Чтение онлайн

«Первое пришествие» Уэйта в этот Орден оказалось кратким, потому что он был не в восторге от деятельности некоторых его руководителей:

До меня стали доходить слухи, которые, вследствие наличия нескольких постов, которые я в то время занимал, означали, что мне неплохо было бы оказаться подальше от всей этой компании. Дело тут было не в нравственном аспекте, мол, там состояли и Fratres, и Sorores, нет, здесь достаточно будет упомянуть, что даже тень скандала ни разу за все время не падала на З. : З. : Дело было в некоторых моментах сомнительной законности, в которые кое-кому из руководящих членов Ордена не следовало вовлекаться, если я, конечно, был верно информирован об этом, а я был (SLT, С. 126).

Тревога его со временем поутихла, и через три года, за которые он успел издать несколько переводов работ по алхимии и поредактировать оккультный журнал «Неизвестный мир» (The Unknown World), Уэйт 17 февраля 1896 г. снова вступил в Орден Золотой Зари, хотя во Второй Орден – Орден Алой Розы и Золотого Креста (Ordo Rosae Rubeae et Aureae Crucis) 249 его приняли только в марте 1899 г. Сам Уэйт не оставил подробного описания своего возвращения в Орден; он только пишет, что его упросил вернуться Ральф Палмер-Томас, неутомимый собиратель всевозможных масонских дипломов, который «убедил меня в том, что я упускаю много такого, что мне бы понравилось и о чем я не могу получить представление, пока остаюсь в отставке. Лично я полагал, что упускать там особенно нечего, но он в конце концов настоял на своем, и я подал прошение о восстановлении в членстве… и возвратился в эту сомнительную компанию единогласным решением братьев» (SLT, С. 160). Кстати, сам Палмер-Томас вступил в Орден Золотой Зари только в ноябре 1896 г., поэтому, судя по всему, речь шла не о восстановлении в членстве, а о приеме Уэйта во Второй Орден, куда Палмер-Томас вступил в апреле 1898 г. Уэйт далее пишет, что именно членство во Втором Ордене побудило его искать масонского посвящения, но это был не единственный источник влияния на него в тот период.

Начиная с 1886 года, антимасонские настроения во Франции бурлили, получая активную подпитку из трудов внезапно обратившегося, а ранее резко антиклерикального автора Габриэля Жоган-Пажеса, писавшего под псевдонимом «Лео Таксиль», который выпустил серию скандальных брошюр с «ужасными разоблачениями» масонства 250 . Каждая следующая публикация превосходила предыдущие по степени немыслимости обвинений масонства в сатанизме, пока наконец в 1891 г. не была издана брошюра «Есть ли женщины в масонстве?» (Y-a-t-il des Femmes dans la Franc-Maconnerie?), в которую Лео Таксиль включил описания ритуалов «Нового и Реформированного Палладия», андрогинного сатанистского устава, якобы изначально составленного Альбертом Пайком, одним из самых выдающихся американских масонов. Эту чушь с явным удовольствием проглотило французское антимасонское лобби, наряду с совершенно фантастическими рассказами «доктора Батайля» [Bataille] (д-ра Шарля Акса [Charles Hacks]) из его книги «Дьявол в XIX веке» (Le Diable au XIX Siecle, 1892—4). 251 Еще больше масла в полыхающее антимасонское пламя подлили «откровения» «главы Нового и Реформированного Палладия» мисс Дианы Воган, soi-disant 252 потомицы алхимика Томаса Вогана, обратившейся в католичество. Ее «Воспоминания бывшей палладистки» (Memoires d'une Ex-Palladiste, 1895—7) не уступают работам «д-ра Батайля» в смехотворном описании чудес сатанизма, однако при этом добавляют к абстрактным обвинениям еще и клевету на реально существующих людей, современников автора. В этой книге, в частности, говорилось (С. 247) :

Le chef actuel des Luciferiens anglais est M. le docteur William-Wynn Westcott, demeurant d Londres, Camden-Road, No. 396… c'est lui le Supreme Mage de la Rose-Croix socinienne pour I'Angleterre. Ses adjoints sont: en premier degre, M. John-Lewis Thomas (Senior Sub-Magus), qui est aussi le tresorier general de la Fraternitie; en second degre M. MacGregor Mathers (Junior Sub-Magus). 253

