Чтение онлайн

– Ты не права. Я еще тот ревнивый ублюдок, Соня. Я могу сейчас обмануть тебя и себя, сказав, что я подставил к тебе парней, чтобы они следили за твоей безопасности, но на самом деле их главной задачей было-не дать не одному сучонку с хером к тебе приблизиться.

– Степа, - произнесла она имя одного её охранников.

– Да. И еще Иван. Я молчу уже о том, что внезапная практика в компании-моих рук дело.

Соня покачала головой, но не убрала ладонь с моего лица, давая мне понять, что я всё еще не последний козел на планете.

– Ты любишь меня?

Её неожиданный вопрос заставил меня врасплох. Я никогда и никого не любил. Ни мать, ни отца, даже с бывшей женой у нас не было никакой связи кроме секса. Я не ревновал её так, как Соню, я не желал её видеть каждую чёртову секунду, я не хотел от неё детей. С этой девочкой всё по-другому. Я готов сдохнуть ради неё, я готов был отдать всё, весь город, чтобы не потерять её.

– Я люблю тебя больше всего на этом гребанном свете.

У меня был ненормированный рабочий день, и вот, мне выдался единственный выходной за две чертовые недели дерьма, который я хотел провести с женой в кровати. Но утро уже началось не с ласок, а детских криков, которые доносились из-за двери. Я уже сотню раз пожалел, что сделал комнаты детей рядом с нашей. С одной стороны, это являлось безопасно, так как в случае нападения, мне бы не пришлось бегать по дому и собирать этих мелких чертей, но с другой стороны, чем старше они становились, тем громче были их голоса.

Я открыл глаза, и заметил, что Сони не было рядом. Скорее всего она уже давно встала, и собирала Аню в детский сад. Натянув на себя халат, я поуспокоил нервы, умывший ледяной водой.

Когда я вышел в коридор, крики стали тише, но лишь из-за того, что их источники переместились на первый этаж. Двойняшкам только недавно стукнуло одиннадцать лет, но геморроя от них было больше, чем от парней в группировке. Вторым хоть можно врезать, а на своих сосунков рука не поднимается.

– Он первый вошёл на мою территорию комнаты и разлил воду.

Фил стоял возле Сони, которая собирала портфель Ани, и что-то доказывал, тыча пальцем на брата. Его брови сошлись на переносице, а ноздри вздымались от частого дыхания.

– Мам, это был не я, - закатив глаза, произнес Стас, что сидел за столом, пив чай.

– Кто, если не ты?

– Мне от куда знать? Может ты обоссался ночью.

Зеленые глаза Фила засверкали злобой, и он двинулся на брата. Я сделал шаг в столовую, но сыновья не заметили моего прибытия.

– Папа проснулся, - радостно воскликнула Аня, махая ложкой в разные стороны.

Соня отвлеклась от своего занятия и улыбнулась мне. Я кивнул ей, а затем вернул строгий взгляд на мальчиков, которые уже поняли свой промах.

– Вы разбудили меня, - приблизился я к ним.

– Прости, отец, - первым выдавил Филипп, бросив испепеляющий взгляд на брата, - Стас разлил воду на мою кровать. Мой матрас несколько дней будет сохнуть.

– Я этого не делал, - прорычал второй.

Такие стычки между сыновьями происходили каждый день и это раздражало меня до бешенства. Хотелось прикончить их, но Соня всегда умело их разруливала. Мальчишки слушались её. Скорее всего из-за страха расстроить её. Каждый знал в этом доме, что всем будет плохо, если прольётся хоть одна слезинка моей жены.

– А кто еще это мог сделать?

– Это была я! – радостно воскликнула Аня.

Соня ахнула, нахмурилась, а потом улыбнулась, глядя на меня. Еще одна малышка в этом доме, за которую я порву любого.

– Зачем ты это сделала, принцесса? – подошла Соня к дочери, поглаживая по голове.

– Они не дали мне поиграть в видеоигры.

– Почему тогда страдаю только я? – обиженно выпалил Фил.

Стас усмехнулся, откусив от печенья кусок. Они с братом родились в один день с разницей в несколько минут, но по характеру нельзя было сказать, что они двойняшки. Стас был более спокойным, а Фил практически никогда не сдерживал свои эмоции. Младший унаследовал от меня вспыльчивость, а старший хладнокровие. Их комбо опасно и приносит мне большие проблемы.

– Не только ты, - покачала головой дочь, - футболка Стаса тоже пострадала.

Сын вскочил со своего стула, и если бы я не подловил, то мебель с громким грохотом упала на пол.

– Только не с автографом Тихомирова, - умоляюще простонал Стас.

Недавно мы с сыновьями ездили на футбол. Старший является фанатом капитана одной из команд страны. Он был на восьмом небе от счастья, когда его кумир дал фотограф.

– Это случайно не белая с каким-то странным рисунком в виде козявки?

Для своих пяти лет, Аня является очень коварной девочкой. Скорее всего она унаследовала характер от своей бабушки по маминой линии, так как в Соне не было ни капли змеиной сущности.

– Аня, - с болью в голосе протянул Стас и кинулся на вверх.

Тяжёлое дыхание Фила доносилось до моих ушей, но я не видел его лица, так как он смотрел на Аню. Я похлопал его по плечу, успокаивая. Они с братом могли и врезать друг другу по морде, но сестра для них была неприкасаемой. Возможно из-за того, что мы с Соней многое ей позволяем, она вьёт из всех нас ниточки. Я уже давно стал сомневаться, что являюсь главой семьи.

Приблизившись к жене, я обнял её за талию и положил ладонь на округлившиеся животик. Она, как и я была в халате, и я предполагал, что под ним ничего нету. В предвкушении от событий, которые произойдут после ухода детей, мой член дернулся. Я поцеловал плечо Сони, а затем её скулу, наслаждаясь женским запахом своей девочки.

Мы отошли от стола в угол столовой, где находился бар. Открыв себе бутылку вина, я налил себе вино в бокал, поймав осуждающий взгляд жены.

– У меня сегодня выходной.

Соня лишь покачала головой. Я сделал глоток, краем глаза наблюдая, как в комнату вернулся Стас, держа в руках разрисованную красками футболку.

– Руслан, мальчикам нужны отдельные комнаты.

– Тогда они будут жить в другом конце дома, и мы не сможем наблюдать за ними, чтобы они друг друга не поубивали.

– Не преувеличивай, - положила она свою ладонь мне на грудь.

Я сделал еще один глоток, смотря на сыновей. Сначала учебы в школе, я начал вовлекать их и в жестокий мир. Соня не знала, но наши мальчики уже способны выстрелить из пистолета. Я убежден, что они могут за себя постоять, но страх того, что они могут эти знания применить против друг друга меня пугало. Я не хотел их выпускать из виду, пока их малолетние мозги не станут на места.