Чтение онлайн

– Ой, Глеб, - покачала я головой.

– Да ладно тебе.
– Мартынов обнял меня и поинтересовался: - Когда родственники возвращаются?

– В понедельник.

– Ещё пять спокойных дней?

– Относительно спокойных.

Этот нахал разулыбался.

– Да. Завтрак будет?

Это я проигнорировала, повернулась к нему и на Мартынова взглянула в задумчивости. Он даже насторожился.

– Что?

– Откуда у тебя это?
– Я прикоснулась пальцем к татуировке на его руке. Во всё предплечье красовалась оскаленная пасть волка. Не очень приятная картинка, если честно.

Глеб тоже посмотрел, потом плечами пожал.

– Глупость юношеская. А что?

– Просто спросила.
– Я погладила его по руке.

Мартынов навис надо мной и поразглядывал с большим интересом, после чего головой покачал.

– Да, Женька, ты такая странная.

– Почему?
– насторожилась я.

– Да ни почему. Просто странная и всё.

– Глеб!
– Я попыталась ухватить его за руку, но он уже встал с кровати, а мне только подмигнул. Я кинула ему вдогонку маленькую подушку.

Когда я, наконец, приняла душ и появилась на кухне, Мартынов с кем-то разговаривал по телефону. На меня обернулся, и в первую секунду мне показалось, что он замялся, взгляд у него стал настороженный, но затем расслабился и снова заговорил.

– Ладно, Кирилл, договорились. Встретимся вечером.
– Закрыл телефон, отложил его и шутливо стукнул кулаком по столу.
– Есть хочу.

– Кто звонил?

– Знакомый.

Я выразительно приподняла брови, но говорить ничего не стала. Полезла в холодильник за продуктами. Я молчала, и Мартынов молчал. Насвистывал что-то себе под нос, делая вид, что ничего особенного не произошло. Я же всё больше раздражалась, понимая, что он не собирается мне сообщать, откуда этот знакомый нарисовался, а Глеб предложил мне помочь с приготовлением завтрака и взялся резать хлеб.

– В магазин надо, Жень.

– Правда? Сходи.

– Схожу, - согласился он с лёгким вздохом.
– Чайник ставить?

– Ставь.

– Женя.

– Мы будем искать твою жену?

– А мы её ищем, разве нет?

– Мы отвлеклись немного в последние дни.

– Всё-таки природная интеллигентность - это вещь. Такое слово нашла - отвлеклись.

– А ты всегда готов всё испортить!

Он рассмеялся.

– Не шуми.

– Глеб, я ведь не дура, я всё понимаю!

– Что ты понимаешь?

– Что ты темнишь, вот что. А попросту - врёшь мне.

Мартынов вытаращил на меня свои невинные голубые глаза.

– Я?

Я едва удержалась, чтобы ему в лоб помидориной, что в руке держала, не запустить. А может, и не удержалась бы, но на столе запрыгал мой мобильник, завёл снова про солнышко, и я посмотрела на него.

Мартынов мотнул головой.

– Настырный. Может, телефон выключить?

– Свой выключи, - посоветовала я. И на звонок ответила.

– Наконец-то, - тут же завёл Димка недовольным тоном.
– Почему ты не отвечаешь?

– Я занята была.

– Чем?

Я от Глеба отвернулась и вздохнула.

– Дим, я не ждала твоего звонка.

– Почему?

Удивление в его голосе прозвучало настолько искренне, что я сама растерялась.

– Наверное, потому, что мы с тобой поругались.

– И что? Люди каждый день ругаются.

– Не знаю, какие именно люди...
– Я бросила быстрый взгляд через плечо и проговорила как можно тише: - Мы с тобой никогда не ссорились. Ну, почти никогда.

– Просто мы очень уравновешенные люди.

– Да, особенно ты.

Он замолчал, а после осторожно поинтересовался:

– Ева, у тебя что-то случилось?

Я облокотилась на холодильник и сунула голову внутрь, вроде бы сыр искала, а на самом деле надеялась немного остыть, хотя бы нездоровый румянец со щёк согнать.

– Нет, у меня всё хорошо.

– Я рад. Просто ты как-то странно разговариваешь. Я тебя не узнаю.

– Наверное, тебя слишком долго не было.

– Что? Меньше двух недель прошло.

– Ты в этом уверен?

Глеб вдруг обнял меня сзади и прижался щекой к моей щеке. Отвёл мою руку с телефоном от уха, заставил меня повернуть голову и поцеловал. Я забыла обо всём - и о Димке, голос которого ещё слышался из трубки, о том, что сердилась на Глеба, о завтраке этом дурацком, который никак не желал сегодня готовиться.

– Ева!
– послышалось особенно громко, а я на ощупь нажала кнопку отбоя.

– Значит, ты с ним никогда не ссорилась?
– прошептал Глеб мне на ухо.
– И как же такой талант столько времени пропадал?

– Это ты на меня так плохо действуешь.

Он кивнул.

– Я на тебя так плохо действую. Ева.

Я чуть отстранилась и посмотрела на него. Потом головой покачала. Глеб усмехнулся.

– И правильно. Что за дурацкое имя?

Глеб меня отпустил, а я понаблюдала за ним, потом не удержалась и заметила:

– Ева - единственная на Земле женщина.

Мартынов насмешливо фыркнул.

– Единственная? То есть сравнить тебя не с кем. Ты на самом деле считаешь это комплиментом? Но ты же не единственная.

– А какая?

Он оглянулся на меня через плечо, улыбнулся и сказал:

– Неповторимая. Только тебе удаётся так быстро выводить меня из себя.