Чтение онлайн

Началось все при Анне Иоанновне, в благодарность освобождения от "кондиций".

Продолжилось при Елизавете, тоже по понятным причинам.

Появление Манифеста имело важные социальные и политические последствия.

Почему же тогда Манифест не обеспечил Петру поддержку дворянства, которое принято считать опорой трона?

Именно потому, что этот документ имел значение, прежде всего, для широкой массы рядового дворянства, а не для придворных, солдат гвардейских полков или столичных жителей.

С одной стороны, Петр III вроде бы только узаконивал сложившуюся практику. С другой стороны, узаконил он довольно узким способом.

Манифест задуман был как непременный государственный закон, который должен был исполняться любым монархом, кто бы ни вступил на престол. Но в итоге стал первым словом в написании таких непременных законов, но не самим законом.

Забегая вперед: А вот жалованная грамота дворянству и городам Екатерины II – уже закон.

Вот оно, непонимание, что «царя играет свита». Руководители страны после Петра – этот урок усвоили.

Нынешние тоже двигаются в «послепетровском» русле.

Итак, Петр поступал, как другой Петр, но на несколько десятилетий позже. Век один, а ситуация уже изменилась.

Как говорил классик: «КВН уже не тот!».

Прогрессивный характер начинаний был перечеркнут методами, которыми он пытался их проводить, что явно отразило полное отсутствие у него такого важнейшего качества, как политический реализм.

Легко убедиться, что некоторые из начинаний Петра III имели новаторский характер. Действительно, война с Пруссией была не нужна России, и Екатерина в дальнейшем также ориентировалась на союз с нею; секуляризация церковных земель была назревшей необходимостью, и в скором времени Екатерина провела и эту реформу; разумной была и попытка вывести из Петербурга гвардию, лишив ее, тем самым, возможности воздействовать на политическую жизнь страны; заслуживает одобрения попытка провозглашения веротерпимости.

Но, как говорится, увы и ах!

Так или иначе, но недолгим правлением Петр III заложил третью мину, создал предпосылки для появления прослойки паразитирующих на родословной образованных "болтунов", именуемой в дальнейшем интеллигенцией. Той самой, которая в 1917 и в 1991-1993 молчаливо сдавала страну.

Нельзя сказать, что Петр III не руководствовался благими намерениями. Но благими намерениями выстлана дорога … сами знаете куда.

Давайте поговорим о дворцовом перевороте 1762 года.

Основные фигуранты.

Первая – Екатерина, без неё он бы не произошел.

Чем она занимается, пока на престоле Петр?

Давайте заглянем в «будуар императрицы» вместе.

Летом 1761 года Екатерина познакомилась с новым кавалером – Григорием Орловым. Орлов в Петербурге был личностью весьма примечательной – герой Семилетней войны, великосветский хулиган и предмет девичьих мечтаний. В битве при Цорндорфе он был трижды ранен, но из боя не вышел, а, напротив, взял в плен адъютанта императора Фридриха Великого. После госпиталя поселился в столице, где тут же стал личным адъютантом военного министра графа Петра Шувалова.

Екатерина с ходу влюбилась в высокого статного офицера. Роман быстро развивался. Орлов был готов ради Екатерины на любую жертву, а она решила родить от него ребенка. Что и сделала. Свою беременность Фике умело скрывала под пышными платьями, да и Петр, как мы помним, не особо интересовался делами своей супруги.

Ночью 11 апреля 1762 года у Екатерины начались родовые схватки. Чтобы скрыть рождение «байстрюка», камердинер императрицы Василий Шкурин поджег свой дом, стоявший недалеко от дворца. Полыхало так, что наблюдал весь Петербург.

Зачем? Спросит читатель.

А у нашего императора была особенность. Очень любил смотреть на пожары. Бывает! Екатерина слабость мужа знала и сама упросила камердинера поджечь что-нибудь приметное. Шкурин поискал-поискал, ничего путного в столице не нашел, чтобы спалить. Поджог свой дом! Как и планировали заговорщики, Петр вместе с любовницей Воронцовой провел на пожарище несколько часов.

Под прикрытием паники преданный слуга отвез Екатерину к знакомому доктору (это по одной версии, по другой – она родила в своей спальне в Зимнем дворце), а пока тушили пожар, императрица успела родить сына Алексея.

Сына императрица отдала на попечение жены Шкурина, сама после родов явилась к ужину, как ни в чем не бывало. Муж ничего не заметил!

Гордость за женщину берет!

Историческая справка: Позже Шкурину был пожалован чин бригадира и земли, и он увез сына императрицы Алексея (под фамилией Бобринский) на воспитание в Лейпциг.

Однако оставить в тайне рождение Алексея не удалось – через две недели императору Петру донесли, что его супруга родила мальчика от какого-то гвардейского офицера. Тут уж терпение Петра, обычно сквозь пальцы смотревшего на любовные похождения Екатерины, окончательно лопнуло. Он объявил, что собирается развестись с императрицей и жениться на фрейлине Елизавете Воронцовой, дочери тогдашнего вице-канцлера графа Михаила Воронцова.

Но оставим на время Екатерину и Петра разбираться в семейных дрязгах. Вернемся к перевороту.

Кто еще входил в число заговорщиков?

Конечно, те, кто смог собрать ударную силу для переворота – гвардейцев. Братья Орловы.

Портрет: Григорий Григорьевич (1734-1783), граф Российской империи, светлейший князь Римской империи. После переворота возведен в графы, назначен генерал-адъютантом, генерал-директором инженеров, генерал-аншефом. В 1771 году послан в Москву для борьбы с чумой. Удачное исполнение этого поручения императрица увековечила золотой медалью и сооружением в Царском Селе (Пушкино) триумфальных ворот с надписью: «Орловым от беды избавлена Москва». Императрица дозволила ему принять от римского императора в 1772 году диплом именоваться Римской империи светлейшим князем.

После возвышения Г. А. Потёмкина в 1774 году Орлов, утратил всякое значение при дворе, уехал за границу, женившись на своей двоюродной сестре Зиновьевой, и вернулся в Москву лишь за несколько месяцев до смерти, страдая умопомешательством.

Алексей Григорьевич (1737-1808) – генерал-аншеф. Сыграл не менее выдающуюся роль при перевороте. Отвёз Петра III в Ропшу. Назначен главнокомандующим флота, посланного против Турции под Чесмою. Истребил турецкий флот и открыл путь к завоеванию архипелага. Пожалован титулом Чесменский. После отставки поселился в Москве. Соединением пород арабской и фрисландской образовал породу орловских рысаков, а арабской и английской – верховую породу.