Мастерская: Белый мрак
Шрифт:
«Ты ведь не против, что я тебя достаю? Франц за границей, на него денег много уйдет»
«Поймал куропатку своим плащом. Божественный вкус»
«Ты, несомненно, оставил свой телефон в мастерской»
«Но ты же не думаешь, что это что-то изменит?»
«Если меня что-то и остановит, то это разряженная батарея»
«Третий день в лесу. Вся эта затея начинает слегка бесить. Еще и 87ю страницу найти не могу… расстояние между ними как будто увеличивается»
«Но теперь у меня нет никаких сомнений, что это все кем-то спланировано»
«Порвалась струна на гитаре. А я ведь только начал ее осваивать…»
«Скучаю по скрипке»
«Но не подумай, по вам с Францем тоже»
«Неделя. Десятки чертовых листов. Десятки чертовых куропаток. Я начинаю думать, что зря все это затеял»
«Я столько прошагал, что уже наверное дошел до Норвегии»
«Батарея скоро сядет…»
«Я отыскал последнюю страницу! Но… я по-прежнему в лесу и не нашел никаких дальнейших подсказок»
«Буду продолжать идти по тропе»
«По сути, должна еще быть обложка книги»
«Кстати, а книга то ничего»
«Чем-то стиль автора смахивает на стиль нашего мечтательного друга…»
«Очередная холодная ночь… снег падает»
«Если весь этот путь ни к чему не приведет… то у меня большие проблемы»
«Потому что я понятия не имею как отсюда выбираться»
«Александэр, это просто невероятно»
«Я сейчас лежу в постели под одеялом в своей комнате»
«Я встретил Реформатора, он отвел меня в Цитадель, где располагается его организация Белый мрак»
«Думаю, ты ничего не понял из того, что я написал»
«Но это не описать в сообщении. Позвони, как увидишь письмо»
«Прошел день. Я все больше влюбляюсь в это место»
«И все-таки есть за всем этим что-то… странное»
На этом сообщения от Антуана заканчивались. Александэр набрал его номер, но по словам оператора понял, что батарея в телефоне музыканта все-таки разрядилась. Художник нахмурившись, заново пробежался глазами по сообщениям. В двух вещах он был уверен точно: первое – Антуан безумный кретин, второе – Александэр действительно не понял ничего о том, что все-таки нашел музыкант. Но, судя по всему, это что-то вроде населенного пункта, и ему там явно лучше, чем в лесу. И где теперь искать непоседливого музыканта? Зажимая нос от резкого запаха краски, Александэр сделал пару кликов мышкой и открыв программу видеосвязи, увидел напротив имени «Франц» зеленую точку. Не успел он нажать на «позвонить», как получил входящий звонок от друга. Вскоре на экране возникло размытое озабоченное лицо Франца.
– Ну наконец-то! – воскликнул он. – Вы меня заставили не на шутку волноваться, ребята.
– Привет, Франц, – произнес художник, пытаясь выдавить улыбку. – Я только несколько часов назад вернулся в мастерскую.
– Да… я вижу… – кивнул Франц, с беспокойством оглядывая через экран измученное бородатое лицо Александэра. – Думаю, нет смысла спрашивать, как ты себя чувствуешь.
– Нет.
– Я так и думал. Ладно хоть ты вышел на связь… а где Антуан?
– Хороший вопрос, – сказал художник и рассказал другу о спонтанном приключении музыканта, суть которого с трудом собрал из его присланных сообщений. Через минуту Франц уже держался за голову.
– Ой, дурак… и куда его занесло? За неделю он мог дойти от Петербурга до другой страны.
– Судя по всему, он в каком-то городе. По крайней мере, там есть другие люди. И еще он упоминал про какой-то Белый мрак…
Он оборвался, заметив, как побелело лицо Франца.
– Что ты сказал?
– Эмм… Белый мрак? Тебе это о чем-нибудь говорит? Франц?
Но писатель не слышал его. Он смотрел куда-то сквозь экран и слабо шевелил губами, произнося непонятные слова.
– Франц, да что с тобой?
– Это невозможно… – прошептал парень, тяжело дыша. – Невозможно…
Теперь и Александэр встревожился не на шутку, позабыв о своей депрессии.
– Франц, ты можешь объяснить мне, в чем дело?
– Не здесь… послушай, Александэр, а в городе творится что-нибудь странное?
– Похоже на то. Судя по мимолетному впечатлению по дороге в мастерскую, тут приняты меры повышенной безопасности, но в связи с чем, неясно.
– Неужели началось… не могу поверить…
– Франц!
– Я немедленно вылетаю ближайшим рейсом. Александэр, оставайся в мастерской… дождись меня, ладно?
– Да что проис…
Но Франц уже отключился. Художник в недоумении смотрел на черный экран, вобравший в себя недобрые опасения.
Полный мужчина в форме охранника, протяжно зевнув, поднялся со стула. Пройдя по коридору, он разбудил своего напарника.
– Сделай кофе.
– Но я же сплю…
– Ты здесь всего месяц, а значит, должен прислуживать более старшим и опытным. Или мне закрыть тебя в одной камере с каким-нибудь убийцей?
Парень испуганно схватил его кружку и помчался за кипятком. Мужчина довольно расплылся в улыбке.
– Так-то лучше…
Его слова потонули в оглушительном взрыве. Половину коридора снесло напрочь, облако пыли заполонило все вокруг. Откашливаясь, охранник вытащил из кобуры пистолет и медленно двинулся туда, где вместо стены зияла огромнейшая дыра. Он старательно всматривался в образовавшийся от взрыва туман, и вскоре различил в нем около десятка фигур в черных плащах. Рука одного из них взметнулась вперед, и сверкающее лезвие прорезало дым, вонзившись в ногу охранника. С криком тот выронил свое оружие и повалился на пол.