Чтение онлайн

Если раскрыть содержание каждой из стадий российского уголовного процесса, то станет ясно, что некоторые из них существуют в единой процессуальной форме, тогда как за наименованием других скрываются различные производства, не дающие возможность рассматривать данную стадию как единое неделимое целое и предполагающие ответ на вопрос, в какой форме проходит уголовное дело через данную стадию при тех или иных условиях. В первом случае мы имеем дело с так называемыми унифицированными стадиями российского уголовного процесса, иллюстрирующими идею уголовно-процессуальной унификации (единства процессуальной формы). В качестве примеров унифицированных стадий можно привести, допустим, производство в апелляционной и кассационной инстанциях. Во втором случае речь идет о дифференцированных стадиях российского уголовного процесса, что отражает противоположную идею – уголовно-процессуальной дифференциации 55 . Например, не существует единой стадии предварительного расследования: производство в данной стадии осуществляется в форме либо предварительного следствия, либо дознания (стандартного или ускоренного). Точно так же стадия подготовки к судебному заседанию имеет место либо в общем порядке, либо в форме предварительного слушания. Самой яркой иллюстрацией дифференцированной стадии является судебное разбирательство, где дело может рассматриваться 1) в ординарном порядке; 2) с участием присяжных заседателей (суд присяжных); 3) у мирового судьи (дела частного обвинения); 4) в особых порядках (гл. 40 и 411 УПК РФ).

Как отмечалось выше, юридико-технические задачи уголовного процесса направлены на разрешение судом по существу основного материально-правового вопроса уголовного дела – о преступлении и о наказании. После вступления приговора в законную силу данные задачи можно считать решенными, в силу чего приговор подлежит исполнению, а презумпция невиновности становится либо опровергнутой (при обвинительном приговоре), либо подтвержденной (при оправдательном приговоре). Именно вступление приговора в законную силу является водоразделом, отделяющим ординарные стадии уголовного процесса от экстраординарных. Ординарными являются те стадии, без прохождения которых (предварительное расследование, судебное разбирательство и др.) или без предоставления права на которые (апелляция) дело не может быть разрешено по существу, а приговор постановлен и вступить в силу. После этого задачи уголовного процесса по конкретному делу юридически являются достигнутыми, в силу чего любое дальнейшее производство должно иметь исключительный (экстраординарный) характер и быть связано только с исправлением серьезных правовых или фактических ошибок, допущенных при разрешении дела. Поэтому стадии, с помощью которых в необходимых случаях обеспечивается такой пересмотр (кассация, надзор, пересмотр по новым или вновь открывшимся обстоятельствам), являются для уголовного процесса экстраординарными и не обусловлены нормальным планомерным развитием производства по уголовному делу, которое после вступления приговора в законную силу уже невозможно и нежелательно, в том числе с точки зрения необходимости обеспечения стабильности судебных решений. Особняком в рамках данной классификации стоит стадия исполнения приговора, которая имеет место после вступления приговора в законную силу, но относится к числу ординарных. Это только подтверждает специальный характер для уголовного процесса данной стадии, которая не связана с разрешением уголовного дела по существу и в значительной мере является стадией sui generis (особого рода) 56 .

Является ли система стадий российского уголовного процесса единой для всех уголовных дел? Ответ на этот вопрос зависит от отношения той или иной уголовно-процессуальной системы к неизбежно возникающей проблеме противопоставления двух методов процессуальной организации: методу унификации и методу дифференциации. Выше с этими методами мы уже сталкивались применительно к разграничению унифицированных и дифференцированных стадий российского уголовного процесса. Однако проблема является более общей и связана не только с процессуальным регулированием «внутри» отдельно взятой стадии, но и с самой системой стадий уголовного процесса.

Так, в случае, когда законодатель конструирует для всех без исключения уголовных дел единую систему стадий, речь идет об унификации системы стадий уголовного процесса. В том же случае, когда для различных категорий уголовных дел существует своя собственная система стадий, имеет место дифференциация системы стадий уголовного процесса. Дифференциация в свою очередь может проводиться в сторону усложнения уголовного процесса (появление дополнительных стадий) и в сторону его упрощения (исключение определенных стадий по определенным категориям дел). Она также может быть глобальной, когда в уголовном процессе существует несколько «параллельных» систем стадий, ни одна из которых не рассматривается в качестве базовой (ординарной), и локальной, когда по отдельным категориям уголовных дел в системе стадий возникают «ответвления» от основной системы стадий, избранной в качестве некоего уголовно-процессуального стандарта.

Глобальная дифференциация системы стадий является достаточно распространенной и существует во многих правопорядках. Как правило, она основывается на соответствующей классификации преступлений, которая может быть материально-правовой или процессуальной. Так, во многих странах континентальной Европы известно материально-правовое деление уголовно-наказуемых деяний на преступления и проступки (двухчленная классификация) или преступления, проступки и правонарушения (трехчленная классификация), о чем выше уже говорилось 57 . Очень часто такой подход автоматически предполагает дифференциацию системы стадий уголовного процесса. Например, во Франции уголовный процесс не знает единой системы стадий: своя система стадий существует по делам о преступлениях, своя – по делам о проступках и своя – по делам об уголовных правонарушениях, т.е. в зависимости от материально-правовой квалификации деяния уголовный процесс существует в трех параллельных и автономных «разветвлениях». Некоторые англосаксонские страны придерживаются не материально-правовой, а процессуальной классификации преступлений. Скажем, в Англии и Уэльсе все преступления делятся на те, что рассматриваются по обвинительному акту с участием присяжных заседателей, и те, что рассматриваются в суммарном порядке магистратскими судьями (мировая юстиция). Для каждой из этих категорий преступлений есть своя система стадий, существующая в совершенно автономном режиме.

