился он к Шарадину.
Тот и не подумал возражать. Когда майор в деле, никто ему не возражал, даже собственный начальник, что со стороны смотрелось странно. Но что уж тут поделать – решениям Бартона доверяли безоговорочно и без тени сомнения.
Не дожидаясь утвердительного ответа, Дмитрий вышел из помещения, а следом пять его парней и сопровождающий.
Глава 2
«– Я вернулась! Мне удалось!
Она хотела закричать от счастья, но не смогла. Она не чувствовала своего тела, при этом продолжая испытывать адскую боль во всем организме.
– Что за….? Я жива, в итоге, или нет?!
Из-за большой потери сил и невыносимой боли она не могла разобраться в том, как обстоят дела – где она, с чем она, в каком состоянии и т. д. Понятны были только две вещи: первая – она не чувствовала своего тела и не могла им управлять, вторая – это самое бесчувственное тело невыносимо болело.
И где логика? Аааа, она сойдет с ума!
Стоп! Нужно поспать. Ее организм всегда знал, что ему нужно, чтобы функционировать нормально, и она ему доверяла.
«Сон лечит любые болезни», – выдала ей память чьи-то ласковые слова, но она не помнила, откуда и чьи они».
Сотрудники группы «А» шли в полном молчании. Напряжение было таким, что, казалось, его можно было потрогать. По мере того как приближались к назначенному месту, скорость охранника замедлялась. И вот они остановились совсем.
– Вот оттуда все началось, – указал он рукой по направлению коридора, ориентируясь на одну из дверей слева.
– Сейчас вы что-то чувствуете? – спросил Дмитрий, исключая вариант с индивидуальной восприимчивостью.
– Нет.
– Я понял. Оставайтесь здесь. Парни, за мной, – произнес Дмитрий и двинулся вперед в указанном направлении.
Метрах в четырех от злополучной двери виднелся включатель по левой стороне, который нужно было включить любой ценой. Дмитрию вдруг вспомнился Стас, стоящий сзади, с его украинскими оборотами. Тот к чему угодно мог добавить сравнительное описание, начинающееся с «як», по-русски «как»: идет, как спит; пищит как кошка за пазухой или упал как жаба с моста». Дмитрий про себя улыбнулся, вспомнив некоторые из них.
Они приближались к тому месту, где по описанию начинались враждебные флюиды. Майор подал знак рукой остановиться.
Сделал шаг. Группа за ним.
Еще шаг. Они практически поравнялись с тем местом, от которого якобы все началось.
Ничего. Еще шаг.
Все спокойно. Главное дойти до включателя, а дальше посмотрим.
Шаг. Уже ближе. По его прикидкам они уже прошли рубеж, на котором дежурным парням стало не по себе. Пока тихо. Ему и в голову не пришло поставить под сомнение слова охранников, списав все на богатое воображение или самовнушение. Ни в коем случае. Дмитрий использовал любую информацию, мельчайшие нюансы и детали, как бы странными, глупыми или невероятными они не были. Это и отличало его от остальных сотрудников его уровня. Он не пропускал ничего и в голове держал все в идеальном порядке.
Шаг. Дело движется.
Или нет, подумал он, ощутив резкую всеобщую боль. Он быстро сделал знак рукой остановиться идущим следом. Те мгновенно застыли. Черт! До включателя осталось всего ничего. Дмитрий, стиснув зубы и вспомнив некоторые приемы из тренировок по выживанию, продолжил движение.
Шаг. На этот раз он постарался сделать его гораздо шире, чтобы успеть дойти пока еще есть силы. Вместе с болью пришло ощущение беспредельного ужаса. Ужаса с большой буквы, так как ощущал его буквально на ощупь. Казалось, он имеет осязаемую форму – настолько плотным было это ощущение. Он почувствовал, как какая-то бешеная сила начала сдавливать его изнутри. Кровь бросилась к голове, и все вокруг поплыло перед глазами. Вдохнуть было невозможно. Становилось совсем паршиво – из носа потекла тонкая струйка крови. Осталось совсем немного. Чертов включатель совсем рядом.
Еще шаг. Хотя это больше было похоже на волочение, настолько сильно его сминало, гнуло, и давило. Он не понимал, как он все еще держится на ногах. Хотя нет, понимал – потому что он самый крутой в «Альфа», и даже эта скотина не могла его свалить с ног, хотя ему казалось, что ребра больше не выдержат и начнут трескаться.
Давление внезапно исчезло. Дежурный упомянул, что смертельные спазмы иногда исчезали и именно на это он очень рассчитывал, когда начинал движение. Дмитрий успел сделать глубокий вдох и быстрый выдох, группируясь всеми мышцами, чтобы легче перенести следующий беспощадный натиск, который, он был абсолютно в этом уверен, обязательно последует. И не ошибся. Он возблагодарил Бога за то, что у него хватило ума придать словам дежурного значение, что позволило подготовиться к новой адской атаке как следует.
Он понял, что имел в виду дежурный, говоря о факте смерти. Это был именно факт. С ним никто не пытался договориться, предупредить или угрожать. Его просто собирались убить.
Невидимая сила швырнула его к левой стене, припечатав так, что из легких вышибло остатки воздуха, который он так берег. Внутренности жгло огнем. Он медленно сползал по стене, из последних сил держась за остатки жизни, начиная захлебываться кровью, пока не оказался на коленях, ощущая эти дикие попытки убийства, больше похожие на припадки. В глазах стало совсем темно.
Но это было уже не важно, так как он все-таки нажал на кнопку включателя.
«Опасность!!! Опасность!!! Опасность!!! – Она резко проснулась.
– Убить! Сейчас! – яростно заметалась мысль, создавая вихрь безжалостности и беспощадности, мгновенно отнимая жизнь из всего живого, что оказалось по близости. Дикое бешенство вырывалось откуда-то изнутри нее, разнося на части каждую живую молекулу, – Убить! – ревело оно.
– Нет!!! Нельзя! Нет!!! Это люди! – закричало откуда-то ее Сознание.
– Убить!!! – не унималась животная реакция на опасность, а значит должна убить все, что дышит и не дышит, не разбираясь в деталях.
– Контролируй себя!!! Успокойся!!! Это люди! – Орал ей Здравый Смысл.
Но чудовищный невидимый зверь внутри нее уже вырвался на свободу и яростно уничтожал на части существа, которые посмели явиться.
– Ты сейчас же возьмешь себя в руки!!! – гаркнуло Сознание.
Оно всегда было сильнее ее эмоциональной половины и, как правило, без труда управляло ее животными инстинктами. По крайне мере, так было в ее Прошлой Жизни. Оно всегда лучше всех знало и это очень помогало ей не делать глупостей, там, где обычно люди жестко обжигались, идя на поводу у своих эмоций. Но сейчас оно, кажется, было бессильно.