Далее следовал список членов Высшего Совета S. R. I. A., названных «главами Третьего Люциферианского Ордена», включающий имя Джона Яркера, верно названного руководителем Устава Мемфиса и Мицраима. К этому времени скандал уже докатился до берегов Англии, и после появления откровений Дианы Воган, контратаку на них с масонских позиций решил возглавить Уэйт. В спиритуалистическом журнале «Свет» (Light) была опубликована в виде еженедельных колонок серия детальных разборов и разоблачений ее сочинений 254 , а затем Уэйт подверг подробному анализу всю имеющуюся литературу о «Палладии» в книге «Дьяволопоклонство во Франции» (Devil-Worship in France, or the Question of Lucifer. A Record of things seen and heard in the Secret Societies according to the evidence of Initiates, Redway, 1896), наглядно продемонстрировав полностью вымышленный характер всей этой истории, – причем, всего за год до того, как Жоган-Пажес публично признал, что вся начатая им антимасонская кампания была розыгрышем, имевшим целью позлить французских антимасонов. Уэйт описывает «дело Дианы Воган» как «один из самых выдающихся случаев литературной мистификации в современности, да и возможно, во все века» (С. 306) и справедливо утверждает в предисловии, что «раскрыл массу подлога, лжи и подделок, содержащихся в этих заявлениях, а также пролил свет на позицию Римско-католической Церкви в отношении всего этого сговора, который уже не загасить». Иакже он заслужил благодарность от Уэсткотта и Яркера, опровергнув абсурдные утверждения об их занятиях сатанизмом и представив более объективное описание S. R. I. A., чем сам же он составил девятью годами ранее в «Подлинной истории розенкрейцеров». 255 Особенно благодарен был Яркер. В краткой рецензии на «Дьяволопоклонство во Франции», опубликованной в журнале «The Freemason» за 31 октября 1896 г. он написал:

Отлично написанная книга г-на Уэйта читается как роман, каковым она, в некотором роде, и является, и пусть он не масон, но в данном случае Орден попал в хорошие руки и должен быть ему признателен; книга написана критично, научно и бесстрастно.

Похвалы он продолжил в статье «Масонство и дьяволопоклонство» (Freemasonry and Devil-Worship), вышедшей в том же журнале через неделю, 11 ноября, где книга Уэйта рекомендовалась как «интереснейшая, написанная в критическом и бесстрастном ключе не-масоном, и итогом ее является то, что он провозглашает обвинения лживыми мифами». Оставшись настолько доволен Уэйтом, Яркер вскоре получил возможность познакомиться с ним поближе.

Отзывы на «Дьяволопоклонство во Франции» от не-масонов также были, в основном, положительными 256 , хотя их авторы и склонялись, в большинстве своем, к мысли, что совершенно незачем брать кузнечную кувалду, чтобы расколоть орех. Между тем интерес общественности к «масонскому сатанизму», и так невысокий, постепенно вообще сошел на нет, так что следующую книгу Уэйта, «Диана Воган и вопрос современного Палладизма» (Diana Vaughan and the Question of Modern Palladism), уже не имело смысла издавать 257 . Однако это не значит, что нам помешает цитата из нее, где уже отчетливо видны перемены, произошедшие в отношении Уэйта к масонству (С. 121– 122) :

С большим удовлетворением должен заметить, что прием моей книги у масонов опровергает довольно широко распространенное мнение о малом интересе ко всему, что относится к Цеху, со стороны основной массы членов Братства. Говорят даже, что у Братства в Англии нет литературы, поскольку масоны не поддерживают никакие подобные предприятия. Возможно, средний брат – не более серьезный персонаж, чем любой средний человек, и необходимо отметить, что зачастую только носители высших и так называемых диких степеней проявляют к Ордену литературный интерес, но лично у меня нет причин жаловаться на итоги своей первой попытки отстоять их учреждение и заинтересовать им читателей.

Эта перемена во взглядах Уэйта не ускользнула от внимания антимасонов из католического лагеря, которые внезапно обнаружили в нем основную движущую силу всего сатанинского заговора:

Совершенно очевидно, что за последние тридцать лет ведущие английские масонские рыцари в той или иной степени впитали, и в Европе, и в Америке, магическое учение французского мага [Элифаса Леви], и нам не известно ни о ком, кто вложил бы в это больше сил, чем г-н А. Э. Уэйт – в Англии.

А также:

Никто больше него не сделал для пропаганды мистико-магии среди английских оккультистов, входящих и не входящих в масонство 258 .

Полковник Рэттон (Ratton) в довольно глупой своей атаке, принявшей форму изданной под псевдонимом брошюры «Икс-лучи в масонстве» (The X-rays in Freemasonry) 259 зашел еще дальше и заявил, что Уэйт якобы «признался в том, что он мистик и масон» (С. 60), что было явной ложью, в отличие от более приближенного к реальности следующего утверждения: «Уэйт – розенкрейцер, и его нельзя заподозрить в склонности к католицизму» (С. 110). Но он все равно явно не был знаком ни с биографией, ни с опубликованными работами Уэйта.

Отвлекшись на какое-то время на Диану Воган и связанные с ней обстоятельства, Уэйт затем возвратился в своем литературном труде к более серьезным темам. Чем дальше, тем больше его увлекала философия Луи-Клода де Сен-Мартена, Неведомого Философа (1743– 1803), и только что возрожденного французским оккультистом Папюсом (д-ром Жераром Анкоссом, 1865– 1916) Ордена Мартинистов. Он даже написал Яркеру, прося совета, вступить ли ему в Орден Мартинистов. Яркер отозвался с энтузиазмом: