Чтение онлайн

— Миссис Морнингтон говорила, что вы были категорически против консультации. Рад, что ваша позиция изменилась.

Какое-то время она молча разглядывала его.

— Я просто трачу ваше время, — почти резко ответила девушка. — Вам не удастся сделать больше других. Я пришла, чтобы не обижать миссис Морнингтон. — Оливия прикусила губу и вспыхнула, внезапно устыдившись своего поведения. — Простите. Но вы должны знать, что сказал профессор Шварц. Я отказалась быть для него…

— Подопытным кроликом, — подхватил Гиффорд. — Уверяю вас, у меня и в мыслях нет ничего подобного. Я просто хочу убедиться, не осталось ли какой-нибудь возможности помочь вам. Можете назвать это профессиональным интересом или, если угодно, моей причудой.

Краска сошла с лица Оливии. Она опустила глаза, нервно сплетя пальцы. Понимая, что выбрала весьма странную манеру для начала беседы, она призвала на помощь остатки своего когда-то блестящего чувства юмора и выдавила жалкое подобие улыбки:

— Конечно, вы думаете, что я невозможная дура!

— Совсем нет.

— Не надо вежливых фраз. Я хорошо понимаю, что веду себя неприлично.

Виноватая интонация вернула мягкость ее обычно милому голоску. На мгновение их взгляды встретились. Доктор увидел в ее глазах слезы.

— Я… я не сомневаюсь в ваших способностях.

— Мои способности здесь ни при чем, — нетерпеливо откликнулся доктор. — Лучше сосредоточимся на моем профессиональном интересе. Я хочу подробно узнать, что с вами было. Чтобы не тратить, как вы выразились, мое время, не могли бы вы ответить на несколько вопросов?

— Да, разумеется.

К своему удивлению, через четверть часа она обнаружила, что доктор из ее кратких ответов сумел составить себе полную картину всего, что произошло с ней с самого момента автомобильной аварии; казалось, что он угадывает даже то, о чем она не говорила. После этого с не меньшим удивлением она обнаружила себя уже на столе в смотровом кабинете, куда ее ловко водрузили уверенные руки медсестры.

— Поздравляю вас, мисс Элейн, — говорила медсестра, дожидаясь доктора. — Если вы любите играть, я готова поставить два к одному за то, что в один прекрасный день вы будете как новенькая.

Оливия, не веря, грустно покачала головой.

— Послушайте меня, дорогая, — продолжала та. — Вам надо только положиться на него, и вы никогда об этом не пожалеете. Я лично ни на секунду в этом не сомневаюсь, поверьте моему опыту!

Было совершенно ясно, что Мэри Саммерс верила в то, что говорила. «Если бы она оказалась права!» — вздохнула про себя Оливия. Но к чему обольщать себя надеждой, если она все равно рухнет или в крайнем случае даст возможность пройти еще несколько шагов по дороге в никуда.

Если не удастся вернуться на сцену — все остальное не имеет никакого значения.

Оливия не догадывалась, что доктор мысленно аплодировал ее мужеству, с которым она стоически перенесла воистину жестокое обследование. Даже на близком расстоянии по его бесстрастному лицу этого было не увидеть. Безжалостная проверка закончилась. Медсестра помогла ей одеться. Обе молчали, хотя теперь у Оливии появилось сильное желание порасспросить подробнее эту симпатичную женщину. Только открывая дверь кабинета, медсестра проговорила кратко:

— Надеюсь, вы примете все предложения доктора Хардинга. Поверьте, вам не придется жалеть об этом, а главное — у вас нет никаких причин говорить «нет»!

Мудрый совет? Оливия размышляла об этом, следуя за медсестрой с каким-то необычным чувством независимости. Впрочем, многое в этом визите оказалось необычным, и у нее еще будет время поразмыслить над всем этим. А пока что Оливия вернулась в кабинет доктора. Он сидел за своим столом, отделанным красной кожей.

— Итак, мисс Элейн, — заговорил Гиффорд, — оснований для еще одной операции я не нахожу. Суставы работают плохо, но…

Оливия, оглушенная мыслью о том, что она была права, отключилась. В сознании вспыхнуло: «Ничего нельзя сделать!»

— Вы меня не слушаете? Я говорю, вам требуется только весьма интенсивная терапия. Мы используем этот новый прибор, который я привез из Америки, и проведем курс уколов в сочетании с таблетками. Боюсь, это будет нелегко и вы порой будете проклинать тот день, когда встретились со мной. Но если вам удастся выдержать…

— Какой в этом смысл? — перебила она его. — Если я не смогу танцевать…

— Пожалуйста, дайте мне договорить, — нетерпеливым жестом остановил ее Гиффорд. — Я не собираюсь упрашивать вас соглашаться на лечение. Я просто хочу напомнить вам известную пословицу: «И Рим не сразу строился!» Иными словами, если вы призовете на помощь все свое терпение и будете сотрудничать — мы вместе добьемся успеха.

— Я уже говорила вам — я ничего не смогу, если не буду знать, что в результате буду способна танцевать.

— Видит Бог, именно это я и пытаюсь втолковать вам! — как можно мягче произнес Гиффорд.

— Я понимаю, и все-таки не имеет смысла…

— В том-то и дело, что имеет! — возразил он. — Как еще доходчивее объяснить вам, что если вы согласитесь безоговорочно положиться на меня, то я гарантирую в течение шести месяцев поставить вас на ноги, а если быть совсем точным — на пуанты.

Она широко распахнула глаза; миловидное лицо словно осветилось золотистым светом.

— Вы хотите сказать, что я… — горло от волнения перехватило, — я снова смогу танцевать?

— Я готов поклясться моей профессиональной честью!

— О-о… — Свет в ее глазах потух, и она запальчиво воскликнула: — Вы… Вы меня не обманываете?!

— Мисс Элейн, побойтесь Бога, зачем?

— Но сэр Джеймс… И специалист из Вены…

Они сказали…

— Так, — повысил голос Гиффорд. — Забудьте о них. Подумайте лучше о том дне, когда вы сможете отбросить прочь вашу палку и вернуться… Возможно, почти туда, откуда вы начинали, но имея возможность начать заново. Но честно предупреждаю: это будет очень нелегко.