Чтение онлайн

Он открыл блокнот на нужной странице. Без труда перевел каббалистические знаки, восстановив изначальный текст послания Доктора Смерть.

Письмо за такой странной подписью, больше подходящей бульварному детективчику, пришло в офис президентской Комиссии по развитию науки и техники месяц назад. Сначала оно вызвало недоумение, потом здоровый смех.

«Комиссия по развитию науки и техники при Президенте США.

Председателю Комиссии сэру Аорону Мозесу Миллеру

Сэр,

По моему глубокому убеждению, возглавляемая Вами Комиссия не имеет ничего общего с развитием науки и техники. Они призваны облегчать жизнь людей, а не служить кормушкой для человеконенавистников. До сегодняшнего дня все, чем занималась Ваша комиссия, было поощрением создания все новых и новых способов массового убийства. И лишь для компенсации расходов за счет оболваненных вами граждан Вы бросали им технологические крохи со стола ВПК в виде микроволновок, мобильных телефонов и чудодейственных моющих средств.

Ни общественное мнение, которым вы научились манипулировать, ни пресса, которая принадлежит вам, ни массовые протесты или даже отдельные насильственные действия не в силах остановить вас. Для этого надо обладать интеллектом, сопоставимым с совокупным интеллектом тех ученых, что вы купили, и смертоносной мощью, как минимум сопоставимой с той, что вы обладаете.

Уважаемый господин Председатель, смею Вас заверить, что такой человек нашелся. Зовут его Доктор Смерть.

 Не позднее двадцати восьми дней с момента получения Вами данного послания я нанесу точечный удар по программе управляемых генных мутаций, известной Вас под кодовым обозначением «МК-Фиджи». Кому как ни вам знать, что успех проекта «МК-Фиджи» станет приговором всему живому, что создала Природа, или сотворил Господь, если вы в Него верите.

Смею заверить Вас, что никакие меры безопасности не в силах отсрочить смерть руководителей исследовательской группы «МК-Фиджи».

Смерть произойдет от приступа слюнной лихорадки, известной профессионалом под названием «вирус Эпштейна-Барра».

 Заранее сообщаю вам срок и цель и способ, чтобы вы в полной мере могли осознать свое бессилие.

Искренне Ваш Доктор Смерть

Оригинал послания хранился у директора ФБР, копия была передана в службу безопасности «Майкробиотекса». Там сначала посмеялись, потому что все знали, что вирус Эпштейна-Барра как причина смерти — это бред или блеф. Тем не менее, были приняты все необходимые меры безопасности. И вот, вопреки всему Николас Ньюмен и члены его группы погибли. Как обещал Доктор Смерть. В один день и по одной и той же причине.

Арон перелистал страницы, положил ладонь на записи сегодняшнего дня. Не было нужды расшифровывать каббалистические значки, он еще не забыл текст, который зашифровал всего час назад.

— Да, Арон, черт возьми, никаких следов вируса Эбола или чего-то похожего, но от печени парня остался форшмак! Форестолл поставил на ноги всех своих людей, будем надеяться, что к утру они выдвинуть что-то напоминающее версию. Но пока я ума не приложу, как это было сделано.

— Ты знаешь, что это было, Руди.

— Слюнная лихорадка?! Арон, не крути мне яйца!

— Нам нужно встретиться. Скажем, в два у седьмой лунки.

— Да? И о чем мы будем говорить?! О том, что ФБР ничего не сделало, чтобы защитить моих людей от очередного Унабомбера*?

* — «Унабомбер» (Тэд Кащинский), маргинальный ученый, бывший профессор математики Университета Калифорнии (Беркли), с 1976 по 1996 год посылал по почте самодельные бомбы, терроризируя научный истеблишмент США. Через СМИ обратился с воззванием, направленным против научно-технического прогресса, по его мнению, способствующего закабалению человечества. Оперативно-розыскные мероприятия ФБР и полиции результатов не дали. Выдал Унабомбера его родной брат.

Арон Миллер отстранился от трубки, чтобы ухо не свербил истошный голос абонента. Выждал, когда тот немного поутихнет.

— Руди, боюсь, что даже если вокруг твоего мальчика выстроился бы в каре весь Корпус морской пехоты, мы все равно не уберегли бы его. Вирус в его организме был активизирован мантрой, записанной на магнитофонную ленту. В лаборатории — еще хуже. Очевидно, что-то из арсенала психолингвистического программирования. Группа слов запустила код активации вируса. Так я это понимаю.

— Ты в это веришь?

— Пока — это версия. Но из нее вытекает, что Доктор Смерть — гений. И, увы, он не работает на нас. Это наша ошибка, и ее нужно срочно исправить.

В трубке тяжело засопели. Миллер удовлетворенно усмехнулся.

— Думаю, нам надо собраться всем в месте и поговорить, Руди.

— Будем рвать на себе одежды и посыпать головы пеплом, да?

Миллер отодвинул ладонь, открыв первые строчки тайнописи.

— Можешь делать, что тебе заблагорассудится, Руди. Я тебя пойму. Дело в том, что я получили новое послание от этого ублюдка.

— Очень мило! И кто на этот раз в списке?

Миллер помедлил с ответом. И не потому что хотел помотать нервы абоненту. Нет, он искренне верил, что произнесенное вслух слово становится необратимым действием. Поэтому медлил.

— Арни, ты там не уснул?

— Нет. И вряд ли теперь усну. В списке вся наша кампания, включая тебя, Руди. Все постоянные члены Клуба. Такие вот дела… Если тебе станет от этого легче, я значусь под первым номером.

— Какой срок? — нервно каркнул Руди.

— Не позднее двадцати восьми дней с момента получения письма. Время работает против нас. Поэтому — завтра утром у седьмой лунки, Руди.

В трубке разразилась такая глубокая тишина, что Миллер счел возможным осторожно опустить трубку на рычаг.

Красная лампочка на панели, мигнув, погасла. На том конце линии тоже положили трубку.

Миллер откинулся в кресле.

«Пусть теперь Руди узнает, что такое бессонница. И как каменеет рука, когда тянешься к трубке».

Большой дом был погружен в глубокий сон.