Личный враг Бога
Шрифт:
— Но ты догадываешься, для чего я искал тебя?
— Ха! Догадываюсь ли я? Наверняка, для того, чтоб опять расспросить про своего бывшего друга. Про Епископа.
— Да. Ты знаешь что-нибудь новое?
— Потенциально я знаю все. Сколько раз можно это повторять? Но я же не дарю информацию просто так. Не разбазариваю. Я продавец. Торговец.
— И сколько ты просишь?
— Ну что ты! Не надо понимать так буквально. Старому другу я все скажу бесплатно. Ты идешь куда надо, это самое главное. Я мог бы тебе прямо сейчас сказать то, что ты узнаешь потом, но тебе необходимо не только знание. Время и путь!
— Почему ты никогда ничего не говоришь прямо?
— Ты не прав. Я всегда говорю однозначно. Это ты слышишь совсем не то, что я говорю.
— Хватит! — Тролль зарычал. — У меня уже голова пухнет. Еще две минуты такого разговора, и я сойду с ума. А безумный тролль, я думаю, это нечто ужасное.
— Да, я знаю, что такое безумный тролль, — Рябой Пес захихикал. — Жалкое зрелище!
— И все же, — Глеб стал серьезен. — Ты скажешь мне, где сейчас находится Епископ, и как его победить?
— Ни много, ни мало… — Рябой Пес замолчал, стер с лица улыбку. — Я все сказал… Ты идешь туда, куда должен идти. Как победить Епископа, ты знаешь и сам. Мне нечего сказать, да я и боюсь говорить, потому что чужие слова могут стать чужими мыслями.
— Он боится говорить! — фыркнул Коготь.
— Все боятся говорить. Но даже в этом они боятся признаться.
— Тьфу! — выразительно высказался Тролль и отошел в сторону.
— Рад был повидать тебя, — сказал Рябой Пес, вновь хватая Глеба за руку.
— Уходишь?
— Это вы уходите.
— Жаль, что ты ничем мне не помог.
— Да, действительно жаль.
— Мы увидимся еще?
— А вот этого я не знаю. Еще не знаю.
— Значит, есть что-то, чего не знаешь и ты?
— Конечно. Нельзя знать то, что еще не существует. Никто не знает будущего. Даже Бог. Но Бог может это будущее творить. А знать и творить — это почти одно и тоже.
— Ты говоришь, что я на верном пути?
— Нет. Ты неправильно услышал. Я говорил, что ты идешь туда, куда хочешь попасть.
— А разве может быть по-другому?
— Конечно. Большинство людей идут просто потому, что стоять на месте для них намного тяжелей. Они бессмысленно бредут, петляют по жизни и даже не задумываются, куда направляются и чего хотят… Кстати, я думаю, ты еще сам не совсем понял, куда идешь.
— А ты знаешь это?
— Это скрыто в будущем… Приятно было поговорить… Да, чуть не забыл! — Рябой Пес придвинулся вплотную Глебу и прошептал ему на ухо: — Не сходите с дороги, не приближайтесь к курганам… Ну, теперь все! Мне пора! — Он резко развернулся и заспешил прочь. Словно порыв урагана подхватил его, взметнул лохмотья одежды и потащил, повлек за собой по бездорожью, унося в голую степь.
— Кто это? — спросил Тролль, наблюдая, как летит к горизонту странный пилигрим.
— Человек-загадка… — ответил Глеб, выдержал паузу и пояснил: — Он действительно очень многое знает. Иногда я просто поражаюсь, насколько много. И, кстати, он — Двуживущий.
— Этот оборванец? — удивился Коготь.
— Да. С него-то все и началось, — Глеб замолчал, ушел в себя.
— Что началось? — не вытерпел Тролль.
— Все… Идем! Не нравятся мне эти курганы, да и Рябой Пес велел держаться от них подальше.
Близилась ночь, а курганы все тянулись и тянулись, и не был видно им ни конца, ни края.
— Что же ты не уточнил у своего знакомого всезнайки, чем они так страшны? — спросил Коготь, обводя посохом лысые вершины холмов с древними каменными крестами на макушках.
— Не успел, — ответил Глеб. Он то и дело поглядывал на небо, гадая, скоро ли окончательно стемнеет.
— Неужели придется заночевать прямо здесь?
— А что такого? — спросил Тролль. — Как будто в первый раз.
— Жуткое место. Я чувствую здесь какую-то темную Силу. — Маг поежился.
— Не знаю, я ничего не замечаю, — пожал плечами великан.
— Коготь прав, здесь есть что-то, — сказал Глеб. Он уже давно ощущал, как сжимается охранный обруч, все теснее и теснее охватывая голову. Чувствовал, как теплеет серебристый металл, защищая хозяина от какой-то магии. И чем ниже опускалось солнце, чем ближе становилась ночь, тем больше нагревался магический обруч. — Рябой Пес сказал, что нам не следует покидать тропу.
— Чего!? — воскликнул идущий впереди Коготь и остановился. — Что же ты раньше молчал!?
— А что?
— Тропа давно кончилась.
— Как? — Глеб уставился себе под ноги. Оглянулся. Действительно — как он не заметил? — они ступали по невысокой ровной траве. А тропинка где-то потерялась, незаметно исчезла, растворилась. Когда?
— Давно мы сошли с нее?
— Уже часа два.
— Как же я не заметил!?
— Тебе надо было идти первым, как обычно, — развел руками Коготь.
— Два часа! Мы не успеем вернуться до наступления темноты.
— Назад? Зачем?
— Не знаю. Но Рябой Пес никогда не дает пустых советов. Если он сказал, что нам нельзя сходить с тропы, значит, так оно и есть.
— Но мы не сошли с нее, она просто кончилась! Идти-то же надо!
— Он велел держаться подальше от курганов… Ты сам чувствуешь что-то… Ночь близка…
— Да… — Маг прислушался к своим ощущениям, окинул взглядом вереницу холмов, неровный строй перекошенных крестов. — Думаешь, мы должны вернуться на тропу?
— У тебя есть другие предложения?
— Конечно! Идти вперед. Нечего терять время.
— Это опасно. Уверен, Рябой Пес не зря предостерег нас.
— Нас же трое. Справимся. Пойдем без остановки. Думаю, эти курганы скоро кончатся.
Глеб достал карту, развернул ее на колене. Изучал несколько минут. Затем сказал:
— Если карта не врет, то эта гряда курганов кончится через несколько километров.
— Тогда идем, нечего ждать.
— Карта старая. Многое могло измениться.