Чтение онлайн

«Хизбалла» — враг, которого нельзя поймать, и эта группировка является террористической организацией, наиболее хорошо вооруженной за всю историю. Регулярная армия, за которой внимательно следит вся мировая общественность и которая стремится к соблюдению международных законов военного времени, не имеет против такого противника ни малейшего шанса».

А «война без названия», как ее уже успели — извините за тавтологию — назвать в Израиле, все продолжалась, не делая передышек даже на ночь, и круглосуточно унося жизни людей по обе стороны границы. И глубоко ошибается тот, кто считает, что в самом израильском обществе эта война вызывала единодушное отношение. Об этом, кстати, свидетельствуют и многочисленные социологические опросы, проведенные как израильскими, так и международными институтами. Конечно, жители северных городов Израиля настрадались от непрестанных обстрелов «Хизбаллы» так, что большинство из них не желало от правительства и армии никакого иного завершения кроме полного разгрома террористов. Единодушны израильтяне были, пожалуй, только в одном, своем естественном желании увидеть свою армию победительницей. Но даже это чувство не могло заставить людей не думать о политических просчетах правительств — предыдущих и ныншнего, явных просчетов армейских стратегов.

У израильтян распространена довольно грубая, но весьма точная поговорка: «Израиль — это большое зеркало и какую рожу ты перед ним скорчишь, такую в ответ и увидишь». Так вот, если проводить параллель с этой поговоркой, то в дни войны израильтяне вновь заговорили, что не худо было бы еще раз, попристальнее вглядеться в самих себя. И тогда большое зеркало наверняка бы, не скрывая обидной правды показало, что все конечно знали, что «Хизбалла» все эти годы интенсивно вооружается, накапливает силы, укрепляет моральный дух своих боевиков и их благосостояние. И надо было не благодушествовать, а бить тревогу. Но так комфортно было отдыхать на севере, проводить там многочисленные карнавалы, любоваться его красотами, загорать на изумительном озере Кинерет, рыбачить в быстрых и прозрачных северных речушках. И так патриотично было говорить о любви к своей армии и ее солдатам, восхищаться, читая чуть не на каждом перекрестке призыв к автомобилистам: «Подвези солдата». И сотрудники службы безопаности международного аэропорта «Бен-Гурион» в Телль-Авиве, опрашивая улетающих граждан непременно интересуются отслужил ли и где конкретно твой ребенок, и если слышат отрицательный ответ, то напрягаются и устраивают настоящий допрос с пристрастием, чуть ли не подозревая такого гражданина в измене родине и подрыве ее обороноспособности. А то, что солдаты ходят в старом обмундировании, что правительства, не сомневаясь, что воевать не просто придется, а по сути постоянно приходится, экономили каждый шекель на военном вооружении — об этом как-то говорить было не принято. А если и говорили, то вскользь. Фрондерствующее население всегда найдет повод покритиковать правительство и упрекнуть его в жадности. Так что все было как всегда, все было привычным.

А потом «Хизбалла» убила трех и взяла в заложники двух солдат, ракеты попали в железнодорожный вагон с пассажирами и в элеватор. И Израиль удивился — ну как же, ведь Ливан, вроде, казался таким предсказуемым. Вот только в чем?.. Или кто-то мог и впрямь подумать, что безвольное ливанское правительство в состоянии оказать хоть малейшее влияние на решения шейха Насраллы и его мощных иранских и сирийских покровителей? Право, мне даже неловко в конце каждой из предыдущих фраз ставить инертные вопросительные знаки, когда вместо них кровавые восклицательные куда уместнее.

Вот только не совсем уютно чувствовал себя в первые дни ливанских событий врач из хайфской больницы «Рамбам» Хайтам Насрралла. В этой крупной израильской клинике вообще работает много врачей-арабов и специалистами большинство из них считаются отменными. Двадцативосьмилетний доктор Хайтам Насралла лечит пациентов в отделении интенсивной терапии, так что в июле раненых через его руки прошли десятки. Он закончил обучение в Италии и вернулся в Израиль, который считает искренне родным, так как прожил здесь всю свою жизнь. Поначалу явно повышенное и нездоровое к себе, а вернее к своей фамилии, внимание его раздражало, но постепенно он приучил себя не обращать ни на насмешки, ни на явно откровенные и частенько бестактные вопросы внимания и уж во всяком случае на них не обижаться.

— Я христианин, а Бог учит любить людей и прощать им слабости. Недавно один из сослуживцев мне говорит: «Слушай, доктор Насралла, ну на кой тебе надо всю свою жизнь ходить с такой позорной фамилией. Тем более, я знаю, ты жениться собрался. Потом еще и детей своих такой же фамилией «наградишь». У меня внутри все клокотало от такого вопроса, но я ему ответил, что эту фамилию я получил от моих родителей, а они люди честные, достойные и уважаемые. И если я своим трудом заслужу уважение людей, то и дети мои должны нашу фамилию не со стыдом носить, а с гордостью. А вот Хасан Насралла свою фамилию, а она по происхождению очень древняя и очень благородная, кровью запятнал. Так что это ему впору фамилию менять, чтобы меня и мою родню не позорить, — заключил Хайтам Насралла.

