Чтение онлайн

– Наверное, это самое лучшее решение. Я встречу этих людей, когда они сойдут на берег, и передам им ваши извинения. Вы можете отсутствовать неделю или больше, а за это время я устрою их жилье в каком-нибудь другом месте. Вы можете рассчитывать на меня, кузен.

– Спасибо, - произнес губернатор.
– Я предоставляю вам полную свободу действий. Не стоит говорить, что все рассказанное мной должно остаться между нами.

Вслед за капитаном Мария и ее муж с трудом поднимались по неровному каменистому склону к форту. Неожиданно она почувствовала себя плохо от усталости. Она не могла понять, какие основания могли быть у губернатора для такого странного поведения. Почему он был так нарочито невежлив? Она вспомнила, как отец дю Тертр говорил ей, что Жак похож на медведя гризли раздражительный и неразговорчивый, никому не раскрывающий свою душу. Может быть, он не понял, что она здесь? Или думает, что она не вышла замуж за Сент-Андре? Потому что, без сомнения, он пришел бы встретить их на берегу хотя бы ради нее.

На центральном внутреннем дворе форта работали солдаты. Одни держали в руках кирки и мотыги, другие занимались пушками, тогда как остальные равнодушно и ловко возводили стену.

Хотя Мария запыхалась, она была полна решимости не показывать усталости. Сент-Андре тоже едва поспевал за капитаном, шпоры которого позвякивали по каменным плитам, а походка была намеренно чуть более быстрой, чем требовалось бы для удобства его спутников. Поднявшись по длинной крутой лестнице, они оказались в длинном коридоре. Перед ними было множество дверей, одну из которых и открыл капитан.

– Это ваша комната, - сказал он.
– Здесь есть стол, за которым вы, сударь, можете работать. Комната мадам де Сент-Андре рядом. Я сейчас же прикажу доставить ваш багаж. В вашем распоряжении будет караульный, в обязанности которого входит днем и ночью охранять ваши апартаменты.

Мария, стоя на пороге своей комнаты, воскликнула:

– И это все? А как же моя горничная?

Капитан сделал вид, что удивлен.

– У вас есть горничная? Мы не предусмотрели это, мадам. Здесь, на Мартинике, - добавил он с притворной скромностью, - у нас есть черные рабы, но они живут в отдельных хижинах. Боюсь, мы не сможем предоставить вам больше места. Нам придется поставить в вашу комнату еще одну кровать, мадам.

– Пожалуйста, как можно скорее, - холодно произнесла Мария.

Не пытаясь скрыть свои оскорбленные чувства, она перевела гневный взгляд с капитана на своего мужа и торопливо вошла в комнату, заперев за собой дверь.

Когда Сент-Обен ушел, Сент-Андре постучал к жене.

– Мария, - позвал он, - зачем же вот так запираться? Бояться совершенно нечего.

Он услышал, как она раздраженно ответила из глубины комнаты:

– Мужчины так утомительны! Кажется, вы просто не понимаете, что поведение губернатора невыносимо дерзко!

– Не кричи так. Тебя могут услышать!

– Я хочу, чтобы меня услышали. Кажется, вы готовы проглотить любое оскорбление, хотя Фуке сказал, что ваша власть ничуть не меньше власти губернатора. Почему вы не сделаете свое присутствие ощутимым?

– Мария, умоляю тебя, успокойся! Со временем все устроится. Мы ведь только что приехали. Не мог же я устроить скандал, едва ступив на берег. Пожалуйста, потерпи! Я знаю, как пресекать подобную наглость. Но всему свое время. Пожалуйста, разреши мне войти.

Она открыла дверь и впустила его.

– Ну, ну, - сказал он с отеческой улыбкой.
– Ты устала, и поэтому так нервничаешь.

– Мне не нравится, что надо мной издеваются!

– Мария, я прекрасно знаю, что мне надо делать. У меня есть официальные инструкции от господина Фуке. Я прямо сегодня отправлю донесение о господине дю Парке, губернаторе острова, с капитаном "Веры". Ты совершенно права! Он вел себя с нестерпимой наглостью, и я потребую его отзыва. И мое требование выполнят, положись на это!

При этих словах настроение Марии совершенно переменилось. Разве не проявила она изобретательность и хитрость с единственной целью попасть на Мартинику и снова встретиться с Жаком? Разве она не предотвратила его безотлагательный отзыв и не добилась для него отсрочки? Не могло быть никакого сомнения, что донесение де Сент-Андре сведет эту отсрочку на нет, и ее мечты рухнут. Ее ярость сменилась неудержимым желанием заплакать. Она почувствовала, что слезы наполняют ее глаза, и, несмотря на все усилия их сдержать, катятся по ее щекам.

– Мария!
– воскликнул муж.
– Ты в самом деле ужасно нервничаешь. Это был трудный переезд, а теперь ты оказалась в окружении недружелюбных людей. Обещаю тебе, что все, кто задел твои чувства, получат по заслугам. Прежде всего капитан Сент-Обен! Я пожалуюсь на него губернатору.

Мария несколько раз всхлипнула и язвительно заметила:

– Губернатору? Да, почему бы не пойти и не поискать губернатора? Найдите его и приведите сюда, чтобы я могла высказать ему все, что я о нем думаю. И тогда сами увидите, насколько все станет лучше!

Господин де Сент-Андре вздохнул. Он был встревожен, видя, как подавлена его молодая жена. Он никогда раньше не видел, чтобы она так расстраивалась в его присутствии. Его забота о ней проистекала прежде всего из физической страсти, но он к тому же испытывал что-то вроде отеческой привязанности, что делало его снисходительным к ее капризам. Но теперь он, по-видимому, был не в состоянии успокоить ее. Он повторил:

– Я собираюсь встретиться с губернатором. Отдохни, пока меня не будет. И если он откажется меня видеть, я ворвусь к нему силой. Попытайся потерпеть.

Мария не ответила. Она упала на кровать, рыдая, будто ее сердце разрывалось на части.

Ив Ле Форт уже около двух месяцев обхаживал молодую вдову, госпожу Жозефину Бабен, которая томилась и чахла в своей хижине на берегу реки Де-Пер.

Жозефина не оказала большого сопротивления дюжему кавалеру, который умел разговаривать с женщинами, любил похвастать своими любовными подвигами и мог доказать, что хвастается не впустую. Страсть, которую он разжег у вдовы, могла бы очень скоро перерасти в наваждение, если бы на полпути между фортом Сен-Пьер и хижиной Жозефины не было харчевни под названием "Монахиня, гусь и кузнец". Ив любил туда наведываться и, когда находил там хороших слушателей, не испытывал ни малейшего беспокойства из-за того, что заставлял Жозефину ждать. Иногда, просидев до самого рассвета за бутылкой рома и игрой в ландскнехт, он даже мог совсем забыть о ней.

Губернатор со своим управляющим, Лесперансом, отправился в Форт-Рояль, и у Ива оказалась масса свободного времени. Он в любой момент мог покинуть форт и провел немало часов, сплетничая в харчевне.

– Я знаю, что говорю. Ее зовут Мария, а этот старикан при ней, который называет себя главным интендантом, вовсе не ее муж, как думают люди. Он...

Ле Форт подмигнул одним глазом капитану Баярделю, своему другу и противнику, за притворным безразличием которого скрывался такой же глубокий интерес, как и у всех остальных присутствующих. Когда Ив счел, что прошло достаточно времени, чтобы создалась атмосфера напряженного ожидания, он воскликнул: