Чтение онлайн

– Странно, я так четко видела этого динозавра. И он так по-доброму скалился. «И манил меня за собой», – хотела добавить Эрика, но прикусила язык.

Эрнест начал было злиться, но стряхнул с себя раздражение. Да, точно, у него же герпетофобия.

– Просто ты устала. – Эрни обнял ее за плечи. – Работа и долгая велосипедная прогулка.

Эрика проснулась посреди ночи. Ее разбудил храп Эрнеста.

«Надо пощекотать его жабры», – сквозь сон решила Эрика. Она, не открывая глаз, потянулась рукой к голове мужа. В темноте она нащупала ее и легонько провела кончиками пальцев по лбу, носу, щеке. Затем по шее и уху. Никаких жабр не было. Эрика открыла глаза. В свете луны были хорошо видны голова и шея Эрнеста. Жабр не было. Куда они подевались?

«Как сильно на меня повлиял тот случай ночного купания. Видимо, я вошла в особенное опьянение тогда, раз до сих пор жабры чудятся. Напишу завтра в дневник и Александеру», – подумала Эрика.

Она толкнула Эрни, чтобы он перевернулся на спину, и снова уснула.

Треск сухих горящих веток на фоне криков людей. Какие пугающие звуки! Огонь освещал лица и фигуры людей, собравшихся вокруг костра. Кто-то плакал, а другие злобно выкрикивали что-то.

Эрика увидела мужчину с лицом гипсовой маски – губы сомкнуты, глаза смотрят и не видят. Он удерживал рыдавшую, рвущуюся женщину. Слышались крики «ведьма, ведьма»! В костер летели камни. В толпе неподвижно стоял подросток, по лицу которого катились крупные слезы. Некоторые просто наблюдала за происходящим, в их глазах не было ничего, кроме любопытства.

Круг людей разрезала черная стрела. В огонь к Эрике прыгнула маленькая фигурка с растрепанной черной косой и упала к ее ногам. Эрика не успела рассмотреть лицо девочки, все ее внимание сосредоточилось на глазах, огромных, темных, невыносимо ярких. И они…улыбались ей?

Эрика лежала и смотрела в темноту. Опять костер. Паук, и тот был лучше, с ним она уже как-то поладила. Нет, ей надо перестать бояться и огненного сна тоже. Тем более что видение обрастает новыми деталями. Эрике казалось даже, что она уже узнает некоторые лица. Этот прыжок в костер…Она поежилась. Лицо девочки с черной косой вспомнить не удавалось.

Александеру было не по себе от того, что Дэм в последнюю их встречу удалился с грустным лицом и уже больше месяца не наведывался, ссылаясь на бесконечные дежурства и статьи.

Движимый отчасти чувством вины от того, что переборщил с насмешками, а отчасти желанием порадовать брата, Александер, не дожидаясь дня рождения, подарил Дагомару Эрменберту.

У Эрменберты было овальное гладкое личико, темно-серые глаза и пепельные кудряшки. Также у нее был бесколлекторный двигатель с четырьмя моторами, акселераторы, несущие винты, всевозможные сенсорные датчики и еще много чего.

Ее нежное силиконово-пластиковое тельце с легким алюминиевым скелетом, весившее не более трехсот грамм, соединялось с квадрокоптером. Конструкция управлялась с помощью пульта, помещенного в браслет, но распознавала и голос.

Эрменберта была плодом затейливой фантазии Александера и его учеников. Тех самых, что не так давно обсуждали с Дагомаром действия Внешних Программистов.

Это были профессиональные хакеры, увлекавшиеся роботикой и по каким-то своим таинственным причинам мечтавшие о математической аспирантуре.

– Ну как, попал я в резонансные точки? – спросил страшно довольный собой Александер, вручая Дагомару подарок.

– Летающая фея! – только и смог сказать Дагомар, тараща глаза на существо.

– Эти творение моих учеников, ты представь! Вообще-то это задумывалось на твой день рождения, но ладно уж. Смотри, какая красотка! Я сам нарисовал им лицо! Нет, я не скажу тебе, кто прототип! Слушай, она вредная, я так специально просил, чтобы было веселее! У нее есть опции обучения и добавления программ. Вот, познакомься! – и Александер нажал кнопку на браслете.

– Привет, Эрменберта! – крикнул он включившейся куколке. – Отличное я нашел тебе имя! А это Дагомар!

– Привет! – тихо и мелодично отозвалась Эрменберта. – Дагомар, называй меня Мимма.

Доктор Дагомар спешил утром домой после суток в больнице. Первое дежурство после того, как он обзавелся домочадцами и взял по этой причине отпуск. И какие это были домочадцы! Неорганическая девочка с именем старинной вестготской принцессы, переводившееся как «светлое божество», и маленькая кошка, названная в честь Богини Беззакония!

Черного, как уголь, котенка Дэм получил почти одновременно с Эрменбертой. Александер, вручивший изумленному брату куклу и долго после расхваливавший ее с демонстрацией возможностей, собрался уходить. Дэм вышел проводить его, держа девочку на руках. С пустыря около дома неслись отчаянные вопли, издаваемые, как выяснилось, крошечным существом, оставленным там в скрученном старом пакете.

– О, Дисномия! – сказал Александер, скривив рот. Так он обычно выражал свое отношение к чьим-то неприглядным действиям.

– Дисномия, – тихо повторила Эрменберта. И отдала свой первый приказ Дэму. – Дагомар. Неси Дисномию домой.

Сегодня Эрменберта заставила Дагомара поволноваться. Сначала вроде бы все было мирно. Девочка играла с котенком, управляла своим дроном, сканировала Сеть и инсталлировала себе что-то. Но с середины ночи домашняя камера показывала только пол. Последний эпизод перед этим – винты дрона около камеры. Браслет-пульт сообщал, что Мимма дома. Сама кукла не отвечала. Уже хорошо, что она не пропала где-то на улице.

Дагомар осторожно открыл дверь.

Было тихо. В кабинете на столе восседала Эрменберта с закрытыми глазами и мерно жужжала. Рядом, на бумагах Дэма, спала черная малышка Дисномия. Обе они не сочли нужным заметить его появление.

– Мимма! – окликнул Дагомар.

Куколка воззрилась на него и ответила:

– Привет, Дагомар! – интонация была одной из самых противных в арсенале Эрменберты, и Дэм в очередной раз отдал должное колючему чувству юмора Александера. Куколка изображала неудовольствие.

– Как дела, Мимма? Как вы провели время? – нежно поинтересовался Дагомар. Черт знает, что она еще там наскачивала себе и что прислали ей папаши-хакеры или Александер.

– Спасибо, хорошо, – спокойно ответила Эрменберта и добавила – Мы играли, и я уронила камеру.

– И свою выключила? – вкрадчиво спросил Дэм.

– Да, – невозмутимо подтвердила Мимма. – Видишь ли, мне не всегда хочется, чтобы за мной наблюдали.

Это была фраза его брата, одержимого идеей, что все наблюдающие «влияют» на его действия, меняя их траекторию, которую становится гораздо сложнее контролировать. Хотя были ситуации, когда Александеру очень нравилось присутствие наблюдателей. Например, когда на него «находил стих» говорить о Музах – физике и математике. Или когда он намеревался поразвлечься в компании друзей.