Кстати сказать, именно в хавфской больнице «Рамбам» рассказали мне о штурмане израильских ВВС, который в самый разгар боевых действий получил внезапный отпуск на сутки. Фамилию мне, правда, не назвали, ио по законам военной цензуры имена боевых офицеров называть нельзя. Так вот, этот самый штурман, назову его Н., еще несколько лет назад сдал кровь по программе поиска потенциальных доноров костного мозга. Так сказал, проявил сознательность и гражданское благородство. Уж как его нынче удалось разыскать медикам непонятно, но, видно, даже в напряжении боевых действий, воинские начальники с достаточным пониманием отнеслись к просьбе врачей. Итак штурмана вызвал его командир и сообщил, что Н. является единственным в стране донором, чья кровь подходит для какой-то малышки, больной лейкемией.

— Так что если ты согласен дать для этой девочки кровь, можешь быть 24 часа свободен, — объявил командир.

Н., не мешкая отправился в центр страны, где под Телль-Авивом, в небольшом городке ПетахТиква расположена самая крупная на Ближнем Востока детская клиника «Шнайдер». Там у него взяли костный мозг для больной малышки. Врачи сказали, что шансы на выздоровление у неее неплохие.

Вообще-то говоря, война войной, а люди-то, я, разумеется, говорю о нормальных людях, остаются людьми. Еще в самом начале боевых действий крупнейшая израильская газета «Едиот ахронот» опубликовала короткую заметку. Корреспондент этой газеты побывал на самом севере страны в маленьком городишке Нагария и взял блиц-интервью у жителей, которые в числе первых ощутили на себе удары «катюш». Один из горожан, человек весьма преклонного возраста на иврите, судя по всему, практически не говорил, но слова «катюша» повторял настолько часто, что журналист заинтересовался, чего это дед все время повторяет название ракеты. Кто-то из собравшихся охотно взялся переводить и история выяснилась достаточно символичная.

Хаим Вайсборода, репатриант из России, недавно отметил почтенный юбилей — 95 лет. Живет он один, но вполне еще бодр и, зазвав на день рождения соседей, даже позволил себе рюмочку пропустить. «Не больше, только рюмочку», счел нужным уточнить Хаим. А репортеру он поведал вот что:

— Я в годы войны, которую вы называете Вторая мировая, а мы, хотя и бывшие, но все равно советские люди — Великая Отечественная, воевал с фашистами. И когда у нас появились «катюши», я ими гордился. Я знал, что чем больше «катюши» убьют фашистов, тем меньше фашисты убьют евреев и вообще всех хороших людей. И что же теперь получаются? Раз «катюши» убивают евреев, значит, они оказались в руках фашистов. И главный фашист этот Насралла.

— Мне, конечно, сразу предложили уехать в центр страны и там меня где-то поселить, кто обо мне день и ночь заботиться будет. Спасибо этим добрым людям, но я отказался, — говорит Хаим Вайсборода. — Я не только никуда не поехал, я даже в бомбоубежище еще ни разу не был. Не то что я ничего не боюсь, вовсе нет. Но я уже столько пожил на свете, что мне пора уже ТУДА, — явно выделил он последнее слово. — И если я окажусь ТАМ, то вдруг попаду в рай и сам Всевышний вручит мне цветы за то, что Хаим Вайсборода всегда был порядочным человеком, — пошутил он.

Репортеру история со старым Вайсбородой показалась забавной, он эту коротенькую байку опубликовал и тут история получила неожиданное продолжение. Многолетний читатель «Едиот ахронот» — офицер службы тыла полковник Йехиэль Коферштейн прочитал заметку, она показалась ему не просто забавной, но и по-человечески тронула его сердце. И вот, оказавшись по делам службы в Нагарии он кое-как разыскал букет цветов, а в полуразрушенном городке это было ох как нелегко, потом уже, без особого труда, нашел квартиру Хаима Вайсбороды и когда старик открыл ему дверь, с порога, широко улыбаясь, произнес:

— Хаим, ты только не подумай, что я Всевышний, но ты же мечтал получить цветы, вот я тебе их и привез…

ПОДСЧИТАЛИ — ПРОСЛЕЗИЛИСЬ

(РАЗМЫШЛЕНИЕ К ИНФОРМАЦИИ)

«Прогнозы израильских экономистов по поводу второй ливанской войны весьма пессимистичны. Они опасаются, что связанные с этим расходы, прямые и косвенные, нанесут экономике страны достаточно ощутимый ущерб уже в 2007 году».

(Из сообщения израильской газеты «Вести»).

После первой недели бомбежек разрушения северных городов Израиля всех поразили, настолько они были велики. Уже ко второй неделе боевых действий народное хозяйство Израиля недосчитывалось пяти миллиардов шекелей, что по нынешнему курсу составляет чуть больше одного миллиарда американских долларов. Потери, болезненно ощутимые для любой экономически развитой страны, а уж для Израиля, с его хромающей на обе ноги экономикой, истощенной постоянно возрастающими военными расходами — тем более.