Чтение онлайн

Свет вспыхнул резко, когда в кабинет вошел седовласый мужчина.

— Тайлинг? — он явно не ждал гостей в час охоты. — Что случилось? — окинул его напряженным взглядом. Мне достался лишь мимолетный.

Тай будто бы только сейчас осознал в каком он виде. Оглядел себя, словно только пришел в себя. Хмыкнул и чему-то улыбнулся. "Ну хоть кому-то весело"- мысленно буркнула я. Тай тряхнул головой, выпрямился и ровным, ничего не значащим тоном проговорил.

— Мне нужна твоя помощь. Профессиональная. Вот, — качнул головой в мою сторону, даже не взглянув, — твой клиент. — Что конкретно ищем? — счастья от свалившейся работы мужик не испытывал. И я была с ним солидарна. — Все, что покажется подозрительным. Связи с местными. — Почему я? — мужчина напрягся и нахмурился, — у тебя целый отдел, займи кого-нибудь из низшего звена. С этим они справятся. — Сам я, — Тай развел руками, — не могу, понимаешь же, доверить низшему не хочу из личных причин, не хочу, чтобы слухи поползли, к тому же, — Тай замолчал, будто раздумывал, что стоит говорить, седовласый ждал, я искала пути побега. Безуспешно. — Наверняка слышал, что на судне был инцидент с менталистом среднего звена. — Так это из-за нее, это та, о которой ты говорил? — голос мужчины от удивления взлетел вверх на пару тонов. — Да. Так, что, дело деликатное. Довериться я могу только тебе. Что ищу, сам не знаю. Но есть моменты, которые меня заставляют подозревать неладное. — Сколько у нас времени, уровень воздействия, временной промежуток? — Давай так, вредить ей, — на меня был брошен короткий но злой взгляд, — не желательно. Смотрим в первую очередь последние 2 декады. С кем общалась, связывалась, день нападения у дома Нии, дальше найди воспоминания о пребывании у того торговца, день ее сдачи, и пару дней до, как минимум. Дальше, расскажешь мне, самое главное, покажешь. И по обстоятельствам. Я от шока открыла рот и попятилась, пока не столкнулась со столом. — Я не согласна, — с возмущение м выдохнула. Переводила ошеломленный взгляд с одного на другого. Ишь чего удумали, в голове моей копаться. Засранцы хитрожопые. Мои секреты никому не угрожали. И делиться ими я не имела никакого желания. — Будто тебя кто-то спрашивать будет, — прошипел Тай и его глаза залило чернотой. Мужик поморщился как от зубной боли. Его я понять могла и разделяла его чувства. Мне тоже все это не нравилось. Я отвернулась к окну. Интересно, если я разбегусь и рвану в окно, через сколько меня поймают? Почему-то казалось, что я и до окна не доберусь. Скрутят и на фарш пустят. Подумают, что раз решила бежать, значит, точно что-то скрываю. А я и скрываю, но никаких заговоров. Никаких связей. Я за себя боюсь! Домой хочу. И ничего страшного и угрожающего. Но кто их знает этих вирров, чего им в голову взбредет, когда узнают, что я из другого мира. — Шел бы ты отсюда, в порядок себя привел. Как закончим, позову, — выдохнул мужчина, красноречиво разглядывая Тая. Тот бросил на меня угрожающий взгляд, будто понимал, о чем я думаю, и вышел, напоследок крикнул: — Вернусь сразу после душа. Работе не помешаю.

Тай вышел из кабинета. Мужчина шумно выдохнул и прикрыл глаза. Я затаила дыхание. Авось, пролечу, как фанера над Парижем. Мужик-то явно не в восторге от затеи Тая, как и я. Едва не ляпнула "командир, может, договоримся", но вовремя прикусила язык. Вряд ли тут взятки в ходу от рабынь, да и предложить мне было нечего. Тушку мою и ту продали за три копейки. Горестно покачала головой и тихо застонала от разочарования и бессилия. Мужик тут же среагировал. Его лицо застыло, словно маска. Голубые глаза стали почти прозрачными. Морщины казались еще глубже. Померещилось, что передо мной не человек, а призрак, силуэт которого развеется от любого дуновения ветерка. И я бы, откровенно говоря, была бы сильно не против, если бы мне так подфартило. Но судьба в последнее время меня не баловала.

