Чтение онлайн

— Одной? — Наталья нервно усмехнулась. — Может быть, некоторые и любят быструю езду, может, для кого-то это и выход из положения. Я же, честно признаться, боюсь ее. Такая прогулка не доставит мне удовольствия.

— Понятно, — Колеман почесал затылок. — А путешествия? Вы бывали за границей?

— Естественно, — пожала плечами Кунцевич.

— Где?

— В Италии, Испании, Франции, Швейцарии, на Канарских островах, и, смею уверить, больше туда меня не тянет, — твердо ответила женщина.

— Вас не привлекает зарубежная культура?

— Ну почему же? Очень красиво и интересно. Только я не люблю путешествовать одна.

В принципе врач был с ней совершенно согласен. Он видел: перед ним сидела идеальная жена, хранительница домашнего очага; сама хранящая верность и не хотевшая и шагу ступить без супруга, она предъявляла к нему такие же требования, не понимая, что никогда не получит желаемого. Это ему и предстояло объяснить ей как можно деликатнее. Только, конечно, не сейчас, пусть попьет лекарства, походит на сеансы гипноза. С ней все будет хорошо. Фразу «не можешь изменить ситуацию — измени отношение к ней» его пациенты и пациентки в конце концов постигали.

Кунцевич, глядя на жену, испытывал радость. Посещения Колемана явно шли ей на пользу. Впрочем, как и Кунцевичу. Все нормально у жены — и он может позволить себе расслабиться. Только, конечно, уже не в этой треклятой «Снежной королеве».

Именно в эту треклятую «Снежную королеву» и направлялся сейчас Воронцов. Он знал, что госпожа Кунцевич почти каждый день бывает в этом кафе. Один раз они с Татьяной даже встретили ее там, и Юхненко с улыбкой рассказала ему о послеобеденном пристрастии этой дамы. Сергей понял: в жизни ничего не бывает случайно. Та встреча давала ему возможность без проблем отыскать Наталью Николаевну. Только бы что-нибудь не нарушило ее привычный распорядок. Открыв тяжелую стеклянную дверь и бросив взгляд на столик у окна, он облегченно вздохнул: та, к которой он направлялся, была на месте и, как всегда, в одиночестве. Он подошел к ней:

— Извините, пожалуйста. Вы позволите сесть рядом с вами?

Наталья Николаевна удивленно посмотрела на него.

— Вообще-то я привыкла считать этот столик своим. Это во-первых. Во-вторых, ваш вопрос более чем странен. Вон сколько свободных мест.

Воронцов кивнул:

— Я тоже люблю посидеть в одиночестве, поверьте мне. Но сегодня я пришел именно для разговора с вами, уважаемая Наталья Николаевна.

В ее глазах отразился испуг. Он дотронулся до плеча женщины:

— Не бойтесь. Это я должен вас бояться, так как после нашего разговора от вашего решения будет зависеть моя жизнь.

Наталья Николаевна пристально посмотрела на человека, жаждущего ее внимания и понимания. Как чуткая женщина, она сразу заметила страх и неуверенность, выражающиеся во всей фигуре незнакомца, несмотря на щегольскую одежду. Он снял темные модные очки, и покрасневшие воспаленные глаза рассказали ей о бессонных ночах. Этого человека она не могла не выслушать.

— Говорите, — супруга Кунцевича указала непрошеному гостю на свободный стул рядом с собой. Сергей с облегчением опустился на него, а женщина тем временем позвала официанта: — Еще две порции того же самого.

— Спасибо, — Воронцов немного стушевался, не зная, с чего начать, однако его неловкое молчание длилось недолго. Когда твоей жизни угрожает опасность, промедление недопустимо.

— Я расскажу правду о вашем муже и господине Полоцком, — начал он. — Прошу вас, выслушайте меня до конца, а потом решайте, как поступить. Моя судьба в ваших руках. Возможно, эта фраза звучит высокопарно, но это так.

— Правду о муже? — Наталья внутренне сжалась. — Есть такое, о чем я не знаю? Это касается его любовниц?