Локальная дифференциация системы стадий также часто наблюдается в сравнительно-правовой плоскости. Скажем, нередко законодатель ограничивает возможности апелляционного обжалования по делам о преступлениях, наказуемых лишь небольшим штрафом, в силу чего в системе стадий по данным делам исчезает апелляция и т.п.

Российский уголовный процесс в целом основывается на методе унификации системы стадий. Это объясняется, с одной стороны, историческими традициями, а с другой – единством понятия преступления и выведением так называемых «административных правонарушений» за пределы уголовного права и процесса, что сделало бессмысленным конструирование каких-либо «уголовных проступков» и «уголовных правонарушений» внутри уголовно-правового пространства. При таком подходе глобальная дифференциация стадий уголовного процесса по французскому образцу вряд ли могла и может иметь место.

Что касается локальной дифференциации, то она в России также проявляется в очень незначительных масштабах. До недавнего времени такого рода дифференциация имела место по уголовным делам, рассматриваемым мировыми судьями, где существовала дополнительная судебная инстанция в виде апелляции и соответственно дополнительная стадия уголовного процесса. Однако с вступлением с 1 января 2013 г. в силу Закона от 29 декабря 2010 г. 58 , распространившего апелляцию на все уголовные дела, данное проявление дифференциации, само по себе достаточно спорное (дополнительная стадия появляется по наименее опасным уголовным делам), перестало существовать, уступив и здесь место методу унификации.

Поэтому на сегодняшний день, пожалуй, единственным проявлением локальной дифференциации системы стадий российского уголовного процесса являются дела частного обвинения 59 , по которым по общему правилу нет досудебного производства в силу того, что соответствующее заявление должно направляться непосредственно в суд, и по которым стадия возбуждения уголовного дела фактически сливается (совпадает) со стадией подготовки к судебному заседанию.

Уголовное дело является одной из основных категорий уголовно-процессуального права, поскольку именно его возникновение, движение и в конечном счете разрешение по существу составляет основное содержание всего уголовного судопроизводства в целом.

Что же представляет собой уголовное дело?

В науке уголовного процесса понятие уголовного дела принято связывать с процессуальной деятельностью лица, осуществляющего производство «по конкретному факту действительно имевшего место или предполагаемого преступления» 60 . При этом содержанием процессуальной деятельности служит весь комплекс осуществляемых процессуальных действий и принимаемых процессуальных решений в рамках конкретного производства. Процессуальные действия и решения в свою очередь находят отражение в соответствующих процессуальных документах (протоколах и постановлениях). Поэтому для уяснения сущности уголовного дела важно понимать, что процессуальные документы или, иначе говоря, материалы уголовного дела, будучи формой отражения осуществляемой процессуальной деятельности по делу, имеют строго производный характер. Сущность же уголовного дела составляет сама процессуальная деятельность лица, принявшего конкретное уголовное дело к своему производству. Соответственно, при изменении уполномоченного на осуществление производства по делу лица (в частности, при передаче уголовного дела от одного следователя другому, направлении уголовного дела в суд и т.п.) передаются не просто материалы уголовного дела, а сама процессуальная деятельность, т.е. полномочия (компетенция) по производству процессуальных действий и принятию процессуальных решений.

В процессуальной терминологии появление уголовного дела связано с принятием процессуального решения о «возбуждении уголовного дела», а его разрешение по существу – с наличием вступившего в законную силу приговора суда.

Поскольку уголовное судопроизводство является единственной формой реагирования государства на совершенное преступление, появление уголовного дела напрямую связано с предположением о наличии преступного деяния, запрещенного уголовным законом. Однако само по себе преступное деяние, даже при наличии достаточных данных, свидетельствующих о его совершении, не влечет появления уголовного дела в каждом конкретном случае. Кроме самого деяния, содержащего признаки преступления, для начала процессуальной деятельности необходимо также отсутствие обстоятельств, исключающих производство по делу, или, иначе говоря, обстоятельств, препятствующих появлению уголовного дела.

При этом обстоятельства, препятствующие появлению уголовного дела, отчасти пересекаются с основаниями прекращения уголовного дела (ст. 24 УПК РФ) и уголовного преследования (ст. 27 УПК РФ). Подобное частичное совпадение обусловлено вполне объективными причинами, предопределенными спецификой самого уголовного судопроизводства. Следует учитывать, что большинство уголовных дел возбуждается в отсутствие сведений о лице, предполагаемо совершившем преступное деяние. Соответственно, если в ходе расследования будет установлена, скажем, непричастность определенного лица к совершению преступления (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ) либо в случае совершения предполагаемого преступления несколькими лицами и наличия процессуальных препятствий для привлечения к уголовной ответственности одного из них (в частности, несоблюдения специальных условий, предусмотренных п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), прекращению подлежит уголовное преследование конкретного лица, но не производство по уголовному делу в целом. Следовательно, вышеприведенные основания не только не исключают наличие самого факта преступного деяния, но и свидетельствуют о возможности его совершения иными лицами, в отношении которых в свою очередь отсутствуют установленные законом процессуальные препятствия для привлечения к уголовной ответственности. Таким образом, отдельные основания прекращения уголовного преследования в виду специфики самого уголовного судопроизводства не могут служить обстоятельствами, препятствующими появлению уголовного дела 61 .