Мужик медленно подошел ко мне. Его движения были какими-то рваными. Будто бы он преодолевал сильнейшее сопротивление. Одним движением толкнул меня в кресло. Я мешком рухнула и смогла лишь что-то возмущенно, но невразумительно промычать. Страх перед безумного вида старикашкой сковал и даже дышать полноценно не давал. Он склонился надо мной и вгляделся в глаза. Я замерла, как кролик перед удавом. Мужчина долго вглядывался в мои глаза. Хмурился, бесшумно шевелил губами и напоминал сумасшедшего маньяка. Резко выпрямился, выдохнул, как перед прыжком в воду и схватил меня за голову. Мой вскрик потонул в нарастающем гуле. В темноту я провалилась почти в ту же секунду. Перед глазами проносились с бешенной скоростью картинки недавнего прошлого. Вот река между нависающими скалами. Вот я отчетливо называю Тая вампиром, кажется, голову сдавили сильнее, будто хотели не видеть воспоминания, а мозги из черепной коробки выдавить. Вот дом, разговоры с домашними, нападение водителя, посещение Нии, переправа на остров, дни у Белого Эла похожие один на другой. Момент моего феерического пробуждения после приема яда… И я мысленно зажмурилась, будто это могло помочь скрыть от этого мозгоковырялкина хоть что-то… Но вдруг темнота. Абсолютная. Заполнившая все и затягивающая все глубже и глубже. К горлу подкатывает тошнота. Ощущение падения. И мы в пещере. Холодно. Темно. Влажно. Запах грязи, земли и плесени. Запах крови и жуткая жажда. А где-то капает вода. И я ощущаю себя совсем маленькой и беззащитной. Хочу к маме. Мне холодно. И очень страшно. Свет ударил по глазам так внезапно, что я зажмурилась. Вжалась в кресло и попыталась обхватить себя руками, чтобы согреться. Дрожь била все тело. Голова гудела. Пульсирующая боль причиняла немыслимые мучения. Подтянула колени к голове, забравшись на кресло с ногами. Зажала голову между коленей и обхватила руками. Я даже не пыталась понять, где я, что произошло, и что делать дальше. Нужно было время, чтобы прийти в себя. Рядом кто-то что-то шипел, кто-то что-то хрипел, но я вообще была на грани обморока. И в этот обморок я и боялась упасть и снова оказаться в той пещере, которая всегда навевала ужас, и хотела уйти в беспамятства, в надежде, что это принесет облегчение. — Что произошло? — громыхнул голос Тая. Он вытряхнул меня из кресла. Схватил за плечи, попытался найти ответ в моем лице. А я. А надоели все. Крутят, вертят, нападают, раздевают, пытают, что хотят, то и делают. И я сдерживаться больше не в силах. Взяла и разрыдалась. От души. Выплескивая все страхи, всю боль от избиений всякими психами, от унижений, которые было не перечесть и от безвыходности ситуации. Рыдала, не стесняясь и не скрываясь. Не сопротивлялась его хватке. Просто выплескивала все, что накопилось. И выходило это все из меня со слезами, соплями, всхлипами и завываниями. А вот получите товарищи изверги женскую истерику, как хотите, так и справляйтесь.

