Чтение онлайн

— Что она здесь делает? — Тим не планировал поднимать щекотливую тему, но не сдержался.

— Хотела ближе узнать мой внутренний мир. Нельзя сказать, что не вышло, — на красивом лице Коли проступила смущенная улыбка.

Втроем они сидели в безлюдном хвосте самолета. Лада крепко держала любимчика за руку, Тим вспоминал университетские истории, отвечавшие повестке дня, а Вета даже не проснулась, что помогло без дополнительной суматохи привести друга в чувства.

Пилот объявил о начале снижения, и Тима, всегда внимательный и заботливый, проследил, чтобы товарищ без проблем добрался до своего места. Они двигались по узкому проходу, осторожно огибая других пассажиров, а Лада, готовая в случае чего прийти на помощь, не спускала с молодых людей глаз. Ребята завели разговор. На первый взгляд он казался безобидным, но по мере того, как самолет снижался, беседа вызывала все более бурную реакцию у Тима. Его лицо помрачнело, а напряжение простреливало сквозь мимику. Лада наблюдала за парнями, ощущая, как сердце в очередной раз сжимается в груди. Она знала, что Тим редко выходил из себя, но когда это случалось — волна негодования могла захлестнуть всех окружающих.

С усилием, заметным лишь тем, кто знал его достаточно хорошо, Тимур поборол возмущение и вернулся на место, погруженный в глубокие раздумья. Лада заметила, как его обычно твердая и уверенная походка стала чуть замедленной, словно мысли тяжким грузом давили на плечи. Он уставился в окно, не обращая внимания ни на суету стюардов, ни на постепенно приближающуюся посадочную полосу.

Разговор ребят затронул нечто важное и словно изменил динамику полета. Беспокойство Лады росло с каждой минутой, но она понимала, что сейчас не время для расспросов. Самолет мягко коснулся земли.

— Добро пожаловать в международный аэропорт Екатеринбурга, — начал вещать пилот. — Город населяет один миллион пятьсот тридцать шесть тысяч человек…

«Из которых меня волнует только один… — закончила про себя Лада. — Что происходит с другом? Почему Майя на борту? О чем Коля и Тим переговаривались?»

Лада подытожила все новое, что узнала сегодня о жизни. В двух словах: она продолжается.

Семья Бордеров — это ходячие традиционные ценности. Первое, что четверо друзей и Майя увидели, покинув территорию аэропорта, — это старенький семейный пикап, за рулем которого находился Лева. На капоте сидел Миша с табличкой:«Добро пожаловать на Землю, звезды».

Лада невольно расплылась в улыбке. Подумать только! Она знает ребят исключительно по переписке в соцсетях, но они ощущаются настолько родными, словно это ее собственные братья.

Лев вылез с водительского места и с разбегу схватил Вету и Ладу в охапку, расцеловывая их во все щечки. Миша кинулся к Колли и Тиму, раз девушек уже заняли вниманием, и, обменявшись кулачками с Тимуром, уткнулся носом в жилетку любимого брата:

— Пахнешь, как пес, Коля.

— Ребята, салют. — Приветственная идиллия продлилась недолго: Майя благополучно перевела всеобщее внимание на себя.

Братья оторвались от гостей и вопросительно посмотрели на незнакомку.

— Ну что за красавчики. — Актриса подошла ближе и по очереди протянула Леве и Мише руку. Выглядело это движение так, словно она ждала, что парни поцелуют тыльную сторону ее ладони. Недоумевая, ребята переглянулись в поисках подсказок, а затем бережно, один за другим, прикоснулись к руке в знак приветствия.

— Я — подружка Коли, — легко, но как гром среди ясного неба, Майя обрушила нежданную информацию.

Братья удивленно вскинули брови. Миша даже приглушенно крякнул. Оба молниеносно уставились на Колю, ожидая хоть какого-то комментария. Тим обхватил Ладу за плечи, но не рассчитал силу, и на ее тонкой коже проступили красные следы пальцев. И только с уст Ветрианы вот-вот бы сорвались неприличные слова, если бы Коля вовремя не смерил ее взглядом и не остановил почти невидимым жестом руки. Телепатический способ общения этих двоих не мог не вызывать восхищения. Практически с первого дня знакомства Вета и Колли могли понимать друг друга без слов.

