Мама, я демона люблю!
Шрифт:
– Тебе вон служанка тоже ворох тряпья принесла, а ты и не взглянула.
Вообще-то, взглянула. Собственно, именно после этого беглого взгляда выглаженный наряд и превратился в груду тряпья. Вкус у Агаты весьма экстравагантный. Скорее всего, сама в подобном платье она чувствовала себя прекрасно. Но я надеть что-то, в равной степени прикрывающее одни участки тела и открывающее другие, явно не готова. Не один, а целых два разреза, огромный вырез на спине в противовес закрытому под горло переду и тончайшая ткань, позволяющая разглядеть очертания… Ну, всего, полагаю. Именно по этой откровенной причине я всё ещё сидела в сорочке – куда более скромной, чем предложенное одеяние.
– Кири, я изнываю от голода! – напомнил о себе демон.
Он завалился на кровать и с любопытством крутил платье, пытаясь разобраться, где у него перед. Ну-ну, эта процедура заняла у меня добрую половину часа.
– Потерпишь. – Я в сотый раз провела расчёской по волосам. – Ты вечно голоден.
Сказала – и осознала наконец сама. Голоден. И правда. Поедая одну за другой золотистые лепёшки, что матушка готовила к завтраку, закидывая последний пластик колбасы в рот – голоден всегда. И, вовлекая меня в безумный горячий танец, полный злости и негодования, обжигающий, плавящий кожу, он лишь пытался насытиться, брал, а не делился. Надкусывал меня, как бутерброд перед основной трапезой. А я-то, дура… На деревянной ручке расчёски отчётливо проступил обугленный след от пятерни.
– Тебе ни до чего нет дела. Лишь бы нажраться, – шевельнуло губами моё отражение.
– Нажраться? – Демон свесил ноги с кровати и на мгновение тяжело опустил голову. Лишь на мгновение, чтобы вскочить и снова одарить меня снисходительной улыбкой. – Ты права, рыжуля, я действительно думаю только об этом. Ты бывала в Подземье? Может, видела хоть раз того, кому довелось спуститься к Завесе? О нет, конечно, нет! Ты понятия не имеешь, что происходит там, внизу. Не знаешь, не можешь представить, как темнота выгрызает из тебя всё, чем ты дорожишь, как опустошает, словно графин с вином, как выпивает, превращая в засохшую сливу. Да, да! Я всегда голоден, представь себе. Мне нужно хоть что-то, хоть кто-то, живой, способный чувствовать, настоящий! Кири, ты представить не можешь, как я скучал по вашему миру! По воздуху, по вину, по женщинам!
Он подошёл, заставив вжаться в трюмо бёдрами, отклониться, опираясь на него руками. Сдавил пальцами мой подбородок, повертел лицо из стороны в сторону, рассматривая. Я думала – укусит. Вопьётся острыми зубами, сожрёт, выпьет до капли, чтобы снова, хоть ненадолго, почувствовать себя живым. Но он отпустил. Медленно вернулся в кровати и бросил в меня приготовленным платьем. Закончил:
– Я не намерен терять время, пока нахожусь здесь. И сделаю всё, чтобы избегать Подземья как можно дольше. Поэтому надевай эту грёбаную тряпку и пошли в гостиную, пока я не набросился на тебя вместо… ужина.
Я не решилась ослушаться. Не решилась потребовать, чтобы Рок вышел или перестал так оценивающе и жутко смотреть. Под его испытующим жадным взглядом спустила сначала одну бретельку сорочки, потом другую… Я очень надеялась, что выгляжу гордой и уверенной. Нет, конечно, нет. Дрожащая и напуганная.
Благо он всё-таки отвернулся.
– Ну вот, совсем другое дело! – Будто и не было пугающей откровенности. Он по-хозяйски заставил повертеться, оценивая наряд, и довольно цокнул языком: – А Агата знает, как понравиться мужчине.
Я стиснула зубы: Агата. О ком же ещё ему думать, когда в шаге стоит совсем другая полуголая женщина. Ничего, в эту игру можно играть вдвоём.
Оставила волосы распущенными. Ведьма я или как? До лёгкой, похожей на невесомое облачко копны блондинистых кудряшек Агаты мне далеко, но тоже не замарашка. Густые рыжие волны расплавленным металлом стекали по плечам, и я почти чувствовала, как взгляд демона путается в прядях, повторяя каждое их движение.
– Не слишком откровенно? – я отклячила ягодицы, чтобы точно стало слишком.
Рок хмыкнул и уверенно заявил:
– То, что нужно.
Попытка элегантно выставить ножку в разрез с треском провалилась: проклятая ткань обвила колено, так что от падения спасла только приоткрытая дверь, по которой я с позором и сползла на пол. Да, туфельки, предложенные хозяйкой дома на замену моим, прекрасны, но не приспособлены для ходьбы.
– Могу отнести тебя.
Не сквози в его ухмылке столько яда, я бы согласилась.
– Сама справлюсь, – вскочила и тут же снова закачалась на каблуках.
Демон сунул ладони мне под нос и капризно заявил:
– Эти руки предназначены для куда более приятных вещей. С тебя причитается, кири. – И с этими словами… нет, не поднял меня на руки, как герой романа в розовой обложке, а перекинул через плечо. Оказалось ничуть не более удобно, чем в тот раз, когда мы убегали из обители Лунной жрицы. С той только разницей, что теперь я не визжала, а вполголоса ругалась.
Чудом не сосчитав затылком все углы по пути в столовую, я оказалась водружённой на стул справа от демона. Напротив устроилась Агата, подперев подбородок сцепленными пальцами.
– М-м-м, а вы становитесь всё более интересным мужчиной, – протянула она, подпихивая к демону бутылку тёмного стекла. – Не будете ли так любезны открыть вино. Я всего лишь хрупкая женщина, а пробка сидит та-а-ак туго…
Я недоумённо уставилась на уже открытую бутылку и недопитый глоток алого в бокале Агаты. Спохватившись, она быстренько осушила сосуд, сунула валяющуюся рядом пробку обратно в горлышко и для верности прихлопнула ладонью.
– Она же открыта, – пролепетала я.
– Нет, не открыта! – в унисон возразили демон и блондинка.
– О, вы такой сильный! – восхитилась наша хозяйка и наклонилась над столом, одновременно подставляя посуду под напиток и демонстрируя чуть менее откровенное, но куда более интригующее, чем прежде, декольте.
– Я ещё и вышивать умею! – промурлыкал в ответ Рок.
Пришлось ущипнуть демона дважды, чтобы он одарил обаянием подопечную.
– Передай закуску, пожалуйста. – Ресницы трепетали так активно, что я рисковала сдуть ими суп из тарелки, но всё равно старалась как могла.
– Ага. – Демон сунул мне под нос солонку и, перебирая по столу двумя пальцами, добрался до как бы невзначай придвинутой поближе руки этой су… Агаты.
– У вас прекрасный дом. – Я пнула его по щиколотке. – Очень жаль, что мы не сможем задержаться. Вы не могли бы одолжить нам экипаж или лошадь буквально до завтрашнего утра? Мы очень торопимся. Верно, Рок?
– Не-а, вообще нет, – с готовностью кивнул демон.
– Какая очаровательная искренность! – Тонкий пальчик скользнул в миску с салатом, Агата протяжно облизала его и заключила: – Так бы и съела!
– Так бы и подавилась, – тихонько вставила я.
– Что, милая?
– Нет-нет, ничего. Я лишь удивляюсь, что в городе никто не слышал о такой… заметной женщине, как вы. Из какого, говорите, вы рода?