Чтение онлайн

– «С Новым годом»? – Виолетта почему-то смутилась. – А я думала, что вы празднуете Рождество. Я и подарки принесла…

– А что такое «Рождество»? – с любопытством спросил Доминик. – Давай мы и его заодно отпразднуем!

– Что ты там сказала насчет подарков? – оживилась Дженни.

Она-то прекрасно заметила, что гостья тоже пришла не с пустыми руками!

– Ладно, все равно от Рождества до Нового года неделя, – решилась Виолетта. – Поздравлю вас заранее!

И она, как настоящий Дед Мороз, принялась раздавать подарки. Ле подарила свою шляпку, Доминику и Шикамару – по серебряному копью, вроде того, на которое на чердаке наступила Дженни (объяснив, что это никакое не копье, а перо для письма!). Дженни получила граненую хрустальную пуговицу – в коллекцию к своему магическому шару. Орбите Виолетта сказала:

– Я знаю, что тебе очень нравятся мои ботинки. Долго раздумывала – но у меня других нет, а босиком ходить неприлично. Может, ты согласишься взять в подарок мою нижнюю кружевную юбку? Она была укрыта от пыли, так что – совершенно чистая.

Орбита даже не нашла слов от восторга. Она быстро закивала и тут же нацепила юбку поверх шортов, а на пояс прицепила розу – подарок Ле.

– Вот теперь я чувствую, что пришел настоящий праздник! – прощебетала она, поправляя прическу и кокетливо глядя на Шикамару.

– А поскольку ты к нарядам равнодушна, – сказала Виолетта, протягивая Малышке старинную открытку, – то тебе наверняка понравится вот это.

– Да-а, – протянула та, изучая открытку. – Ух ты! Спасибо! А что это на ней нарисовано? Что это за маленький ребенок, почему он лежит в соломе и весь светится?

Настал черед удивляться Виолетте:

– Ты серьезно? Вы меня разыгрываете или в самом деле ни разу не слышали о Рождестве?!

Орбита, Доминик, Дженни, Ле и Малышка дружно повертели головами. Конечно, откуда им было знать про Рождество – ведь они были советскими куклами.

– Ну тогда слушайте, – начала Виолетта. – Это было много-много лет назад, в далеких краях. Однажды зимней ночью в небе загорелась волшебная звезда, и у одной доброй женщины родился чудесный мальчик. Его рождения ждали уже много сотен лет, потому что было предсказано – он не будет знать зла и никогда не умрет, а наоборот – будет жить вечно…

– И как? – с любопытством спросила Дженни. – Предсказание сбылось?

– Да, так и вышло. Мальчик вырос, начал учить людей, как быть добрыми, и сам лечил их, и даже воскрешал мертвых. Но многие завидовали ему, а некоторые боялись. Завистники оклеветали его и добились его казни.

– Ну вот, а ты говорила!..

– Но после казни он воскрес! – торжественно сказала Виолетта.

– И где он сейчас? – спросила Малышка.

Виолетта на миг задумалась.

– Везде, – ответила она. – И тут тоже…

Все невольно оглянулись.

– Невидимо, – уточнила Виолетта.

– Какая странная сказка, – задумчиво сказала Малышка.

– Знаете, – сказала Виолетта, – многие люди верят, что это никакая не сказка, а все это было на самом деле.

– Первый раз слышу эту историю, – хмыкнула Орбита.

Виолетта пожала плечами:

– Не знаю. Вы такие странные – празднуете Новый год, а про Рождество забыли. Но ведь Новый год – это просто дата в календаре. Какой в нем смысл? А вот в Рождество люди празднуют победу добра над смертью и злом!

– А как празднуют? – спросил Доминик.

– Да примерно так же. Только сначала все идут в церковь, потом возвращаются домой и садятся за праздничный стол. Я и думала, что вы как раз вернулись из церкви…

– Церковь?! – пренебрежительно протянула Орбита. – Это такое место, куда ходят только выжившие из ума старухи! Так утверждает Анютин папа, а он все знает!

– Теперь понятно, почему мы ничего не знаем про Рождество, – кивнула Малышка. – Не думаю, чтобы Анюта хоть раз бывала в церкви.

– Ужасно! – всплеснула руками Виолетта. – Это ужасно! Что будет с ее душой?

Доминик, видя, что она искренне расстроилась, решил сменить тему:

– Шикамару, а у вас в Японии есть Новый год или это… Рождество?

Шикамару хорошенько задумался:

– Новый год – есть. А Рождества нет и церквей тоже. Зато есть святилища. И в каждом живет ками.

– Кто такой ками? – сразу заинтересовалась Дженни.

– Дух-хранитель. У всего на свете есть свои ками. У луны и звезд, у деревьев, камней и цветов, у пруда и у источника. У этого дома очень сильный и древний ками, и прекрасно, что мы с ним подружились. А у маленькой елки – маленький и слабый ками. Но он вырастет вместе с ней…

– Ух ты! А ками добрые или злые?

– Скорее добрые. К ним можно обратиться и что-нибудь у них попросить.

Виолетта покачала головой:

– Идолопоклонничество! Только дикие люди поклоняются камням и деревьям!

– Но ведь ками отвечают, – возразил Шикамару. – И помогают. А иногда могут и покарать – если о них отзываться плохо.

– И деревья вовсе не мертвые, а живые, – возразила Дженни. – Даже сейчас они не умерли, а просто спят под снегом. Слушайте, а пойдемте еще гулять!

– Вот только перекусим, – сказала Орбита. – Приглашаю всех к столу!

Когда все было съедено и выпито, куклы снова отправились гулять. Никто уже не запускал фейерверки, в поселке воцарилась тишина. Снег сверкал, как серебро, и вокруг было светло, как днем.

После праздничного застолья бегать и валяться не хотелось. Даже Дженни не стала, как всегда, с воплями прыгать в ближайший сугроб, а остановилась на крыльце, глядя, как в небе над неподвижными березами плывет огромная луна.

– Смотрите, какая там здоровенная звезда! – показала рукой Орбита. – Сияет разными цветами, как самоцвет!

– Может, это та звезда, которая была на твоей открытке? – спросила Малышка Виолетту.

– Вряд ли, – ответила та. – Вифлеемскую звезду могут увидеть только те, на ком нет грехов.

– А что такое грехи? – спросила Дженни.

– Злые слова, злые поступки. Жестокость, жадность, насмешки. Равнодушие – тоже грех. Вот представь: ты живешь, а твою душу пятнают разные злые дела. И твоя душа становится все грязнее и грязнее, так что новые пятна – грехи на ней уже и не заметны. И постепенно становишься злодеем, сам того не замечая. Но если ты раскаиваешься в грехах, то они тебе прощаются. И ты снова становишься чистой… на время.

Дженни наморщила лоб:

– А если я что-то сделала плохое, а об этом никто не узнал – это грех?