Любовь на острие меча
Шрифт:
– А кому доверять, Эйдан? Тебе?
Это было нелепо. О’Флаэрти совершенно не тот человек, с кем я хотела бы обсуждать свою личную жизнь. Почему он не может этого понять? Почему раз за разом возвращается к этому разговору?
– Я этого не говорил.
– Он встал из-за стола и подошел. Остановился в шаге от меня.
– Но ты ничего о нем не знаешь.
– Серьезно? – Меня чуть смех не разобрал. – О тебя я знаю еще меньше. Но сегодня ночевала с тобой в одном доме. Правда, я об этом не знала, но сути это не меняет. И, как видишь, не бьюсь в истерике. Так почему я не должна доверять ему? Чем он хуже?
Он уже открыл рот, чтобы ответить, но я подняла руки.
– Нет, Эйдан, пожалуйста, не отвечай. Это был риторический вопрос. Я не хочу знать. Я не хочу понимать, почему ты так себя ведешь. Ты помог мне, я у тебя в долгу и я отдаю этот долг. Давай остановимся на этом. Сегодня вечером я собираюсь вернуться сюда, но если вдруг в твоих планах что-то изменится, дай знать заранее.
И развернулась, чтобы все-таки уйти из этого дома и от этого разговора.
Но меня догнал еще один вопрос. Заданный со злостью и неуместным отчаянием. Так, что я даже вздрогнула.
– Тебе не приходило в голову, что я просто хочу тебя уберечь?
Вдох-выдох. Спокойствие. Пора с этим заканчивать. Я повернулась и почти уткнулась носом Эйдану в шею. Он подошел слишком близко, а я этого даже не заметила.
Подняла взгляд, встретившись с синевой его глаз. Они смотрели с укором и непониманием. Может, и стоило разобраться, в чем причина такого поведения. Спросить, узнать, может, он прав, а я что-то упускаю. Но я решила оставить все, как есть. Эйдана и так слишком много в моей жизни. А моя собственная реакция на него начинала пугать.
– Даже если мне что-то угрожает, я смогу за себя постоять. Но твоя помощь мне не нужна. Потому что иначе я боюсь, что просто не расплачусь с тобой.
И, больше не задерживаясь, вышла из дома.
Я собиралась весь день провести за учебниками, сделать как можно больше и успеть немного отдохнуть, потому что неизвестно, где я проведу сегодняшний вечер. Но в комнате я обнаружила рыдающую Кэйлу. Вид у нее был самый несчастный, и я не на шутку перепугалась.
– Кэйла,- позвала я, присаживаясь рядом с ней,- что случилось?
Продолжая всхлипывать и утирать слезы, она едва сумела произнести:
– Ральф…бросил меня.
– Ральф что сделал? – удивилась я.
– Сказал, что я ему больше не нужна, что со мной ему неинтересно, что наши отношения ошибка, и он не понимает, почему вообще был со мной.
– Как это возможно? У вас же все было хорошо.
Еще пару дней назад Кэйла со счастливым видом рассказывала, что на каникулах они собираются устроить официальное знакомство с родителями. Это само по себе говорило о многом. В том числе о серьезности их отношений.
– Было хорошо, а теперь плохо,- она снова зарыдала.
– Может, вы поссорились? Сгоряча чего не скажешь,- предположила я.
– Нет,- она замотала головой,- мы сегодня утром хотели вместе позавтракать в кофейне. Договорились встретиться там. Но он не пришел. А когда я пришла к нему в комнату, наговорил мне это все… так спокойно говорил,- и ее истерика пошла на новый виток.
Я осторожно обняла ее, а она уткнулась мне в плечо, продолжая рыдать. Я же искренне не понимала, что могло произойти. Ральф был влюблен в Кэйлу, в этом даже сомневаться не приходилось. Достаточно было посмотреть, как горят его глаза, когда он на нее смотрит. И то, что я сейчас услышала, никак не желало укладываться в голове.
Ральф очень милый парень. Открытый, улыбчивый. Солнечный. Глядя на его рыжую шевелюру, другого сравнения и не приходит. Мне сложно представить, чтобы он сказал все это Кэйле. Даже если действительно так думал, в чем я сильно сомневалась. Я, конечно, плохо знала Ральфа, но мне казалось, что он бы никогда так не поступил. Это было ему… несвойтвенно. Нехорошие подозрения закрались в мою голову, и я решила спросить.
– Кэйла,- осторожно начала я,- а раньше случалось что-то подобное?
– Нет,- она отстранилась, все еще продолжая всхлипывать,- Ральф добрый и милый, а сегодня словно подменили.
Я смотрела на нее и думала. Нет, озвучивать свои подозрения не собиралась, но слишком уж странная картина получается. По всему выходит, это уже третий случай в академии, когда человек ведет себя не так, как должен. Или четвертый? Тот выброс магии в библиотеке можно ли отнести сюда? Конечно, ничего глобального не произошло, ни взрыва, ни разрушений, ни попытки убийства или самоубийства, но ведь один конкретный человек сейчас сильно страдает. А что, интересно, Ральф? Как он себя чувствует?
У меня даже появилась мысль поговорить с ним, но я отмахнулась от нее. Мои расспросы будут выглядеть подозрительно. Если в академии действительно что-то происходит, за Ральфом должны наблюдать. Да, и не мое это дело. Кэйлу, конечно, жаль, но у меня своих проблем хватает, чтобы лезть еще куда-то.
Другой вопрос, должна ли я сообщить о своих догадках кому-то из преподавателей? А если я расскажу это тому, кто в этом участвует? Ох, что-то меня понесло. В самом деле, что это я? Да, это все странно, но заговор в стенах академии? Против кого? Студентов? Бред. Хотя за Ральфом все же стоит понаблюдать, вдруг замечу что-то.
Мои размышления прервал звук открывшейся двери. В комнату ворвались подруги Кэйлы – Элинор и Меган.
– Мы только что приехали,- начала Меган,- Дерек нам все рассказал.
Только что успокоившаяся Кэйла снова начала плакать. Я уступила Меган место. Присев на кровать, она обняла ее и начала гладить по спине.
Дерек, да. Эта пятерка друзей вообще была крайне странная. Они все были слишком разные и даже учились на разных факультетах. Элинор и Меган были со стихийного и, если Элинор явно недолюбливала меня, то Меган вообще никак не реагировала, словно не замечала вовсе. Кэйла была зельеваром, Ральф – лекарем и, пожалуй, эти двое были самыми приятными людьми в их компании. А Дерек О’Кэйси с боевого был словно сам по себе, молчаливый, неразговорчивый. Мы пересекались несколько раз, и он всегда ограничивался лишь скупым кивком, а говорил только тогда, когда к нему обращались.
Но, тем не менее, эти пятеро действительно дружили. Вместе выбирались в город, вместе проводили вечера, вместе собирались за столом в столовой.
Я в их компанию, понятное дело, не влилась, но, в общем-то, не особо и стремилась. С Кэйлой общалась, потому что мы жили в одной комнате и, хоть она была приятна и легка в общении, подругами мы все же не были.
Подруги сейчас успокаивали ее. Меган продолжала гладить по спине и шептать что-то на ухо. Элинор была мрачнее тучи. Она смотрела на страдающую Кэйлу, и словно боролась сама с собой.