Тай зарычал мне в лицо. Ничего это ему не дало, конечно. Какую истерику можно прекратить рыком? Правильно, никакую. Женскую истерику вообще остановить сложно. Она, как авто на льду на большой скорости — неизвестно, куда занесет в следующую секунду, но точно не остановится. Швырнул меня обратно в кресло. Грохнул ладонью по столу и заорал: — Нию ко мне. И дежурного лекаря. Метался по кабинету, чего-то шаманил над любителем ковыряться в чужой голове. Чего-то тихо спрашивал. Но я не понимала, тело сотрясала сильная дрожь. Я размазывала слезы по щекам, громко хлюпала носом и мысленно желала адские муки всем причастным к моим страданиям. Таю, например, искренне желала несварение и испражняться колючей проволокой. Неделю. Чтобы не одной мне было так плохо. Когда в кабинет ворвалась Ния. Над мужиком уже кружил какой-то лекарь. А я притихла. Голова пульсировала болью. Нос не дышал. Немного тошнило и хотелось спать. Я свернулась клубком на кресле и прикрыла глаза. — Что случилось? — спросила Ния и подошла ко мне. Она опустилась на корточки передо мной. Тронула за кисть. Я приоткрыла глаза и одним взглядом попыталась передать весь спектр обуревающих меня эмоций и страданий. — Я не знаю, — раздраженно проговорил Тай, — Дорс пытался посмотреть ее. У меня были вопросы и не было ответов. Вот результат. — Посмотреть? — воскликнула Ния, подскочила и обернулась так, что ее платье взлетело над полом. — Тайлинг, скажи мне, я мешаю тебе делать твою работу? — она ткнула пальцем в его грудь. — Нет. — Тогда попытайся объяснить мне, что ты делаешь с моей работой? Я что сказала? — она снова и снова ударяла пальцем в его грудь. — Девочка истощена. Она получила невероятный вред от яда, обезвожена, напугана, и все ее нити настолько тусклые, что невероятно, как она еще ходит и вообще в сознании. Я сказала, витамины, питание, отдых и восстановление, — повышала голос все сильнее, в конце сорвавшись на крик. — А что в итоге? Нападение. Ваша зверская охота. Теперь сразу после этого ты притащил ее сюда? Если ты решил убить ее, то ты на верном пути, но выбрал максимально жестокий способ сделать это. Ния, я почти в тебя влюбилась. Вот уж спасибо за заступничество. Хоть кто-то тут отнесся ко мне по-человечески. И это она еще не знала про полёт в кровавых объятиях. Хотела нажаловаться, но вовремя остановилась. Увидела окаменевшую морду Тая. Редко видимо ему такие отповеди устраивали. Не привык. Тон его тоже был вполне соответствующий. Вымораживал пространство: — У меня есть серьёзные причины сомневаться в истории Марго. Серьёзные причины подозревать ее в связях с отступниками. — Во мне причины сомневаться у тебя тоже есть? — в тон ему ответила Ния и уперла руки в бока. — Нет. — В таком случае, отложи свои вопросы, посади под наблюдение подозреваемую и дай ей восстановиться. Иначе она сдохнет прежде, чем ты получишь ответы. — Я тебя услышал. — Прекрасно, — всплеснула она руками, — а теперь я забираю девочку домой. Чтобы никакая хагрова душа не трогала девочки хотя бы до утра. Я буду ждать там. И с ней, — она махнула в мою сторону, — как с хрустальным цветком после дождя, в каких бы преступлениях ты ее не подозревал. Иначе, — она уже стояла у выхода из кабинета и обернулась, — я работать с тобой, как с частным клиентом, больше не буду.

Тайлинг Ториэс

Как только за Марго и Нией закрылась дверь, Тай повернулся к Дорсу. В крови молодого вирра бурлил гнев. Он шумно дышал и сжимал кулаки от бессильной злости. — Он в порядке? — обратился к дежурному лекарю. — Небольшое переутомление. Я дам укрепляющее и тонизирующее, но лучше будет отдохнуть, выспаться. — Ясно. Свободен. За настойками он зайдет позже. Лекарь ретировался мгновенно. Спорить с главой бюро безопасности было чревато. Все знали о взрывоопасности его натуры. — Что видел? — как только остался наедине с менталистом, произнёс Тай. — До завтра ты не собираешься ждать. Не жалеешь ты своих сотрудников, — вирр кряхтел, пытаясь принять вертикальное положение. — Если без шуток… — Мне не до веселья, — обрубил Тай. — Если ты не будешь перебивать и дашь мне немного времени сосредоточиться, я что-нибудь расскажу, — скривился Дорс не то от боли, не то от раздражения. Тишина звенела от напряжения. Когда менталист заговорил, голос его был скрипучим и уставшим. — Итак. По пунктам. Никаких связей на острове ни с кем не имела. Судя по тому, что видел и слышал, ничего не знает о виррах. Уж из какой глуши ты ее вытащил, даже представить сложно. На рынке ничего необычного, если не брать в расчет острый язык и явно хороший уровень образования. Речь у нее явно не деревенщины. — Я заметил. Как и повадки. — А дальше, — он нахмурился, — вот тут ничего сказать не могу, — развел руками. — Никаких воспоминаний до рынка. — Что это значит? Блок на воспоминания? Кто-то поработал над ней? — Не могу сказать. Если блок и был, то я его не ощутил. А я уж поверь, старался. Либо с ней поработал кто-то у кого больше сил и умений, чем у меня или у тебя. Что вряд ли. Либо это естественный провал в памяти, — он замолчал, но спустя пару секунд нарушил тишину, неуверенно протянув, — но я все же кое-что увидел странное. — Что? — Не уверен. Могу показать. Там слишком смазанная картинка. Больше ощущения. Странные. Будто это даже не воспоминания. Это, — он хмуро взглянул в глаза, — сон. — Сны редко можно увидеть при проверки воспоминаний. — Редко. Я такое видел только у Дейма, когда работал с ним. Помнишь, я говорил, что ему снится один и тот же сон. Кошмар. День убийства родителей. Но из-за того, что он повторяется, а детали в нем меняются или смазаны, вычленить где правда, а где сон — сложно.

