Чтение онлайн

– Тише-тише... Успокойся! Что ты так переполошилась? Я принес тебе по

есть, - протягивая ей два сандвича с ветчиной, заявил тот.

Фургон стоял у небольшой придорожной забегаловки. Неоновые рекламные щиты этого заведения ярко переливались светом, освещая ночное небо и привлекая внимание проезжих. На территории парковочной стоянки толпились люди и теснились автомобили. Вероника, заглядевшись наружу, не расслышала вопроса шофера.

– Ну, так ты будешь есть или нет?

– У меня нет денег, чтобы расплатиться за еду.

– Расплатишься потом... Эй-эй, убери ружье! Ты неправильно истолковала

мои слова. Я и не собирался брать с тебя плату за еду, просто ляпнул не то... Опусти ружье! Ну хватит дурачиться. Я хотел сделать доброе дело, а нарвался на штыки. Если ты не хочешь есть, дело твое, - положив сандвичи опять в пакет, Бредли Джейсон сел за руль.

Завел двигатели и вывел фургон из автостоянки. Весело насвистывая мотив полюбившейся песни, завертел баранкой следя за ночной трассой. Мысль о еде терзала сознание голодной попутчицы. Наконец не выдержав спазмов в желудке, она обратилась к водителю.

– А ты точно не возьмешь с меня плату за еду?

Все еще насвистывая песенку, шофер отрицательно покачал головой.

– Не передумаешь?

Бредли протянул пакет с сандвичами попутчице. Не сводя глаз с мужчины и не выпуская из руки ружье, Вероника достала съестное и жадно накинулась на пищу. Ощущения, блаженства запечатлелось на лице у проголодавшейся. После шестимесячного питания объедками со стола надзирателя было восхитительно вновь изведать нормальную человеческую еду. Самые обыкновенные бутерброды с ветчиной показались Веронике райской амброзией. Практически не дожевывая, она поспешно проглотила все большими кусками.

– Не торопись ты так, не то поперхнешься, - с усмешкой предупредил Джей

сон.
– Да-а, видно ты, давно не ела.

– Два дня, а может и больше, - вытерев рот тыльной стороной грязной ладо

ни, призналась та.
– Спасибо за еду. Значит, есть еще на свете добрые люди.

Бредли рассмеялся.

– Не думаю, что я добрый. Я самый обычный человек. Помогать другим это

долг каждого из нас.

Вероника постаралась изобразить на лице улыбку, хотя после перенесенных страданий ей это далось с трудом.

Панорама ночного шоссе утомляла. Яркие огни фар встречных машин словно гигантские светлячки, жужжа пролетали рядом. Местность, окаймлявшая проезжую дорогу, была большей частью пустынной. Изредка где-то вдали мелькали огоньки небольших построек и затем вновь равнины становились безлюдными. Самые яркие впечатления среди серой, однообразной дороги оставляли красочные неоновые щиты придорожных закусочных и мотелей.

Устав следить за дорогой, Вероника забылась во сне. Видения ее были путаными и бессмысленными, однако ощущение тревоги крепко засело в ее сознании. По пробуждении она обнаружила, что солнце уже осветило горизонт и ок

ружавший ландшафт заметно изменился.

– К полудню мы будем уже в Линкольне, - сонно проговорил шофер, заметив

пробуждение попутчицы.

Как и было обещано, они доехали до пункта назначения в заданный срок.

Конечной остановкой Бредли Джейсона был город Линкольн, до Омахи оставалось проехать пятьдесят миль. Остаток пути Вероника проехала в кузове пикапа, принадлежавшего семье Уидворд. Спустя два часа они доехали до Омахи. Чем ближе подъезжала Вероника к родному дому, тем сильнее билось сердце в ее груди. Ее охватило непреодолимое чувство страха и трепет.

Со дня ее исчезновения прошло много месяцев, и было вполне вероятно, что домочадцы считают ее погибшей. Воскрешение из мертвых сулило повлечь бесчисленные вопросы касательно периода жизни вне дома. Однако воспоминания о болезненном прошлом не столь беспокоили мадам де Беф, она страшилась перемен в жизни любимого супруга. Считая ее погибшей, он мог сойтись с другой женщиной, и винить его в этом пропащая была не вправе.

Откинув все сомнения и поборов чувство тревоги, Вероника побежала по безлюдной ночной улице к родному дому. Добежала до живой изгороди, ограждавшей территорию особняка от улицы, и остановилась, засмотревшись на окна здания. Там было темно, казалось, дом пустовал. Приблизившись к железным воротам и набрав на датчике, встроенном в пилон, комбинацию цифр, хозяйка проникла во двор. Завидев человека, два добермана с лаем побежали к чужаку.

– Купер, Франк, что вы так разлаялись? Не узнали меня?

Собаки, распознав в чужаке свою хозяйку, радостно завиляли хвостами и запрыгали.

– Ну, хватит, проказники, потом поиграем... Сейчас не время...

Оттолкнув от себя резвых доберманов, она направилась к черному входу в дом, дверь которого вела на кухню. Постучав несколько раз и не получив ответа, Вероника пришла к решению, что дом действительно пустовал. Потеряв терпение, она разбила камнем дверное стекло и, покрутив ручку изнутри, проникла внутрь. Только она переступила за порог, как встретилась с дулом винтовки, нацеленной на нее.

– Стой, не то я выстрелю!

– Адальберто, не стреляй! Это я, Вероника.

Мажордом включил свет и вскрикнул от неожиданности. Перед ним стояло чумазое и грязное человекоподобное существо. Белые джинсы обветшали и почернели, синий свитер превратился в оборванный вязаный комок. Некогда прекрасные золотые кудри беспорядочно свисали на плечи, черты лица невозможно было разглядеть из-за грязи и синяков, под глазами были мешки, сапфировые синие глаза потеряли прежний блеск, и даже голос незнакомки звучал хрипло и необычно.

– Мадам де Беф умерла. Кто вы такая?
– не узнав свою хозяйку в ее нынешнем

состоянии, угрожающе спросил дворецкий.

– Я не умерла, Берт. Я жива и стою здесь перед тобой.

И тем не менее подозрительный слуга все еще не верил словам незнакомки.

– Уходите, пока я не позвонил в полицию.

– Отец всегда говорил, что ты тугодум, но я и не представляла, что настолько.

Убери оружие! Реджи дома?
– оттолкнув слугу со своей дороги, она направилась в хозяйские помещения.

Адальберто как стоял с винтовкой в руках, так и сел на стул. Он был сильнейшим образом ошарашен. Вытаращил глаза, и чтобы не закричать, сам себе зажал рот рукой. Только теперь до него дошло, что эта лохматая взломщица

была Вероника де Беф - наследница миллиардера де Кюше.

Осознав эту истину, расторопный дворецкий побежал за ней.

– Мадам де Беф... мадам де Беф... обождите...

Однако предусмотрительный слуга не успел опередить хозяйку. Окрыленная

чувством радости, Вероника влетела в свою спальню и... застыла, увидев творящуюся там растленность.