Чтение онлайн

— Я хочу предложить тост. — Звонок мобильного снова прервал его желание высказаться.

— Да чтоб его! — Молодой человек опять отскочил к окну. — Верочка, — предложил он, закончив очередной разговор, — давайте выключим свои телефоны и нормально поговорим. В противном случае ребята с моей работы нам не дадут этого сделать.

Работник банка отключил мобильный. Вера достала свой и сделала то же самое. Олег с облегчением вздохнул. Приятный обед начался.

Михаил Аронович Колеман, сидя в кабинете, поглядывал на часы и ждал Наталью Николаевну Кунцевич, заранее выписав несколько рецептов.

Ровно в пятнадцать часов в дверь постучали.

— Войдите! — крикнул врач.

Дверь отворилась, и в его кабинет уверенной походкой вошел Лев Абрамович, один, без дражайшей половины.

— Приветствую светило науки! — Он крепко пожал неохотно протянутую руку Колемана.

— А где же Наталья Николаевна? — поинтересовался психиатр.

Юрист развалился в кресле, стоявшем у стола.

— Ее не будет вообще, — пояснил он. — Вы нужны мне. Собственно говоря, с вами хотел увидеться я.

Михаил постарался скрыть раздражение и беспокойство. Появление этого человека в его кабинете одного, без супруги, кольнуло сердце нехорошим предчувствием. Кунцевич понял, что творилось в душе доктора.

— Да вы расслабьтесь! — Он привстал и дружески похлопал Михаила по плечу. — Я хочу поговорить с вами исключительно о научных открытиях в области гипноза. Это ведь ваше поле деятельности, не так ли?

— Так, — кивнул Колеман. — Но непонятно, почему оно заинтересовало вас.

— Только как юриста! — усмехнулся адвокат Полоцкого.

— Хорошо, слушаю вас.

Доктор внутренне напрягся. Пока Кунцевич не задал ни одного каверзного вопроса, однако с такими приходилось держать ухо востро.

— Меня интересует: правда ли, что, загипнотизировав преступника, можно добиться от него признания в совершенном преступлении?

Михаил кивнул. Лев Абрамович задал следующий вопрос:

— Так как суду требуются факты, а не голословные «да» и «нет», можно ли заставить его назвать сообщников, их адреса, телефоны и дать еще какую-нибудь информацию, полезную для следствия?

— В принципе да, — врач развел руками, — однако не поручусь за стопроцентный результат. Люди по-разному подвержены гипнозу.

Лев задумчиво почесал переносицу:

— Наверное, хороший гипнотизер все-таки обеспечит стопроцентный результат, — проговорил он.

— Возможно.

— В нашем городе самый лучший — это вы, Михаил Аронович. — Кунцевич пристально посмотрел в глаза психиатру.

— И что дальше? — Невозмутимость Колемана, разумеется, была только внешней. Внутри все клокотало от негодования. Он понимал: сейчас его начнут втягивать в историю.

— Дальше: вы, как врач, должны помочь одному человеку. — Лев Абрамович, в отличие от Михаила, поражал внутренним и внешним спокойствием. Психиатр сразу понял, о ком идет речь. В Приреченске все знали, чьей правой рукой является Кунцевич.

— Этот человек — ваш хозяин Полоцкий, — полуутвердительно-полувопросительно заметил врач. — Неужели ему потребовался гипноз? Уж не для того ли, чтобы выудить из своей памяти криминальные события давно минувших дней или вспомнить, не он ли убил жену. Проснувшаяся перед выборами совесть — явление редкое.

Лев поморщился:

— Полоцкий — уважаемый гражданин в нашем городе. И все, даже милиция, знают: он не убивал Диану. Однако ему известен, вернее, известна настоящая убийца, и Валерий Семенович хочет добиться ее признания.

— У него есть на это много других способов, — иронически усмехнулся врач.

— Здесь не такое простое дело. — Адвокат заерзал в кресле. — Я бы с удовольствием изложил вам подробности.

— Я не буду слушать. — Михаил демонстративно встал и подошел к окну.

— Почему?

— Неведение — гарантия безопасности; мои принципы известны всему городу. — Колеман, не оборачиваясь, любовался пейзажем. Его слова не смутили Кунцевича.

— Бывают случаи, дражайший Михаил Аронович, — его короткий смешок неприятно резанул уши, — когда принципиальному человеку приходится делать то, о чем его просят, — просто некуда деться.

Врач похолодел. В этой фразе чувствовалась прямая угроза, и он сразу вспомнил о своей ахиллесовой пяте. Верочка! Его любимица! Как же он не позаботился о ее безопасности!

Психиатр кинулся к телефону и стал судорожно набирать домашний номер.

— Не суетитесь, доктор, — доброжелательно заметил адвокат.

Услышав голос жены, Михаил взял себя в руки и спокойно сказал:

— Это я. Просто решил позвонить. Как дела? Что делает Вера?

— Вера еще не пришла. — Услышав эту фразу, Колеман побелел:

— Как не пришла? Она давно должна быть дома! — Врач почувствовал колющую боль в сердце.

— А почему ты беспокоишься? — Вера-старшая всегда чутко улавливала оттенки настроения мужа. — Что с ней могло случиться?

Психиатр бессильно опустился в кресло. Еще минута — и он рассказал бы жене о грозящей им беде, но Кунцевич, вскочив со стула, нажал на рычаг.

— Дурак, — со злобой прошипел он, переходя на «ты». — Нам не нужна твоя дочь. Возможно, она явится через полчаса, а ты пугаешь жену. Звони ей и придумывай, как ее успокоить. Ну! Немедленно, а то ситуация выйдет из-под контроля.

Колеман покорно набрал телефон.

— Верочка? — теперь в его голосе не слышалось ни малейшего беспокойства, хотя внутри все клокотало от страха и бессилия. — Нас прервали. Дело в том, что доча могла захватить по случайности документ, который мне очень нужен. Помнишь, один раз уже так было? Тогда она перепутала папки.