Чтение онлайн

Ната ненавидела косвенные "ах, вот если бы не он, то я бы уж...". Дед после таких вот оправданий всегда брезгливо поджимал губы и, в лучшем случае, молча увольнял. И маленькая Ната именно это запомнила и переняла для себя. Но в данный момент, касающийся ее жизни и ее Артема, все доводы и прежние правила казались далекими и глупыми. И она винила - сидя в осточертевшем городе, неспособная ничего сделать, а только ждать - она винила. Олега винила, Абель чертову, Сафронова, Артема иногда, но винила. И как бы она ни уважала дядю Олега, сейчас видеть и уж тем более, сочувствовать и помогать ему Ната не собиралась.

– Ты видела, как мы общаемся. Только на людях он старается вести себя прилично, а так...

– Видела. Видела, что вы только о работе с ним и говорили, - к его чести, Олег смутился.
– Даже я, прожив с ним не так уж долго, знаю его лучше, чем вы - родной отец, - она не сдержалась и гневно тыкнула в Олега пальцем.

– Сравнила, Наташ.

– Что "сравнила"? Вы что, другой темы для разговора с ним найти не могли? Со мной могли, а с ним нет? Знаете, что я вам скажу? Вы за тридцать лет так и не удосужились познакомиться со своим сыном. Со мной - чужой для вас, вы познакомились, а с сыном - нет. Вот в чем проблема. И здесь я не могу помочь.

В ней столько всего клокотало - и слова невысказанные, и эмоции бурлящие, что Наташа поспешила из-за стола встать и побыстрее выйти из ресторана, чтобы не сорваться и еще чего-нибудь не сказать. И пока шла, спиной ощущала изучающий взгляд Олега, который в ней ничего не вызывал. Вот ничего и все тут. Пусть думает над ее словами, а то как два барана, в самом деле. Свое дело она сделала - но крайней в их отношениях становиться не собирается. Правда, подобные мысли мало помогали успокоиться и унять дрожь во всем теле.

Казалось бы, хуже быть не может. Когда кажется - креститься надо. Хуже быть может. Наташа могла бы кровью подписаться под этими словами, глядя на то, как ее дорогая мама стоит на пороге ее квартиры и приветливо улыбается, не забывая рассматривать нехитрое жилье и саму Нату в частности.

– Мама?
– а в голосе столько эмоций, но радость все равно не на первом месте оказалась. Шок был сильнее.

Мама, конечно, отсутствие счастья заметила, но комментировать не стала, лишь изящную светлую бровь вздернула и взглядом на ее лице задержалась. Но тут же прекратила строить из себя почтенную матрону, и широко улыбнулась, раскрыв объятия и обняв Наташу так сильно, что воздуха не хватать стало.

– Дожили. Это мы теперь так родную мать встречаем, да?
– Наташа позволила себе прижаться крепко-крепко и снова стать маленькой беззаботной девочкой.
– Я такого приема не ждала.

– Мам, господи, - Ната отстранилась и с сияющей улыбкой рассматривала маму, выхватывая взглядом все те же голубые глаза с нежным и мягким взглядом, длинные светлые волосы, уложенные в элегантную и модную прическу. И с удовольствием вдыхала особый, присущий только маме аромат - смесь ванильных духов и чего-то еще, теплого, домашнего и родного.
– Даже не верится, что это ты приехала.

– На порог хоть пусти, Наталь, - Куцова посторонилась, пропуская женщину вглубь коридора и закрывая за ней дверь.

– Я тебя ни от чего не отвлекла?
– она с любопытством извернулась, стараясь посмотреть, что происходит в комнате, откуда доносился мерное бормотание работающего телевизора.

– Нашла, что спросить, - не сдержавшись, фыркнула Наташа. До сих пор она поверить не могла, что мама, ее мама к ней приехала. И глаз от нее отвести не могла, постоянно улыбаясь, как идиотка.
– Не отвлекла, конечно. Что не раздеваешься?

Они еще долго обнимались, рассказывали друг другу о чем-то, на первый взгляд, глупом, несерьезном, но казавшимся на данный момент таким важным. Говорила, в основном, Наташа, перескакивая с одной мысли на другую, а ее мама просто слушала, не перебивая и пристально, тепло разглядывая. Изучала каждую черточку ее лица, отмечая новую мимику, которой не было пять лет назад (а многого, к счастью или сожалению, Ната у Артема нахваталась), рассматривала лицо дочери, мало изменившееся за прошедшие годы, но все-таки не заметить четко очерченные скулы и кошачий, чувственный взгляд синих глаз было невозможно. Изменилась девочка, потеряла ту немногую детскую мягкость, которая была у нее когда-то - сейчас Наташа выглядела как женщина. Молодая, искушенная, но все-таки женщина, а не девочка-подросток.

Куцова же маминых взглядом практически не ощущала - не до того. Как же она по ней соскучилась. До сих пор не верила в то, что та здесь сидит - руку протяни и дотронешься. Что Наташа и делала, то слегка рукой задевая плечо, то касаясь красивой прически. И говорила, говорила, говорила...

– Ты сегодня на работу-то идешь?
– когда Ната решила немного передохнуть и глотнуть кофе, чтобы горло смочить, мама выразительно поглядела на стоящие на столе часы, а потом на нее.

– Бли-и-и-н, - Ната рывком подорвалась со стула и побежала звонить боссу. На работу она все равно уже не успеет, а Михаил...не зверь же он.
– Сейчас, мам, погоди.

И пока Наташа оправдывалась перед Михаилом, мама прошла в зал, с интересом рассматривая комнату, которую еще не успела увидеть. Судя по залегшей между бровями морщинке и недовольно поджатым губам, увиденное ей, мягко говоря, не понравилось.

Шеф, на удивление, оказался покладистым, даже чересчур. Ничего не сказал, не подковырнул даже, только угукнул и сразу трубку повесил. Наташа в причинах подобного поведения даже желания разбираться не имела. У нее другие дела имелись.

С мамой они до самого Наташиного дня рождения не расставались. Манченко куда-то улетел, по делам каким-то, Куцова не стала выпытывать подробности, поэтому мама немного смогла погостить. Куда только Ната ее не водила - и в кафе в свои любимые, и в кино. И по музеям прошлись - весь город исследовали, казалось. Ну и магазины, чего греха таить, стороной не обошли. Мама ее шопинг любила, да и сама Наташа это дело обожала.

Конечно, в первый день они только и делали, что говорили и говорили. Зато потом, чуток пообвыкнув и дождавшись, когда первоначальный восторг пойдет на убыль, мама перешла к решительным действиям. Конечно, ее не устраивало то, что дочь живет в таких "жутких условиях". Причем сама Наташа не считала свои условия - "жуткими". Но спорить категорически бесполезно.

– Ну а чем тебе та квартира не понравилась? Красивая же. И уютная. Одна гостиная чего стоит, - продолжала уговаривать и увещевать мама, переключая радиостанции в автомобиле.
– Дочь, что молчишь?

– Не отвлекай меня, а?
– чуть раздраженней, чем нужно было, произнесла Наташа, сильно сжимая руль.
– Я же за рулем!

– Одно другому не мешает!
– резонно осадила она. Сдаваться женщина явно не собиралась и решила взять просто-напросто измором.
– Я понять не могу - чего ты упрямишься? Ты никогда альтруизмом у меня не страдала. Аскетом не была. В чем причина? Лёна твоя давно уже в нормальный дом переехала - ты сама сказала.