Квест
Шрифт:
– Помню, конечно. Как здесь хорошо!
Саша ничего не ответил, только чуть сжал девичью ладошку. Марина заглянула в его глаза, а у самой в глазах горел озорной огонек. Казалось, еще немного, и девочка бросится бежать по тропинке с криком «Догоняй!».
Тропинка все петляла и петляла среди деревьев, Бос уверенно шел впереди, иногда оглядываясь на подопечных. Складывалось впечатление, что пес снова приобрел способность двигаться без остановки, как тогда, в Зоне. Повязку он сорвал еще возле церкви, рана больше не беспокоила его. Да и была ли она?
Постепенно тропинка становилась уже, лес – гуще. В ветвях послышалось первое птичье пение, какие-то пичуги порхали с ветки на ветку, но рассмотреть их подростки были не в силах. Где-то в стороне раздался треск, и вскоре все стихло. Саша сначала настороженно замер, пытаясь по привычке вытащить из-за спины несуществующий автомат, потом вспомнил, что Схимник их разоружил, улыбнулся и стал догонять Марину. Тропинка стала такой узкой, что идти рядышком было уже невозможно. То ли лес становился густым, то ли просто солнце уже клонилось к горизонту, но видимость ухудшилась. Странно, подумал Саша, они идут уже довольно долго, но ноги не болят, да и усталости почти не чувствуется. Так, совсем чуть-чуть хочется присесть возле какого-нибудь дерева и немного посидеть, послушать птиц. Когда в последний раз он вот так ходил по лесу? Саша уже и не вспомнит. Давно это было, словно в другой жизни.
Поляна открылась как-то вдруг. Деревья разом расступились, и Бос вывел детей на небольшую полянку, посреди которой стоял крепкий широкий дуб. Лес обступал поляну с трех сторон, а с четвертой стороны ее омывала река. Солнце уже висело низко над горизонтом, освещая воды золотом вечерних лучей.
– Ух ты! Река! – Марина даже запрыгала на месте и захлопала в ладоши. – Искупаемся?
– Хорошо, – согласился Саша.
Они бросились к реке наперегонки. Бос бежал рядом, иногда перебегая с одной стороны на другую, будто игрался.
Добежав до реки, оба вдруг застыли, соображая. Ни у кого не было купальника, а купаться голышом…
– Вот что, – Марина решительно отвернула Сашу лицом к дубу. – Я купаюсь первой, а ты – потом. И не подглядывать!
Саша вздохнул и отошел на несколько шагов. За спиной послышался сначала тихий шелест снимаемого комбинезона, а потом всплеск воды и радостный крик Марины:
– А вода-то, вода! Теплая, как молоко!
Саша не удержался и на миг обернулся. Комбинезон девочки лежал на траве, а она сама со смехом плавала, окуналась с головой, выныривала, отфыркивалась, била руками по поверхности и снова плыла.
– Далеко только не заплывай, – посоветовал Саша, глядя на подругу.
Девочка испуганно вскрикнула, потом бросила в него пригоршню воды и возмущенно запищала:
– Отвернись немедленно, бессовестный!
Саша мгновенно опомнился и отвернулся, покраснев до кончиков ушей. Ему было стыдно перед подругой, но желание снова оглянуться становилось очень сильным. Чтобы преодолеть искушение, парень отошел еще ближе к дубу, лег на траву так, чтобы не видеть ни реку, ни подругу, и стал смотреть в небо. По синей глади медленно ползли легкие, словно пушинки, облака. Саша стал наблюдать за ними, как тогда, в центре, когда он только познакомился с Мариной. Это занятие настолько увлекло, что он не заметил, когда рядом появилась подруга и обляпала его мокрыми волосами. От неожиданности Саша подорвался на ноги и отступил на два шага.
– Это тебе за то, что подглядывал, – Марина наступала и снова ляпала водой.
Хоть в голосе девочки и звучали нотки старой гувернантки, но в глазах горел бесшабашный огонек.