— На такие, извините, пустяки я не стал бы тратить ни свое, ни ваше время, — Воронцов ложечкой отколупнул кусочек шоколадного мороженого. — Из-за подобной информации я вряд ли вынужден был бы сейчас скрываться. За нее ваш муж не приказал бы убить меня.

— Он… — Наталья побледнела и выронила ложку. — Лев приказал вас убить?

— Вы выслушаете меня? — в этом вопросе звучала мольба. Вид незнакомца не вызывал неприязни и располагал к доверию. Кунцевич решилась:

— Я вас слушаю.

Он долго рассказывал ей о деятельности мужа и Валерия Полоцкого, ничего не упуская, благо его сожительница всегда интересовалась их криминальной деятельностью. Наталья слушала с расширенными от ужаса глазами. У нее не было оснований не верить этому человеку. Он не просил денег, не шантажировал, просто, закончив повествование объяснением, почему его вынудили скрываться, обратился к ней за помощью. И она не отказала.

— Вот ключи от нашей дачи, — женщина достала из сумочки связку. — Она находится… Впрочем, давайте я вас туда отвезу. Жить будете в одном из подсобных помещений, исключающих появление там Льва и его приятелей. Пойдемте.

— Не знаю, как вас благодарить, — он попытался поцеловать ей руку.

— Не надо, — Наталья встала, одернув юбку. — Мы должны ехать. Спрячьтесь на заднем сиденье.

— Что я могу сделать для вас? — этот вопрос прозвучал довольно нелепо. Что может сделать беглец даже для человека, которому обязан жизнью?

— Останьтесь в живых, — усмехнулась Наталья. — И не вредите мужу.

Дача Кунцевича поразила Воронцова своей роскошью. Четырехэтажный особняк в стиле средневекового замка был самым внушительным зданием дачного кооператива. Машина Натальи благополучно миновала шлагбаум, и Сергей был уверен, что сторож не заметил его сквозь тонированные стекла. Супруга Кунцевича не повела его через парадный вход.

— Если эта компания соберется здесь, то обязательно учует не только мой запах, но и запах постороннего, — пояснила она. Наталья устроила Сергея в маленькой подсобке, примыкающей к подвалу, уставленной закрутками, которыми она любила заниматься не потому, что кто-то в их семье обожал домашние соленья и варенья, приготовленные по особому рецепту. Просто хотелось чем-нибудь занять свободное время, имевшееся у нее в избытке.

— Все банки в вашем распоряжении, — сказала она Сергею. — Хлеб я купила по пути, вот буханка. В этом пакете колбаса, сыр, вода. С горячим я что-нибудь придумаю, а постель принесу сейчас, — женщина вышла и через несколько минут вернулась с подушкой, комплектом белья и резиновым свертком. — Это надувной матрас, — пояснила Кунцевич, — а это механизм, надувающий его. Соседняя дверь — дверь туалетной комнаты. В ней никто не появляется с тех пор, как были построены два верхних этажа. Можете спокойно пользоваться ею, Лев сюда не спустится. Чтобы вы не умерли с голоду и не заболели от моих закруток, я буду как можно чаще навещать вас.

— Я не знаю, как выразить вам свою признательность, — Сергей взял ее маленькую холодную руку в свои. — Вы изумительная женщина. Позвольте спросить: что помешало вам не поверить мне и сдать в милицию?

— Ваши глаза, — быстро ответила Наталья, убирая руку. — И мой жизненный опыт. Я все же умею разбираться в людях. Всего доброго, — она кивнула Воронцову и вышла за дверь.

Светлана Гамбарян, открыв шкафчик, где обычно стояли разнообразные лифтинговые средства, оторопела от удивления. Полки были пусты. Чья-то рука безжалостно смела все дорогие косметические средства, оставив хозяйку на сей раз без привычной ночной маски. В том, кто это сделал, Светлана не сомневалась. Он не раз интересовался секретом ее молодости и действием данных кремов. Скотина!