— Показывай, — кивнул Тайлинг.

Нияра сидела в кабинете. Пар над ее кружкой медленно тянулся к потолку. По кабинету рассеялся запах трав. Так пахло от воинственно настроенной целительницы, казалось, ее кожа навсегда впитала эти запахи, так пахло и из ее чашки, которую она со звоном отставила, когда заметила его появление.

— Явился, подозрительный ты наш, — фыркнула она, сверкнула гневным взглядом, подскочила на ноги и метнулась из кабинета, не забыв громко хлопнуть дверью.

Тай поморщился. Он безумно устал, просто невыносимо. В бессильной ярости сжал кулаки и рухнул в свое кресло. Откинулся, прикрыл глаза, перед ним вновь и вновь вспыхивали картинки из воспоминаний Марго. Он злился на нее. За ее глупое упрямство и изворотливость. Был уверен, что ей каким-то образом удалось обвести вокруг пальца Дорса. Так же легко, как она лгала ему. Он знал это, чувствовал каждой клеткой своего тела. Но его сила подводила, раз за разом откликаясь, лишь подтверждала правдивость ее слов. Как и картинки, что смог наскрести в ее памяти Дорс. Р-р-р. По кабинету разнесся тихий рык. Он злился на себя. Злился от бессилия.

Дверь распахнулась, гулко ударившись о стену. Нияра прошагала к столу, грохнула об него высокий стакан.

— Пей, — приказала и просверлила негодующим взглядом вирра. — Девчонку угробишь и себя заодно. Идиот, — последнее прозвучало на грани слышимости, но вирр услышал, правда, никак не отреагировал. Нияра была для него почти семьей. Почти сестрой.

Нос щекотнул сладковатый металлический запах. Он взглянул на девушку, криво усмехнулся.

— Ты действительно думаешь, что я сегодня нуждаюсь в крови?

— Пей, — не отставала Нияра. Тай схватил стакан, опрокинул в себя, утер рот рукавом и оскалился в жуткой улыбке. — А теперь объясни мне, что происходит?

— Если бы я знал! — мужчина ударил кулаком по столу так, что какие-то бумаги белыми лепестками рассыпались по полу, что-то звякнуло.

— И все же, попытайся объяснить мне, за что ты так обходишься с девчонкой, которая едва восстанавливаться начала, как ты послал к хаграм все мои старания! — она говорила тихо, едва слышно роняла слова. И только тогда Тайлинг понял, что Ния в ярости из-за девчонки. И беспокоится. Наверное, все же за него.

Когда Тай закончил делиться с целительницей, в кабинете повисла вязкая тишина. Ния смотрела на свои сцепленные руки и о чем-то сосредоточенно думала.

— Знаешь, Тай, — протянула она, — попробуй с ней просто поговорить, — вскинула руку, когда он подался вперед, желая ей возразить, — поговорить, Тай. Не угрожать, не давить, не допрашивать. Поговорить. Помощь предложи. Договорись, уговори, убеди довериться. Она напугана. Истощена. Даже если она что-то скрывает, если ты прав, она ни за что тебе не откроется, пока видит в тебе чудовище, коим ты старательно в ее глазах становишься. Сблизиться с тобой она не пытается, в постель к тебе не лезет, соблазнить не пытается, ничего не просит… Она либо чего-то ждет, либо… Напугана. Боится кому-либо довериться. Просто представь, если ты ошибаешься, и девчонка в самом деле ничего не помнит. А опасаться ей есть чего. Отравление, покушение… Кому ей доверять? Тебе? — она покачала головой, — ты защитил ее от внешней угрозы, спас от обезумевшего Грейва, а теперь защити ее от себя. И может быть, она тебе доверится.

— Ты так говоришь, будто я и в самом деле чудовище, — скривился Тайлинг.

Ния поднялась. Пожала плечами.

— С тобой очень легко обмануться. Особенно, не зная тебя. Впечатление ты создаешь недружелюбное. Вечно хмурый, сам себе на уме, а с ней еще и чересчур жесткий. Незаслуженно, вполне возможно. Поспи, Тай. Считай, что это приказ целителя. Завтра тяжелый день, — она бросила на него грустный взгляд. Тай отвернулся. Он ненавидел этот день. Ненавидел сочувствие, которым его щедро одаривали, жалость, грусть и скорбь, которая накрывала особняк в это день. Не обходило это темное покрывало эмоций и работу. Поэтому, Тай как и всегда, запланировал сбежать с Сайтором на окраину города и напиться. Забыться в алкоголе, чтобы снова и снова не проживать тот кошмарный день. День, когда мамы не стало.