Саша тем временем отступил к реке, а потом, на берегу, резко остановился и жестом приказал Марине отвернуться, мол, я теперь главный на этой территории. Девочка надменно надула губки, гордо отворачиваясь. Саша быстро стащил комбинезон и нырнул в воду. Он не знал, почему под комбинезоном не было белья. Может, ошибка какая-то, а может, так нужно было для эксперимента. Не важно. Вода тут же омыла его тело, смывая грязь и пот. А, может, это только кажется, что с тела, а на самом деле – с души? Саша не знал, но ему, как и Марине, хотелось пищать и визжать от восторга. Вода действительно была теплой, как молоко. Солнце не пекло, а слегка грело, когда он ложился на воду, ласкало своими лучами. Было так здорово, что совсем не хотелось выходить на берег. Он плескался долго, пока не услышал голос Марины:
– Саша, вылезай уже. Ну, пожалуйста.
Саша проигнорировал, только посмотрел на подругу. Девочка сидела спиной к берегу и что-то перебирала в руках, кажется, какие-то стебельки. Саша еще немного поплавал, а потом выбрался на берег и лег под солнцем, обсыхая. Он чувствовал, что Марина один раз не выдержала и посмотрела на него, но потом с тихим визгом снова отвернулась. Один-один, подумал парень и улыбнулся. Нет, он не был нудистом или извращенцем, просто в этой атмосфере хотелось быть естественным, жить, полностью соединившись с природой, и нагота совсем не смущала почему-то. А еще в голову пришла мысль, что Марина чувствует то же самое, только не решается. Странно, но ходить нагишом перед девочкой, которая ему очень нравилась, Саша стеснялся. Поэтому он быстро оделся, а потом, зачерпнув из реки пригоршню воды, тихо подкрался и выплеснул ее на голову Марины. Девочка вскрикнула, резко сорвалась на ноги и бросилась за «обидчиком», крича на бегу:
– Бессовестный, вредный мальчишка.
Саша несколько раз увернулся от ее рук, а потом позволил догнать себя возле самого дуба и повалился с Маринкой в траву. Они еще немного повозились, после чего Марина села сверху, прижала Сашу к земле и громко потребовала:
– Проси прощения, негодный!
– Все, сдаюсь, сдаюсь, – мальчик даже отвел руки в стороны, демонстрируя полное повиновение.
Марина звонко, бесшабашно засмеялась, повалилась на траву рядом с ним. Бос снисходительно наблюдал за их возней, лежа под самым деревом.
Дети долго лежали рядом, наблюдая закат. Марина устроилась поудобнее на Сашином плече, и вскоре оба незаметно уснули. Пес какое-то время лежал, не меня позы, потом осторожно подполз и лег в ногах у детей, словно согревая их своим теплом.
Солнце склонилось к самому горизонту, постепенно исчезая и одаривая землю последними своими теплыми лучами, пока полностью не ушло на покой. В небе зажглись первые звезды, из-за деревьев показался огромный полумесяц луны. Туман потянулся от реки, будто полупрозрачное покрывало, стал окутывать поляну. Звезд на небе становилось больше, они светились все ярче. Несколько из них вдруг резко спикировали к земле и превратились в каких-то очень маленьких светящихся существ, которые издавали непонятные звуки. Постепенно эти звуки стали превращаться в непривычную, но приятную музыку, как будто маленькие существа играли на невидимых инструментах. Бос никак не реагировал на музыку, только иногда водил ушами, чтобы лучше расслышать все нюансы.
Дети продолжали спать. Им снилось что-то необычное и приятное, потому что оба улыбались сквозь сон.
Марина проснулась первой. Она еще улыбалась, переживая сновидение, и смотрела на летающих артистов, не придавая этому значения. Но, осознав, где находится, девочка перестала улыбаться и тихонько толкнула Сашу. Тот проснулся мгновенно, словно совсем не спал, посмотрел с улыбкой на подругу, мол, ты чего, а потом, проследив ее взгляд, тоже перестал улыбаться и потихоньку сел.
– Что это, Саша? – несколько растерянно спросила Марина.
– Понятия не имею, – ответил тот, наблюдая за светящимися пируэтами существ. – Похоже на сказку.
Бос, заметив, что дети проснулись, встал, с удовольствием потянулся и посмотрел на реку. В ярком свете луны на берегу полупрозрачные фигуры водили хоровод, а над ними светящимся облаком летали маленькие существа. Их музыка становилась громче. Когда к ней присоединилось девичье многоголосое пение, Саша не выдержал и спросил:
– Куда нас все-таки занесло?…