Под давлением немного затянувшегося молчания Майя с беспечным видом взяла Колю под руку.

— Ой, надо маму предупредить, что нас будет больше, — как-то невесело нарушил тишину Мишка. — Ее хватит удар, если для кого-то из гостей не будет готова комната…

Компания растерянно направилась к автомобилю.

Колли и Тим не спеша сложили вещи подруг в пикап и с двух сторон открыли двери к задним сиденьям, пропуская Вету и Ладу вперед. Обе девочки были молчаливы и послушно выполняли действия, которые от них требовались.

Колли помог Ладе забраться на слишком высокую для ее роста подножку и немного помедлил, закрывая дверь. Он подождал, пока она удобно усядется, и затем собрал полы ее платья, чтобы не прищемить дверью.

— Спасибо, Лада.

— Тебе спасибо, — удивилась она. Благодарно встряхнув складками от юбки, Лада в который раз восхитилась тому, как Коля внимателен к деталям.

— Я имею в виду самолет. Не представляю, что было бы со мной, не окажись тебя рядом.

Колли захлопнул дверь авто и свистнул старшему брату:

— Лева, рули аккуратно: у тебя самый ценный груз!

Вета и Тим прыгнули на заднее сидение, и пикап отправился в путь.

Горизонт был чист, небо окрасилось в непроницаемый синий цвет, оттенок которого невозможно было найти ни на одной палитре. Облака одно за другим появлялись над головами так внезапно, словно их только что кисточкой нанес на полотно невидимый художник. В бескрайнем просторе скалы провожали странников заботливым взором, словно усердно оберегали их на протяжении всего пути.

Пока ребята мчались вдоль шоссе, Лада не могла оторвать взгляд от каменных вершин, весело прятавшихся под зелеными шапками. Какие-то контуры напоминали ей человеческие лица, а другие — силуэты диких животных. Все они казались отлитыми из редкого материала, доставленного скульптору из самого сердца Земли.

Солнце потихоньку закатилось за макушки высоченных сосен. В цветовую гамму небосвода добавились праздничные оттенки красного, оранжевого и золотого, одевая небосвод в пышный наряд. Миша усердно покрутил скрипучую ручку — опустилось заднее стекло; ветер, насквозь пропитанный запахом соснового леса, ворвался в салон, играя с длинными волосами девушек. Они мгновенно прильнули к открытому окну. Шутливо толкаясь, подруги с наслаждением вдыхали ароматы вечернего воздуха. Вдоль дороги появлялись и тут же исчезали цветки маков и лаванды, добавляя в природный натюрморт выразительные пигменты, напоминавшие вышивку яркими нитками.

Отдалившись от городского шума и суеты, под заливистый вечерний перепев птиц и шелест листвы пикап с друзьями томно приближался к элитному пригороду с небольшим числом населения. Обочина дороги зарделась теплым светом старых фонарей. Сумерки сгустились, наполнив пространство между деревьями пряным туманом, который был настолько плотным, что, казалось, его можно было попробовать на вкус.

Лева свернул на ухоженную улицу, проехал несколько домов и припарковал пикап у очаровательного здания, крыша которого «подражала» горному рельефу. Дом сочетал в себе элементы старинной архитектуры и современные технологические детали, идеально вписываясь в уральский пейзаж. Обновленные фасады соседствовали с панорамными окнами, сквозь которые наружу лился теплый домашний свет. Над просторным крыльцом красовался навес, плавно переходящий в потолок. Через стекла можно было увидеть часть интерьера, выполненного в строгих линиях и спокойных тонах. Реечные панели и массивные дубовые балки прекрасно сочетались с оригинальными светильниками необычной формы.

В саду стоял густой аромат распустившихся весенних цветов, который сводил с ума и сбивал с ног. Отворилась тяжелая дверь, и поток домашнего света разлился по просторной террасе, очертив плетеную мебель, качели с вельветовыми подушками и кресло-качалку. На крыльце показалась женщина. Еще не было видно ее лица, но чувствовалось, что она светится изнутри. Следом показался отец семейства, Андрей Бордер, — высокий, коренастый мужчина в хоккейной манишке. Он приветливо помахал в сторону пикапа и под звонкие возгласы жены спустился в сад приветствовать сыновей с гостями.