Чтение онлайн

– А ты считаешь, что в хозяйственном магазине она должна была купить ведро, наполненное водой, или, может быть, шампанским? – захохотала Олеся. – Ты слишком суеверен, Валюша, поэтому с тобой так все и происходит. Я вот никогда не верила во все эти приметы и верить не собираюсь. Считаю, что это средневековые предрассудки, поэтому со мной ничего подобного не происходит и ничего не случается.

– Ну как же, не случается с ней! – фыркнул тот. – Наверное, это не тебя, а господина Лермонтова три раза за год с работы выперли?

– А при чем здесь моя работа? Этот факт никоим образом не касается нашей с тобой темы. Мы вроде, говорим сейчас о суеверии, а не о моей работе.

– Ты думаешь, что, как только я перестану верить во всякие приметы, все сразу же будет в шоколаде с мармеладом, – фыркнул Валентин. – Если бы все было действительно настолько просто, клянусь, я бы согласился целоваться с Василием и утром и вечером.

– Как много я готова отдать, чтобы увидеть это, – снова захохотала Олеся. – Короче, я спускаюсь вниз, а ты можешь здесь оставаться хоть с ночевкой. Ищи на здоровье свой клад, флаг тебе в руки, дорогой!

– Что значит – с ночевкой? Нет, милочка, ночью здесь будет слишком темно, да и пыльно до невозможности, – сморщил Валя нос и тут же пронзительно чихнул. – Ну вот, у меня, кажется, аллергия начинается, пошли отсюда быстрее. Но завтра обязательно сюда вернемся, я здесь еще не все обследовал.

– Непременно вернемся, – согласилась с ним Олеся, подталкивая в спину к лестнице. – Прямо с утра и начнем. Ты, похоже, заразил меня этим безумием, – засмеялась она.

– Ты о чем?

– О твоей золотой лихорадке, о чем же еще?! Да и вообще, здесь и правда так много всего интересного!

– А я что тебе говорю? Разбуди меня завтра пораньше.

– Кто бы меня разбудил, – вздохнула Олеся. – Я без будильника очень редко просыпаюсь.

Молодые люди даже и предположить не могли, какое неприятное событие произойдет завтра с самого утра. Также они не знали, что одним этим событием дело не ограничится, а по сути все только начнется, и у них еще долго не будет времени, чтобы подняться на этот чердак. Но пока они пребывали в неведении, поэтому спокойно провели вечер в компании Тимофея, Екатерины Ильиничны и кота Василия. Посиделки удались на славу, молодые люди узнали много интересного, а Олеся вдруг поняла, что Валя оказался не совсем уж и не прав. Ей действительно досталось весьма непростое и загадочное наследство.

– А кто эта женщина, чей портрет в спальне висит? – спросила Олеся у Тимофея. – Я вижу, что она очень похожа на мою прабабушку, но почему-то уверена, что это не она.

– Правильно, это не Веда, это уже ее прабабка, – ответил старик. – И она, между прочим, была фрейлиной при дворе.

– Сплошные прапрапра, – влез со своим замечанием Валя. – Лесь, ты представляешь, кто она тебе? Аж целых четыре раза пра. Ой, вы сказали фрейлиной при дворе? – оживился он, когда до него дошел смысл сказанного. – Какая честь, однако! Ма шер, ты, оказывается, пра четыре раза приближенной ко двору особы. С ума сойти, с кем я связался. Тимофей, я тут тоже, мимо спальни когда проходил... совершенно случайно заметил... что фрейлина на портрете сидит в таких обалденных драгоценностях, – закатил он глаза. – Просто дух захватывает. И вот мне... вернее, не только мне, а вообще нам очень интересно... нет, не так, – сморщился он, напряженно соображая, как бы спросить, – куда, черт возьми, подевались бриллианты?!

– Вы знаете, уважаемый Тимофей, мне бы очень хотелось узнать... а кто автор этого портрета?

– Художник, ты имеешь в виду?

– Ну да, художник!

– Откуда же я могу знать? – удивленно пожал плечами Тимофей.

– Жаль, – вздохнул Валентин. – Можно было бы у него спросить – эти драгоценные камни, что на фрейлине, они настоящие или фальшивка?

– Валь, ты что такое говоришь-то? – засмеялась Олеся. – Ты представляешь, сколько лет было бы сейчас этому художнику? Ты у покойника спрашивать собрался? Флаг в руки!

– Я думаю, что в то время не принято было рисовать фальшивки, – заметил тем временем старик. – И это значит, что драгоценности могут быть только настоящими.

– Да что вы говорите?! – всплеснул Валя руками, не обращая внимания на замечание Олеси. – Ма шер, ты слышала, что он сказал? А что я тебе говорил? Конечно, они настоящие, по-другому и быть не может. Какая огранка! Какой блеск! С фальшивок такой красоты ни один художник не нарисует. Дорогой Тимофей, а как вы думаете, куда могли деться...

– Валя, прекрати, пожалуйста, молоть всякий вздор! – прикрикнула на него девушка, перебив на полуфразе. – Оставь свои глупые фантазии, это уже похоже на паранойю. Расскажите мне про этот дом, – тут же попросила она Тимофея. – Екатерина Ильинична сказала, что люди боятся и обходят его стороной. Это правда?

– Ну, уж так и боятся? – усмехнулся тот. – Скорее относятся с опаской, это будет правильней.

– А почему?

– Ну, после того как умерла Веда, по поселку поползли слухи, что по ночам в саду появляется ее призрак. И даже нашлись такие, которые вроде даже не раз его видели.

– Я так и знал, что все именно этим и закончится, – воскликнул Валентин. – Я же говорил, что чувствую это всеми фибрами своей тонкой, поэтической души.

– Валь, прекрати паясничать, – усмехнулась Олеся. – И что же дальше? – спросила она у Тимофея. – Что вы можете об этом сказать?

– Я ничего не могу сказать, потому что сам я ни разу не видел никаких призраков, хоть и живу здесь постоянно. А вообще-то разговоры о необычности этого дома – они с давних пор по поселку ходят, только... В общем, началось все очень давно, еще с послереволюционных времен.

– В каком смысле? – не поняла Олеся.

– Когда в семнадцатом году произошла революция, большинство дворянских семей эмигрировали за границу, а их дома красные командиры превратили в свои штабы или вообще в казармы для вояк, которые еще вчера в лаптях бегали, да коровам хвосты крутили. Как только эти, по сути своей безграмотные люди получили власть и дозволение делать все, что вздумается, естественно, начался настоящий хаос. Мародерством тогда промышляли все, кому не лень. Добро, что оставалось в домах бывшего дворянства, конечно же растащили, а что не удалось унести, просто ломали или прямо на улице жгли в кострах, чтобы погреться. В огонь бросали все, что для них не представляло ценности, а это были картины и книги.

– Господи, какое варварство! – нахмурилась Олеся.

– Что же здесь удивительного? – усмехнулся Тимофей. – К власти пришли вчерашние пастухи и кухарки. Много бед наделала революция с Россией-матушкой, тем, кому это смутное время досталось, пережить пришлось немало. Потом Вторая мировая война тоже свою лепту внесла. Да и вам время тоже не слишком сахарное досталось. Эта перестройка вообще всю страну на куски порвала, больно смотреть на все, что вокруг творится.

– Во дает, он даже про перестройку знает! – еле слышно проворчал Валентин.